Интервью

Бубнов М., прот. «Дети доверчивы до поры до времени…»

30 марта 2015 г.

Протоиерей Михаил Бубнов, настоятель прихода храма Преподобного Сергия Радонежского г. Иваново, с матушкой и пятью дочками (от 10 до 16 лет) совершили паломничество в Соловецкий монастырь на пятой седмице Великого поста.

– Батюшка, а что Вас связывает с Соловками, Вы бывали здесь раньше?

– Да, первый раз я приехал на Соловки в 2012 году, потом нас пригласили в 2013 году, когда спускали на воду корабль «Святый Петр», и сейчас моё третье паломничество на Соловки. А матушка была здесь несчётное количество раз, её дед Алексей провёл семь лет в заключении на Соловках, потом рассказывал об этих местах, и для всей семьи Соловки стали такой родной святыней, связанной и с древними святыми и с новыми мучениками.

– Как же вы решились приехать на Соловки зимой с детьми?

– Решились именно потому, что идёт Великий пост. Летом поток паломников смешивается с потоком туристов: по монастырю ходят толпы людей, многие из которых не очень понимают, зачем они сюда приехали, да и не задаются таким вопросом. Конечно, Богу виднее, зачем он их сюда привёл. Может быть, кто-то почувствует благодать, приедет ещё раз, потом воцерковится…

Но я думаю, что и для паломников и для монашествующих тяжело пребывать среди такой массы людей. Также и в центральных монастырях – в Троице-Сергиевой лавре, в Дивеево. Поэтому мы выбрали время на каникулах – одну неделю и отправились с детьми на Соловки. И матушка, и я впервые увидели Соловки зимой, почувствовали эту зимнюю неспешность, сосредоточенность, помолились на уставных монастырских службах. В храме кроме монашествующих мы видели и местных прихожан и немногочисленных паломников, приехавших, как и мы, с материка, но все присутствовавшие за богослужением люди, пришли помолиться, кто с трудом, кто с усердием, кто как может…

В прошлые приезды я тоже участвовал в богослужении, но всё было как-то торопливо, в ритме паломнической поездки, когда хочется что-то посмотреть, куда-то успеть добраться. А эти дни Великого поста мы провели спокойно, радостно, сосредоточенно. В прошлые приезды мы жили в кругу матушкиных знакомых вне монастыря, и было душевно очень хорошо, но в этот раз даже дети приоткрыли для себя другой уровень монастырского бытия – духовный. Дети, конечно, постанывали, поднывали на длинных службах, но потом младшая дочка в простоте сказала: «Я никогда так хорошо не молилась». Я спрашиваю: «Что же тебе мешает дома молиться?» А дома в храме служит папа. На него посмотришь, с подружками пошепчешься, о своем подумаешь, а Божиего присутствия и не почувствуешь. А здесь все обращены к Богу, и дети смотрят в ту же сторону. И для меня Соловецкий монастырь – особенное место, я во многих обителях бывал, но такую внутреннюю радость в полной мере я ощущал только на Святой горе Афон и на Соловках. Вобщем, две младшие дочки (10 и 11 лет) вчера уже плакали: «Неужели нам уже послезавтра уезжать? Давайте останемся на Соловках!»

– Вчера вы общались в Морском музее с соловецкими детьми, отличаются ли они от Ваших юных прихожан?

– Вчера мы все, и я в том числе, лепили из глины птицу-крест. Приходит делегация правительства Ингушетии, им показывают: «Вот, соловецкие дети занимаются художественным творчеством». Я говорю: «И не только дети. Вот и мы с матушкой в фартуках сидим, первый раз в жизни лепим из глины, садитесь и вы с нами». Они отвечают: «Нет, нам некогда, а что вы делаете?» «Птиц». «Да, птицы – это хорошо», – и ушли.

Потом наши девочки стали петь, и соловецкие дети тоже вспомнили песни, которые они учили к Рождеству, колядки стали петь вместе, все перезнакомились, телефонами обменялись. Главное ведь, не научить росписи или лепке, а обогреть душу ребёнка. Сейчас много людей «скудодушных»: люди вроде бы и не злобные, но и тепла от них нет. Преподаватели, которые занимаются с детьми в Морском музее, делают незаметное, но очень важное дело. Они не стремятся продемонстрировать кому-то результат, не просто развивают творческие способности детей, а вкладывают всё своё умение, старание в формирование души ребёнка. Научить чему-то внешнему проще, а душу вложить в ребёнка – этого никто не увидит, да ещё и бесы ополчатся. По моему впечатлению соловецкие дети не испорчены цивилизацией, простые, искренние, открытые, это специфика небольшого посёлка. Для душевного развития у них есть Морской музей, для духовного – монастырь. Есть условия, чтобы выросли добрые христиане. А как сложится у них жизнь, зависит от Божия Промысла и от них самих.

– Батюшка, а как Вы строите работу своей воскресной школы?

– Сейчас существуют очень тщательно расписанные программы для воскресных школ, учебники, рабочие тетради для каждого ученика, проблема состоит только в том, где найти столько харизматичных преподавателей для выполнения этой программы. Получается, что эталоном для нас является дореволюционная система религиозного образования, которая известно, к чему привела.

Дело в том, что религиозное образование занимается в основном формированием ума, а нужно каким-то образом помочь формированию христианской души. И приход и воскресная школа держится на личности. Преподавателем воскресной школы должен быть человек, который любит детей, умеет с ними находить общий язык и имеет живую веру. Тогда дети за ним потянутся. Для мальчиков у нас в дополнение к «христианской теории» проводятся занятия по военной подготовке в центре казачества, а для девочек – занятия по рукоделию.

Группы у нас небольшие до 12 человек, максимум до 15. Они сидят, например, вяжут или вышивают, а преподаватель им рассказывает в свободной форме о каких-то событиях христианской истории. Они могут переспросить, задать вопрос, поспорить – идёт формирование души. И это невозможно встроить в рамки программы. Как, например, вписать в отчёт нашу вчерашнюю встречу?

Невозможно ставить оценки за вылепленных птиц, они все разные. Иосиф Виссарионович Сталин успешно обучался в семинарии, теорию знал прекрасно, просил иногда Ворошилова и Жданова, которые в молодости пели на клиросе, что-то исполнить. И они пели с удовольствием, особенно в лёгком подпитии, а сколько людей эта тройка погубила. Или вот я недавно увидел картины, которые писал Адольф Гитлер в молодости: такие монументальные здания, выписанные с мастерством и математическим расчётом. Умение у него было, мог бы стать художником, а кем стал?

Какая-то главная составляющая формирования души всё больше упускается в современном образовании. И, конечно, никакой педагог за 45 минут не сможет дать ребёнку то, что он должен получать в семье. Об этом очень много сейчас говорит протоиерей Дмитрий Смирнов. Именно в семье в семье ребёнок усваивает уроки добра, справедливости, теплоты душевной, молитвенной сосредоточенности. Здесь должны потрудиться отец и мать. Многие выпускники православных гимназий прекрасно выучили христианскую историю, но, не имея примера живой веры, отошли впоследствии от церковной жизни.

Иногда приходится дополнять программу и обсуждать с детьми вопросы, которые ставит перед ними жизнь. Например, детям было очень трудно понять, почему на Украине не принимают Московский Патриархат, что такое Киевский Патриархат и как могут славяне, православные христиане убивать друг друга. Может они не христиане? Мы говорили о том, что человек может носить крестик и называться христианином, но не быть им…

Об этих острых вопросах нужно говорить так, чтобы не поранить детские души. Бывают вопросы, касающиеся жизни прихода. Умерла бабушка-прихожанка, и ребёнок задаёт вопрос: «А я тоже могу умереть?» И нужно помочь ребёнку осмыслить этот вопрос в контексте веры.

– Как ученики Вашей воскресной школы участвуют в богослужении? Мы вчера с Вашими дочками рядышком пели акафист Пресвятой Богородице, и я обратила внимание, что они умеют петь и не затрудняются читать по-славянски.

– На воскресных богослужениях присутствуют все учащиеся воскресной школы. Раз в месяц, чаще я им не благословляю, дети сами поют на клиросе Литургию Иоанна Златоуста. Во Всенощном бдении они частично участвуют, а Литургию с ними регент готовит полностью. И, конечно, как все прихожане, они исповедаются и причащаются.

Церковно-славянский язык дети усваивают естественно через чтение молитв. Я крестился взрослым в 33 года. И у меня был такой опыт: когда мне захотелось молиться, я поставил икону Божией Матери Владимирской встал на колени, открыл часослов, который мне кто-то подарил, и стал читать подряд. И быстро стал читаемое понимать. Ведь наши предки говорили на церковно-славянском языке, он у нас как-то генетически записан. Конечно, мы стараемся знакомить детей с древними книгами, пишем поздравительные открытки по-славянски с буквицами…

Самое главное в общении с детьми – ненавязчивость. Ребёнка нужно заинтересовать, чтобы понятия христианские доходили до открытого сердца, с теплотой душевной. А если заставлять, он может формально подчиниться, но будет сидеть, скучать, потом возникнет сопротивление. Дети доверчивы до поры до времени. Если обманешь, это доверие ничем не вернёшь… И мы будем виноваты, что не додали им душевного тепла.

P. S.Соловецкая девочка нарисовала монастырь и подписала: «Там внутри люди живут, и Бог живёт. Внутри любовь».

***

После того, как дети и взрослые от души поработали с глиной, устроили чаепитие. Стол был полон разных постных явств и кушаний. С чем можно пить чай в пост? Это и выпечка монастырской пекарни – вкуснейшие булочки с маком, и свежая халва, которую привезли в магазин, мармелад, печенье, варенье.

Но самое интересное (хотя все было очень интересно) самое интересное было, когда ивановские девочки запели! Песни были самые разные – грустные и веселые, народные и авторские, всем знакомые и совсем новые: «Архангельская колыбельная», Леушковские частушки. Пели слаженно, на несколько голосов, очень красиво.

Пели и вместе, объединенным хором!

Очень быстро зародилась дружба – совместная творческая работа, песни – всё этому поспособствовало.

А на следующий день мы занимались Мезенской росписью. Эта роспись Русского севера, Архангельского края, никого не оставляет равнодушным – ни детей, ни взрослых. Обучиться ей и просто, и сложно одновременно. Просто – потому что там всего 2 цвета красный и черный, нет объема. А сложно – потому что прежде чем получится тонкая линия лебединого крыла или рога оленя надо очень много потрудится. Это и хотелось донести до детских сердец: что в росписи, как в жизни, – то, что кажется нам на первый взгляд простым и незамысловатым, достигается большим усердием и трудом, и в этом – красота!

Нашей задачей на этом уроке было потренироваться на прописях с элементами росписи, а потом нарисовать небольшую пасхальную открытку.

Образец открытки и ее заготовку мы с преподавателем Елизаветой Базилевских придумали и сделали заранее.

Несмотря на образец, открытки у всех получились разные, каждый художник и художница творчески подошли к оформлению своей работы.

В этот же день наши гости навестили Нину Федоровну Постоеву, которая в следующем 2016 году отметит свой 80-летний юбилей и 70 лет как она вместе с родителями приехала жить на Соловки!

Нина Федоровна рассказала о своем военном детстве, именно это и интересовало детей – ее опыт выживания в то страшное время, как остаться человеком? Как не озлобиться? Как найти в себе силы и желание помогать другим, когда самому трудно?

Нина Федоровна была очень рада гостям и с радостью отвечала на все мудреные и самые простые и смешные детские вопросы. Ее пожелание девочкам было: «Это очень хорошо, что вы мОлитесь, молИтесь, чтобы не было войны. Война – это всегда страшно, ее не должно быть, и дети не должны иметь этого опыта – военного детства. И помогайте друг другу и всем, кто нуждается в вашей помощи. Помните, учите нашу историю, историю нашей Родины, наших героев. А то у нас есть две улицы, названные в честь героев Великой Отечественной войны, а про них, их подвиг мало кто знает, а это очень важно. Желаю вам мирного неба над головой!»

Тип: Эксклюзив
Место: Соловки