Соловецкий листок

Прокопий (Пащенко), иером. Подводная часть айсберга. Ч. 2: о соблазне церковного РАСКОЛА. Ожидание антихриста, гностицизм и его тяжба с епископами

17 марта 2020 г.

Во второй части статьи «Подводная часть айсберга: о соблазне церковного РАСКОЛА» речь пойдет о излюбленных для современности темах: ожидании антихриста и осуждении епископов. На эти темы стоит посмотреть сквозь призму их внутренней сути и с учетом последствий гипер-концентрации на них.

Одно из последствий – отпадение от Христа. Связь с Христом – для верующего человека есть мера всего (речь идет не о надуманном, интеллектуально-сконструированном продукте, а о реально переживаемой связи; см. две главы о связи с Христом в третьей части статьи «”Преодоление травматического опыта”: христианские и психологические аспекты»). И бывает так, что эту связь человек теряет, когда, руководствуясь, как ему кажется благими намерениями, за основание жизни избирает концентрацию на зле.

Да, есть недостатки. Да, и соблазны умножатся, и лжепророки появятся. Будет и зверь, и Вавилонская блудница, и антихрист. Но нам, верующим людям, главное при любых обстоятельствах связь со Христом сохранить. Тот же, кто заражается хаосом, сумятицей, тот, чье сознание трансформируется под действием пропускаемого через сознание информационного потока и переживаемых ненависти, неприязни и осуждения (даже – стимулируемых идеей радения о правде), становится неспособным пребывать в состоянии мирного духа (в состоянии способности усваивать благодать Святого Духа). Утрачивая дух мирен и благодатную искру, рассматривая историю мира и свою собственную исключительно с позиции технологических моделей, человек иначе начинает видеть расстановку сил. Он забывает о Промысле, о присутствии в мире добра и любви. Вследствие утраты связи с Христом, из сознания испаряются слова Христа: «не ужасайтесь». И на первый план сознания выходят: страх, подозрительность (см. лекцию 11.1 (28 мин.) из цикла «Остаться человеком: Офисы, мегаполисы, концлагеря (часть 4), и человек, охваченный унынием, издыхает «от страха и ожидания бедствий, грядущих на вселенную».

Информационные потоки и трансформация сознания

Информационные потоки пытаются формировать взгляды людей на происходящее, а также – оценки тех или иных процессов или явлений. В ряду тем, активно продвигаемых сетевыми потоками, можно отметить тему ожидания антихриста и тему тяжбы с епископами.

О антихристе мы знаем, что он действительно будет. И в отношении церковных недостатков мы знаем, что и они имеют место быть. Но весь вопрос в том, какова должна быть доля ожидания антихриста в общей структуре жизни христианина, а также в том, какова доля недостатков в общей структуре жизни христианской. То есть вопрос в том, что для человека является центром, осью, ядром, доминантой жизни.

Вопрос непраздный, ведь как известно, одним из механизмов формирования бредовой системы является отрыв сведений о реальном факте от общей структуры бытия и последующее включение этих сведений в паталогизированный, нереальный контекст. Трудно человеку, убежденному в собственной правоте объяснить, что он захвачен бредовой идей, так как идея все-таки основана на реальном факте. Только этому факту дано специфическое истолкование, переадресующее человека к целой системе, увязанных другом с другом подобных толкований. Выйти из морока бредовой системы имеет шансы тот, кто доверяет кому-то кроме самого себя (если человек доверяет исключительно только себе, а на данный момент его сознание захвачено, то он рискует утратить возможность возвращения «обратно»).

Тот, кто стремится реализовать связь с Христом, тот кто стремится в своей личной жизни по мере сил осуществлять приобщение к любви и красоте (не в смысле витринного гламура), тот, конечно, знает о том, что и антихрист будет и недостатки есть. Но так как человек обладает целостным видением мира, то в усвоенной им масштабной панораме бытия мысль о антихристе встроена в систему иных идей. Идеи, отличающиеся от бредовых и основанные на Истине (отраженной в полноте понимаемом Священном Писании), своими совокупными взаимосвязями «дозируют» интенсивность ожидания событий, описанных в Апокалипсисе. И так как интенсивность ожидания «дозирована», ожидание не перерастает в состояние психоза (измененное состояние сознания, при котором человек не способен отличить фантазии, навязанные ему мысли и продукты собственного мышления от объективной реальности).

Выстроенная система понятий о жизни, в целом, и о жизни христианской, в частности, включает понимание и того, что, да, – все мы люди, все ошибаемся, что недостатки были, есть и до скончания времен будут. Но тем не менее, сквозь все ужасы земной истории человек все равно видит пробивающейся свет Христов («и свет во тьме светит, и тьма не объяла его» (Ин. 1, 5). Вопрос о недостатках включается человеком в систему представлений о том, что своей личной жизнью он вносит в мир вносится посильный вклад в дело гармонизации бытия, а ожесточенно осуждая кого-либо, лишь усиливает разлад бытия и закладывает основания для крушение своего внутреннего мира, в частности.

О формировании картины мира см. в лекции «Актуальность милосердия. С студентами ПСТГУ о соц. служении, врачах, выгорании, поиске пути, любви»;
более подробно – в цикле лекции «Искра жизни: Свет, сумерки, тьма».

Человек, акцентирующий внимание на связи со Христом помнит, что при всех недостатках и во все времена Христос знал, как спасать любящих Его. И потому тема антихриста и недостатков сознается, но не довлеет (здесь размышления приводятся с учетом учения Л. Выготского о шизофренизации сознания[1]).

Если человек гармонично развивается, то в его картине мира идея зла сдерживается понятиями о том, что в мире есть добро, что есть Промысл Божий, что Господь помогает верующим в него не быть захваченными злом. Если целостная картина мира не формируется или, будучи сформированной, распадается, то отдельный образ выплетается из общей системы понятий, как прядь выплетается из косички.

Когда образ зла выплетается из общей системы понятий, он перестает сдерживаться в сознании человека иными преставлениями. Зло начинает воспринимать как всесильное, и оно непомерной ношей ложится на плечи. Идея зла разрастается до вселенских масштабов, становится осью, на которую нанизываются все остальные элементы восприятия.

О страхе, в общем, и о выплетении страха из общей структуры переживаний, в частности, – в цикле лекций «Когда жизнь становится игрой, а игра – жизнью», в пунктах 10–11 (можно и далее идти).
О том, как конспирологическая идея вследствие размышления о ней, не сбалансированного другими представлениями, становится паталогической доминантой сознания (и о преодолении паталогической доминанты) – в статье «О развитии монашества, о теории “созависимости” и о прочих психологических подходах к решению личностных проблем», в главах «Нейрофизиология и любовь», «Услышать голос другого».
Примеры захвата сознания паническими идеями насчет заражения паразитами – в статье «Брешь в стене (часть 3). О преодолении мучительных состояний, прелести и демонического воздействия», в главе «Состояние повреждения – прелесть может развиться вследствие принятия ложной мысли» (также см. приложение).
О учении Л. Выготского применительно к реальной жизни – в третьей части статьи «Преодоление игрового механизма», в главе «Эгоизм и порабощение инфернальным силам».

Картина мира не формируется или будучи сформированной распадается, если человек фиксируется лишь на каком-то одном элементе бытия, и нередко этим элементом становится обожание собственного «я». Гипер-концентрация на собственной личности приводит к потере критичности в отношении собственных мыслей, и они начинает касаться непревзойденными и гениальными. Мнений (принадлежащим другим людям), с помощью которых можно было бы проверить мнение собственное, для человека, завороженного собственной персоной, не существует, (впрочем, как и самих других людей).

О регрессии сознании вследствие осуществления фиксации / однонаправленной активности см. в пятой части статьи «Мировоззренческий сдвиг: Детонатор наркотического “бума” и распада общества», в главе «Свобода и рабство (эксплуатация понятия свободы и пропаганда наркотиков)».

Такой человек, формально оставаясь христианином, в специфическом ключе начинает выстраивать панораму действительности. Но в качестве рабочих материалов, он использует только идеи, связанные с темой антихриста и темой церковных недостатков. Как было отмечено, в такую картину может быть включено сведение о действительно имевшим место быть факте, но это сведение обволакивается сетью специфических толкований. Характер толкований делает общий колорит картины (того, как рисуется в сознании человека жизнь, в целом, и его личное бытие, в частности) мрачным, безысходным, беспросветным. Мысль о ошибке другого человека отныне не сочетается с представлениями о том, как и «мне бы подобной ошибки не совершить», или о том, что «если заражусь неприязнью, то утрачу связь с Христом». Размышления о ошибке другого, оставленные на самотек, разрастаясь и хаотизируясь, приводят к ненависти, к заражению злом.

Начиная изучение мира с темы борьбы со злом и на ней концентрируя всю свою мыслительную активность, человек со временем теряет представления о иных гранях бытия, пропитывается злом. Думая защититься от антихриста знанием о тайных обществах, человек начинает смотреть видео ролики о шестерках, масонах, лазерах и пр.. И незаметно для самого себя он фиксируется на данном типе информации, данный же тип информации возбуждает в определенные центры (и они становятся доминирующими) и переадресует к определенным моделям поведения (озлобление, нетерпимость к мнению других, стремление к изоляции). Тема антихриста становится доминирующей, становится осью, на которую нанизывается вся информация, становится ядром, к которому стягиваются всё и вся.

Человек забывает о добре, о словах Спасителя, сказавшего, что будут и голод, и моры [эпидемии], и землетрясения, но – «не ужасайтесь» (Мф 24. 6–8). Страх выплетается из системы понятия, становится самостоятельной величиной, раковой опухолью, принизывающей все существо человека.

Чрезвычайное внимание (фиксация) к теме антихриста с целью вроде бы защиты от него приводит к тому, что образ антихриста выплетается из общей ткани сознания, освобождается от всех сдерживающих его представлений, становится всеобъемлющим, разрастается до вселенских масштабов. Получается парадоксальная вещь: пытаясь защититься от антихриста, человек взращивает в себе образ антихриста. И уже в каком-то смысле прежде его пришествия начинает ему поклоняться, денно и нощно думая о нем, ему посвящая начатки своих мыслей.

Идея проникновения в сознание зла в случае гипер-концентрации на теме зла может быть проиллюстрирована массой примеров. Например, – известные слова Ницше (Ницше, закончивший свои дни в психиатрической клинике, вряд ли может считаться учителем жизни и экспертом в деле обретения психического здоровья; но в деле инфицирования сознания злом он, в итоге сошедший с ума, по-видимому, понимал толк): «Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя» (то есть, когда имеешь близко с чем-то дело, то оно оказывает на тебя влияние; к чему устремляешься, к тому и приходишь в итоге).

Экранизация данного принципа отчасти усматривается в мультфильме «Дракон» («Союзмультфильм», 1961). С Драконом сражались герои, желающие освободить людей от власти Дракона. Победив Дракона очередной герой, входил в сокровищницу и при виде сокровищ Дракона сам становился новым Драконом.

В реальной жизни сражаясь с Драконом, необходимо помнить, что победить Дракона можно лишь тогда, когда сражаешься с ним иными, недраконовскими средствами. Но к сожалению, пронизанный страхом человек, пытается сражаться с страхом теми средствами, которые не побеждают страх, а лишь усиливают его.

Страх, рожденный вследствие фиксации на определенном образе, побеждается тогда, когда образ встраивается в целостную картину мира, в которой он связывается основанными на Истине понятиями (не зря Господь нередко на страницах Евангелия призывает: не бойтесь). Также – когда в сознании человека формируется противоположная страху доминанта.

Доминанта, понимаемая как очаг возбуждения в коре головного мозга, обладает свойством притягивать к себе все импульсы, поступающие в сознание. И одновременно – тормозить прочие отделы коры головного мозга.

Если доминирующим центром становится страх перед антихристом, то любая информация, поступающая в сознание, начинает восприниматься сквозь призму этого ведущего очага. В данном случае любые, самые, казалось бы, незначительные детали жизни окрашиваются зловещим ореолом (человек по любому поводу качается головой со словами: «Не к добру это!»).

Если человек пытается бороться с ведущим очагом лишь с помощью рационального знания, то вследствие такой деятельности (исходя из закона доминанты), может произойти усиление возбуждения ведущего очага (например, Фрейд: на месте «оно» предлагает поставить «я»; иногда человек чувствует некую помочь от взгляда в шкаф в деле преодоления страха перед скелетом в шкафу, но что делать, если человек убедился, что шкаф пустой, а страх все равно остается? или что делать, если на место «оно» встает «я», но вместе с тем приходит и понимание, что опоры этого «я» слабы и шатки, а ресурсы – ничтожны; в данном случае возникает риск того, что человека захлестнет паника).

Размышления лишь тогда могут способствовать освобождению от тирании паталогической доминанты, когда направляют к доминанте иной, характеризующейся обращенности к добру, любви, всему тому, что противоположно мраку. Страх перед антихристом преодолевается в деятельном обращении к Христу (с обращением к положительному в психологии возникают некоторые, иногда – серьезные трудности, так как положительное выходит за рамки психологии и приводит человека к тем областям, которые различными психологическими школами могут отрицаться, то есть к вере, надежде, любви).

Обращенность к вере не становится фиксацией, так как сопровождается реализацией завета Христа возлюбить Бога и ближних. Реализуя этот завет, человек, скованный страхом, исходит из темницы своей самозамкнутости к Другому. Это обращение к Другому, будучи осмыслено сквозь призму психиатрии и нейрофизиологии ассоциируется с процессом выработки новых понятий (человек постоянно обогащается новыми понятиями в результате конструктивного взаимодействия с ближними, его знания о разных аспектах бытия развиваются, уточняются; любовь является фактором стимулирующим пробуждения и поддержания в активном состоянии здорового интереса к миру).

На основании выработанных понятий строится развернутая картина мира, в которой образ страха сдерживается системой иных представлений. Стремление реализовать деятельную связь с Христом через проживание заповедей Евангелия (вследствие проживания заповедей Евангелия человек возрастает в вере, надежде, любви) становится новой доминантой. И появление новой доминанты характеризуется тем, что импульсы, поступающие в сознание, окрашиваются уже совершенной в иные тона, действие же паталогической доминанты тормозится.

В данном случае человек, да, помнит, что и антихрист придет, и слуги его будут действовать в мире. Но акцент он все-таки делает на том, что пока есть время, надо возделывать рай на том участке бытия, который открыт для активности. Да, он помнит о морах [эпидемиях], войнах, но мысль о катаклизмах не вызывает приступа панического страха.

Иное положение дел возникает в тех случаях, когда человек пытается бороться с Драконом драконовскими средствами. Многие люди, будучи чадами 21 века, почему считают, что проблемы можно преодолеть с помощью многочасовых видео-просмотров (словно надеются, что увеличение хронометража, проведенного перед экраном ТВ / компьютера / телефона прибавит толщины к защитной броне).

Слежение за картинкой на экране, само взаимодействие с экраном стимулирует работу лимбической системы, ассоциируемой с инстинктами и эмоциями. Лимбическая система не особо умеет распознавать, где – вымысел, где правда. Те, кто хватаются за сердце или рыдают во время кульминационных сцен фильмов ужасов или мелодрам, неужели не понимают, что они имеют дело не с реальной жизнью, а с интеллектуальным продуктом?

Этот продукт создавался на основе сценария, частями, и к каждой сцене иногда делалось по несколько дублей. Но во время просмотра активируются те системы мозга, на которые не очень-то влияет понимание, что к каждой сцене иногда делалось по несколько дублей, что после съемки полученная картинка озвучивалась, обрабатывалась, насыщалась спецэффектами. Понимание – дело разума, но если долгое время человек проводит у экрана, стимулируя лимбическую систему, то кора головного мозга угнетается. Если речь идет о многочасовых просмотрах ежедневно и на протяжении нескольких лет, то вопрос ставится уже не о угнетении, а о атрофии.

Лимбическая система происходящее на экране воспринимает как то, что происходит на самом деле. После просмотра человек нередко испытывает желание проанализировать увиденное, чтобы «встряхнуть мозги» и усилием разума разогнать туман эмоций, навеянных видеорядом. Но с каждым годом человек все более и более теряет возможность «встряхивать мозги», потому как нарастает регрессия коры (если человек только и делает, что смотрит видео и не тренирует кору чтением и глубокими размышлениями).

Во время взаимодействия с экраном происходит активация правого полушария мозга, что сопровождает выбросом определенных веществ, являющихся по своей структуре природными наркотиками. В результате их выброса отключается кора и переживается прилив возбуждения. Эмоциональная острота воспринимаемых видеорядов (неожиданно, опасно, интригующе, шокирующе) усиливает возбуждение.

Если речь идет о он-лайн играх и порно-продукции, то многим, в принципе, понятно, что речь идет о развитии зависимости. Но очевидный вывод о развитии зависимости человеку не приходит на ум, когда тематика видеоряда условно связана с его жизненными принципами, чаяниями и идеалами. Вот и получается, что продукция, насыщенная условно христианской, тематикой привлекает небезразличных к делу спасения людей.

И здесь возникает риск подмены. Человек начинает считать себя спасающимся и реализующим христианские идеалы одним фактом сидения перед экраном. Проблема усугубляет еще и тем, что в данном случае человек «обманываться рад», так как на кону стоит возможность получать ежедневную дозу психического возбуждения.

Вот и получается, что как некоторые захватываются он-лайн играми и порно-продукцией, так и некоторые христиане захватываются информационным потоком, эксплуатирующим темы масонов, недостойных священников, подготовки тайных обществ к пришествию антихриста и т.д. и т.п.. Человека, захваченного этим потоком, буквально «колотит» от возбуждения, он не столько излагает свою позицию, сколько сыпет речевками. Чтобы помочь ему повернуться к адекватному восприятию реальности, нужно много любви, терпения, иногда одними человеческими силами помочь такому человеку невозможно. В некоторых случаях дело заходит настолько далеко, что напрашиваются ассоциации на тему одержимости.

Человек будто бы становится убежденным, что его возвышает и освящает само знание о том, кто и в каких сексуальных извращениях из иных христиан был замечен. Но неужели святым становится тот, кто с фонариком разглядывает пятна на чьих-то трусах?

См. далее главу «Вопрос о недостатках».

Пораженный страхом, раскачиваемый отчаянием, захваченный паталогической доминантой антихристианской тематики человек мог бы преодолеть свои страхи через развитие доминанты положительной, через построение цельной картины мира, через участие в Таинствах, через общение с теми, кто с помощью Божией встал на путь преодоление страхов. Но исход к этим путям блокируется видеорядом, позиционирующим епископов и священников, совершающих Таинства, как недостойных и «отступивших». И что человеку остается?

Бегство в леса? Бесконечные обсуждения, кто, в чем и где согрешил?

К психическому возбуждению, подпитываемому мерцанием экрана добавляется возбуждение, подпитываемое восшествие на кафедру. И с высоты кафедры человек, простирая руку, начинает обличать всех «нечестивых», заимствуя обороты речи из книг, написанных святыми пророками. Собственная высота без труда в воображении достигнутая, пьянит. И все бы ничего, да только мира внутреннего от такой позиции не прибавляется. Наоборот, страх лишь усиливается. Человек начинает в перерывах между обличительными сессиями издыхать от уныния (ср. Лк 21. 25).

Путь посреди хаоса можно найти только тогда, когда внутри горит лампада (ср. Мф 22. 23). Искра Божественного света, хранимая в сердце, освещает жизненный путь человека. Если человек вдруг по какой-то причине утрачивает этот свет, то прилежно вспоминает, какие события предшествовали утрате. В одном случае он понимает, что причиной утраты было то, что он кого-то осудил и впредь он старается не осуждать. В другом случае он понимает, что причиной было то, что он возгордился и впредь он старается не гордиться. В третьем случае он понимает, что вследствие переключения на информационный поток сознание трансформировалось и стало неспособным удерживать в себе свет Христов и на будущее человек старается избегать контакта с определенными видами информации (и, вообще, старается дозировать свое взаимодействие даже с допустимыми видами информации).

На этих путях незаметно и как бы само собой у человека формируется огромное число навыков, на основании которых он вступает в конструктивно понимаемое единение с другими людьми, вырабатывает критерии для осмысления увиденного и услышанного. Временная потеря света, если и случается, стимулирует немедленный поиск ответа на вопрос: что было сделано не так? Найдя ответ, устранив причину, примирившись с ближними, реализовав деятельность противоположную ошибке, попросив у Господа прощения в частной молитве и во время Таинства Исповеди, приступив к Таинству Причащения, человек восстанавливает связь с Христом.

Само стремление сохранить эту связь помогает человеку в нужный момент мобилизировать свои духовно-нравственные, да и телесные ресурсы тоже. Тот же, кто утрачивает огонек, остается во мраке, он не понимает, куда ему идти и что делать.

И здесь актуальными видятся слова одного духовного наставника, сказанные, правда, о многословии, но применимыми и в отношении контакта с информацией (человек при неконтролируемом контакте с агрессивной, осуждающего характера информацией, при последующем за усвоением информации осуждении всех и вся приходит к подобным последствиям): «Многословие, забыв о мере, истощает ум, и тот не только совершенно лишается духовного делания, но и оказывается предан бесу уныния. … душа, когда хочет говорить слишком много, даже если все верно говорит, раскидывает повсюду свою память через звучную дверь твоих уст. Потому-то душа и лишается своих глубоких мыслей и беседует уже со всеми врывающимися шумной и бессмысленной толпою случайными помыслами. Нет в ней Духа Святого, Который хранил бы разум от грез»[2].

Слова о Святом Духе, защищающем ум от грез, – вовсе не отвлеченные богословские конструкции. Речь идет о реальном опыте. И слова духовных наставников, повествующие о этом опыте, чрезвычайно актуальны в наши дни. Ведь «невидимая брань», которую вели аскеты с мыслями, невеваемыми демонами, вынесена теперь для многих людей еще и вовне. Тот, кто изучал писания духовных наставников о невидимой брани, тот узнает многие из описанных ими приемов захвата демонами сознания в технологиях так называемой сетевой войны.

Сетевая война – вовсе не конспирологическая идея, а уже официальная доктрина ведения войны. Сетевая война – это не война информационная. Информационная война в том виде, в каком о ней слышали многие, – уже вчерашний день. Информационная война по сравнению с сетевой представляет из себя примитивный навал мыслей, которые манипулятор пытается заколотить в сознание объекта манипуляции. Суть сетевой войны – порционное, дозированное распределение информации по разнородным сетям окружающим человека и пронизывающим его личное, рабочее пространство. А также – пронизывающих общественное пространство, в котором человек имеет место быть, пронизывающих общественные институты, на основе деятельности которых формируются те или иные конфигурации общественного устройства.

Отдельные сегменты информации, в каждом из которых трудно найти какую-то явную крамолу, стекаясь в сознание, исподволь формируют определенные эмоции, представления и основанные на них модели поведения.

С точки зрения сетевой войны, «имидж, информация гораздо важнее реальности. Сама реальность становится “реальной” только после того, как сообщения о ней попадают в информационное поле». Исходя из этого посыла делается вывод, что «тот, кто контролирует информационное поле – тот контролирует всё. Информационное сопровождение войны становится не второстепенным обслуживающим моментом (как классическая пропаганда), но смыслом и сутью войны»[3].

О сохранении личности в условиях сетевого давления см. в части третьей стати «Остаться человеком: Офисы, мегаполисы, концлагеря», в главе «О необходимости сохранения любови даже в условиях, которые к этому не располагают. Некоторые рекомендации из святоотеческих творений».
А также в части пятой данной статьи (вся часть пятая – о сопротивлении сползанию в навязываемое состояние измененного сознания).

Приемы, используемые в сетевых атаках, как было отмечено, напоминают те приемы, которые используют демоны, влагая мысли в сознание человека и склоняя его к определенному поступку.

Например, одним автором (его мысли далее развивается своими словами и дополняются) описан механизм «выдергивания» монаха из обители. Если вложить монаху прямую мысль уйти из обители, то он эту мысль может близко к сердцу и не принять. Поэтому демон поначалу возбуждает в монахе ревность к подвигу. Монах чувствует необыкновенный прилив сил, ему хочется молиться по ночам, делать огромное числе поклонов. И демон дает ему и воодушевление, и силы.

Потом потихоньку начинает пускать в сознание мысли типа: «Ты такой подвижник, а посмотри, как остальные монахи в обители живут. Никто столько поклонов не делает, ночной молитвы тоже ни у кого нет. Как бы тебе, живя с такими монахами не растерять своего горения, надо бы подыскать обитель более соответствующую твоему высокому устроению».

И монах выходит из обители, но, когда он выходит, у него забираются транслируемые демоном и воодушевление, и силы. И монах остается один посреди мира, обессиленный и опустошенный.

Или: монах едет искать другую обитель, а по пути у него пропадает все воодушевление. И тут демон пробуждает желание подкрепить силы едой, – «Да и выпить не мешало бы (не пьянства же ради, здоровья – для)». Вот и заходит монах в привокзальный буфет. А демон местному завсегдатаю и шепнет: «Вот человек с дороги устал, ты бы налил бы ему коньячку». Далее монах знакомится с завсегдатаем, дружба настоящая мужская начинается со скупой слезой после «первой» и «второй» рюмочки. И забывает монах, что ехать он собирался великие подвиги совершать.

Подобная схема ведь напоминает то, что происходит с человеком, уходящим в раскол. Вначале сетевыми методами возбуждается ревнование и – вроде бы по Богу. Потом – осуждение всего, что мешает реализации этого стремления к Богу. Вроде бы на первых порах ничего такого страшного и не приметно. Но потихоньку человек все более и более становится нетерпимым к любым проявлениям, с его точки зрения, «соглашательства» других с тем, что противоречит его представлениям о «чистой» жизни. Он готов и паспорт сжечь, и от всего отказаться, – «а вот “они”, мол, – паспорт не жгут, значить “они”, мол, – не за Бога». Далее – ожесточенная критика. И человек разгоняется в своем разгоряченно понятном благочестии, разгоняется и разгонятся. Но фоне его восхождения к, с своей точки зрения, понимаемому подвигу другие, не похожие на него, кажутся «людишками-предателями», с которыми и из одной посуды-то есть не стоит. И далее – человек выталкивается в раскол.

То есть сталкивается в пучину морскую с борта корабля Церкви. Остается без Таинств, в которых мог бы приобщиться к Духу Святому, защищающему ум от грез. Остается без любви, и, значит, – открытым для реализации той опасности, о которой предостерегал еще святой апостол Павел. Святой апостол, ведя речь о пришествии антихриста, предупреждал, что его пришествие будет «со всяким неправедным обольщением погибающих за то, что они не приняли любви истины для своего спасения. И за сие пошлет им Бог действие заблуждения, так что они будут верить лжи» (2 Фес 2. 10–11).

Жизненно важно сохранить любовь, дух мирен, чтобы сохранить возможность приобщения к Духу Святому, защищающему ум от грёз. Духовные наставники писали, что Иисусова молитва защищает ум от мечтаний, о в наши дня эти мечтания навязываются не только демонами, но и СМИ. Так преподобный Исихий Иерусалимский пишет, что если человек старается хранить своей ум в чистоте и творить Иисусову молитву, то «Бог приемлет его бодрствование над помыслами и в воздаяние за то дарует ему ведение, как надо преодолевать врагов и как надлежит очищать сердце от помыслов, оскверняющих внутренняго человека»[4].

Мирянам Иисусова молитва не возбраняется. Примечательно, что совет творить и мирянам Иисусову молитву, данный преподобным Серафимом Саровским, был включен архимандритом Иоанном (Крестьянкиным) в его работу о святом (курсовая работа «Преподобный Серафим, Саровский чудотворец, и его значение для русской религиозно-нравственной жизни того времени»). Работа была написана в годы гонений и, может, не случайно данная тема была избрана отцом Иоанном. В своем труде он приводит советы святого, данные мирянам, в отношении того, как им выстраиваться свою христианскую жизнь посреди мира, состояние которого во времена святого напоминало несколько состояние мира нынешнего.

Как вопрос о внутренней жизни, так и прочие вопросы, относящие к теме выживания личности в экстремальных условиях, разбирались, в статьях лекциях, объединенных называнием «Остаться человеком: Офисы, мегаполисы, концлагеря». На примере опыта людей, прошедших через экстремальные обстоятельства, – попытка ответить на вопрос, как человеку остаться человеком. Как выжить в качестве личности (а не только биологического объекта) в условиях пост-техно-офисно / жестко формализованной обстановки.
Существует несколько частей у цикла бесед с этим названием, и несколько частей статьи.
Так в отношении отмеченных выше тем можно указать на лекцию 54 второй части – «Открытие раздела о ВНУТРЕННЕЙ ЖИЗНИ. Внутренняя жизнь как ответ. Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) и его сочинение о прп. Серафиме Саровском».
В пунктах 55–58 – о внутренней жизни в условиях концентрационных лагерей, офисов, мегаполисов.
Пункт 25 – «Поток. Поток проходит через сердце - меняется человек. 
Жизнь сердца (хранение сердца, духовная жизнь) как стратегия выживания».
Пункт 47 «Стресс. Мозг загоняется в русло. Ситуация довлеет. 
Психологическое выживание в концлагерях и офисах. Личное, не завязанное на внешнее».
«Остаться человеком (часть 1)»: Пункт 92 – нищета, трудности.
«Остаться человеком (часть 3)»: 6f–7a – о страхе.
7b–8e – Куда идти, если не знаешь, куда идти.

В разделе «Куда идти, если не знаешь, куда идти», помимо прочего, приводятся слова преподобноисповедника Никона (Беляева). В годы гонений он сохранил ясность ума, не стал жертвой паники. Мало того, на него легла ответственность по духовному окормлению людей в столь непростые годы. Однажды он пересказал ответ своего наставника – преподобного Варсонофия Оптинского – на вопрос «Как жить?». В Псалитри есть слова «Наставит [Господь] кроткия на суд, научит кроткия путем Своим» (Пс 24. 9). Эти слова означают, что «то смиряется сердцем, тот делает душу свою способной к принятию Божественного научения».

То есть такой человек будет непостижимым образом научаем, как ему поступить. В запутанной ситуации он увидит нечто, позволяющее ему принять взвешенное решение.

Чтобы быть способным разобраться в надвигающейся сумятице сетевого цунами жизненного необходимо, чтобы человек не утратил Божественный свет. Непостижимым образом у человека, практикующего Иисусову молитву, будет появляться понимание внешней ситуации и ситуации внутренней, он не останется без просвещения.

В этом смысле можно привести историю одного монаха, который до своего обращения в Православие общался с разными людьми: буддистами, эзотериками разного толка. После обращения в Православие он сохранил за собой довольно опасную привычку читать различные материалы, написанные эзотериками, скептиками, людьми, специально входящими в измененное состояние сознания. Контакт с такого рода информацией может незаметно для самого человека трансформировать его сознание – тем привычка и опасна, но данный момент не обсуждается не правомочность такой стратегии познания, а один из случившихся эпизодов.

Однажды, зайдя на сайт скептиков, он начал читать их объяснения различные явлений. Из объяснений выходило, что все верующие люди заблуждаются и т.д. и т.п.. И вот на каком-то этапе монах понял, что информация начинает его менять. Он понимал абсурдность утверждений, но не мог на логическом уровне распознать, в чем подвох. Ум буксовал, и монах чувствовал, как даже в физическом отношении ему становилось все хуже и хуже. Что-то очень и очень плохое с ним начало происходить.

И тогда он начал читать Иисусову молитву – «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго». Какие-то оковы стали спадать с ума, но он непостижимым образом увидел как-то внутри себя, в чем именно был подвох, понял на уровне аргументов, в чем именно состояла ложь (в книге преподобного Исаака Сирина «Слова подвижнические» есть масса мыслей насчет того, что благодать Святого Духа дает человеку понимание внутренней брани).

Чтобы быть в состоянии приобщаться к благодати Святого Духа через участие в Таинствах, чтобы быть в состоянии оставаться членом Церкви даже при наличии сведения о том, что другие члены Церкви обнаруживают недостатки, нужно понимать причины, ради которых Церковь была вызвана к бытию. Не разворачивая вопрос о Церкви слишком широко, но в каком-то смысле ограничивая рассмотрение вопроса нуждами данной статьи, можно сослаться на жизненный опыт князя Николая Жевахова.

Будучи товарищем обер-прокурора Св. Синода в предреволюционные годы, князь Жевахов знаком был со многим таким, что могло бы в ком-то и веру охладить. Но он опытно знал, что свет Христов – не фикция, и он шел на этот свет. Наблюдая нарастание тенденций, совокупное действие которых привело к охлаждению веры в народе и социальному взрыву, он не ожесточился, не очерствел душой, не разуверился в добре. Его размышления отличаются особой рассудительностью, основанной на личном христианском делании, серьезном образовании, глубокой культуре (а также – наблюдательности, проницательности и умении облекать свои мысли в четкие, но далеко не ограниченные формулировки).

Князь Жевахов нашел путь посреди терний этого мира. Когда нужно идти вперед, на свет, а впереди – поле, на котором – терние, возникает риск того, что человек и не тронется в путь, испугавшись терния. Человек отсекает от себя саму возможность движения вперед только потому, что видит на поле колючки. Воспоминания князя описывают траекторию его жизненного маршрута, обходящую колючки и все-такие при всех жизненных невзгодах направляющуюся к свету (см., например, главы 54, 55, 56, 57, 58; «Трагедия детской души», «Душевная драма обывателя», «Пастыри и паства», «Епископы и монахи», «Православие и католицизм»).

Уравновесить воспоминания князя, который все-таки был светским, а также – высокопоставленным человек (высота положения тоже налагает определенный отпечаток на способ восприятия мира; все-таки последующий опыт послереволюционных гонений показал, что многие архиереи, по слову одного писателя, оставили свои преимущества и радостно пошли за Христом до смерти) могут воспоминания протоиерея Михаила Труханова, изданные под названием «40 лет моей жизни». Отец Михаил прошел гонения на веру времен тотальных репрессий и опытно изведал на себе силу заступления десницы Господней. Не раз поставленный, казалось бы, за черту выживания, он все-таки непонятно как (по человеческому разумению) выживал. История его жизни – непрекращающийся многие годы комментарий к словам Спасителя: «не ужасайтесь».

Попытка навязать Церкви раскол в связи с введением ИНН

Приведенные выше мысли о трансформации сознания вследствие прокачивания сквозь него информационного потока, а также – мысли о сетевой войне можно прокомментировать описанием некоторых событий, сопровождавших историю введения ИНН. С введением ИНН была развернуто информационное облако, вследствие контакта с которым некоторые люди или ушли в раскол, или встали на очень близкую к расколу позицию осуждения всех, не согласных с их точкой зрения.

Истории, приводимые ниже, можно сопоставить с первой частью данной статьи, в частности, с главой «Попытка дискредитировать Патриарха Тихона». В этой главе рассказывалось, как история о переходе на новый стиль была использована большевиками для очернения святителя Тихона.

Нечто подобное еще совсем недавно наблюдалось в связи с историей о ИНН, когда в среде верующих стал подогреваться раскол. Одни видели в ИНН печать антихриста, другие не идентифицировали ИНН с ней.

Вот небольшой шрих к истории раскола. Однажды, откуда ни возьмись, в количестве одного миллиона экземпляров появились листовки, взывающие к чувствам верующих в связи проблемой ИНН. Чтобы понять, откуда эти листовки возникли, в Белгородской епархии было проведено внутреннее расследование. Оно установило, что листовки были изданы фирмой «Логоваз». Рассказывая об этом событии, священник Даниил Сысоев не без иронии упомянул о человеке, который финансировал проект. Это был (сказано с иронией) “один «ревнитель Православия» – Борис Абрамович Березовский. И делал он это, как отметил в шутливой форме отец Даниил, конечно же, из «искреннего желания помочь Православной Церкви»”[5].

В истории с ИНН выдвигалась следующая стратегия. Если ИНН – печать антихриста, то слугами Антихриста как бы объявлялись все, кто не сопротивляется введению ИНН.

Тех, кого зацепило осколками данного пиар-взрыва (и не только его), побудит, возможно, к размышлениям о жизни опыт одной женщины. Она прислала в Соловецкий монастырь письмо о своей грустной истории. Эта женщина была преподавательницей иностранных языков и, содействуя обращению других людей к вере, водила своих студентов креститься. Пришли в Храм члены ее семьи. Ее родители повенчались. Повенчалась и она со своим мужем.

Когда начались споры об ИНН, кто-то говорил, что ИНН является печатью антихриста. И женщина, поверив этому, ушла с работы, сожгла все документы. Паспорт она вообще не стала получать. Больше одиннадцати лет она жила «без ничего». А вся ее семья тем временем отошла от Бога. Вдумайтесь в ситуацию: больше одиннадцати лет она жила без документов, ее семья отошла от Бога, а антихрист так и не пришел.

Сколько времени вообще должен царствовать антихрист?

Ожидание антихриста, гипер-сосредоточение на мысли о последних временах и отпадение от Христа

Антихрист, как о том свидетельствует Священное Писание, должен царствовать «три с половиной года (Дан 7. 25; 12. 7; Откр 12. 14) или сорок два месяца (Откр. 11,2; 13, 5), или тысячу двести шестьдесят дней (Откр 11. 3; 12. 6), или – малое время (Откр 12. 12)».

Эти ссылки взяты из работы преподобного Иустина (Поповича) «Второе Христово Пришествие и Царство Будущего века. Конец мира и истории»[6]. Всем, кто озабочен темой Антихриста, не мешало бы познакомиться с этой работой. Трезво, взвешенно, и главное, – на основании Священного Писания и святоотеческих текстов преподобный Иустин рассматривает указанный в названии вопрос. Внимательное чтение этой работы помогает освободиться от психоза, в который многие люди попадают в связи с темой последних времен.

Эта тема на разные лады муссируется в видеороликах и публикациях. Немудрено, что человек, погрузившийся в поток информации такого рода, достаточно быстро теряет почву под ногами и становится ведомым. Внимательное чтение работы преподобного Иустина помогает вернуть почву.

В творениях преподобного Иустина Поповича, посвященных концу земной истории, сказано, что ужасы Апокалипсиса не будут чем-то внешне навязанным человечеству. Ужасы Апокалипсиса будут являться итогом сознательного выбора большинства людей. Господь попустит совершится тому, что избрала свободная воля большинства людей.

«Когда в человеческом роде, – пишет преподобный Иустин, – начнет стремительно угасать вера в Господа Иисуса Христа, когда большинство людей по собственному произволению добровольно изберут зло … тогда Господь попустит явиться … антихристу». То есть Господь предвидел время, в которое произойдет сознательное и добровольное отречение от Христа, и в это время и попустил явиться антихристу[7]. Антихрист не навяжет свои законы людям силой, «но явится в земном миpe тогда, когда большинство … добровольно погрязнут в безбожии, … в брани против Христа»[8].

Попустив ужасы последних времен и приход антихриста, Господь не насилует воли людей. Господь просто предоставляет им шествовать теми путями, которые они сами избирают. «Во всем этом Бог не творит никакого насилия над их свободой и не навязывает им греха, зла, смерти, диавола; Он лишь вручает их похотям сердец их». Таким образом, пришествие антихриста произойдет в то время, когда станет очевидно, что большинство людей добровольно пойдут за злом. И антихрист станет их идеалом и вождем[9].

То есть апокалипсические ужасы будут сознательным выбором людей. Если люди стремятся к добру, то смысл в продолжение земной истории еще есть.

Итак, мы видим, что битва за ускорение или отсрочку пришествия антихриста ведется в каждом человеческом сердце. Приход антихриста – это сознательный выбор большинства людей, а не решение кучки магнатов / масонов. Соответственно, отсрочить пришествия антихриста люди могут, сознательно избирая добро.

И здесь мы подходим к тому моменту, который, к сожалению, ускользает от внимания многих людей. Люди, забыв, какова будет причина крушения мира (сознательно избрание большинством людей зла), надеются отвратить это крушение путями политическими.

Люди, вставшие на данную точку зрения, приходя в Церковь, мало внимания обращают на призыв Христа жить в соответствии с тем, что Он заповедовал. Определенная прослойка верующих сходу, только-только войдя в Церковь, погружается в борьбу – с масонами, с ИНН, с недостатками. Объектом борьбы становится все, что угодно, только не свои страсти. А ведь именно они, страсти, отлучают человека от Бога.

Борьба со страстями нелегка и требует упорного труда. Смотреть же ролики по Ютьюб – не трудно, и это занятие может реализовываться, что называется, «без отрыва от производства». И получается странная картина. Вновь обращенный христианин тех, кто старается принимать участие в Таинствах, называет соглашателями и отступниками. Себя же, сутками «сидящего в интернете», почитает «ревнителем».

И вот какая перспектива открывается для тех, кто не хочет перестраивать после обращения к христианству собственную жизнь. Человек до Крещения смотрел сутками Ютьюб и после Крещения сутками смотрит тот же Ютьюб. Но считает себя уже спасающимся и двигающимся к Царству Небесному. Возрастание хронометража просмотренных роликов обличительного характера ассоциируется с возрастанием в добродетели.

Есть христиане, которые только о политике говорят, и свой болезненный интерес к политике выдают за ревность по славе Божией. И странное дело получается: они сутками смотрят ролики по интернету и считают, что спасаются. Но по факту они проводят время также, как и другие не живущие по Евангелию люди.

Обличительные ролики (в которых «спикер» обличает епископов и всех, кто имеет отличное от «спикера» мнение) чем-то напоминают двухминутки ненависти, описанные Джорджем Оруэлом в его романе-антиутопии «1984». Людям, включенным в тоталитарную модель, показывали по ТВ определенных лиц, внушая, что они, дескать, «против». Постоянное участие в двухминутках приводило к тому, что у людей, выражаясь в терминах нейрофизиологии, формировалась доминанта ненависти. То есть очаг возбуждения в коре головного мозга, который мог быть активирован определенным раздражителем. Один из аспектов доминанты состоит в возможности очага возбуждения суммировать импульсы, поступающие по поводу текущей доминанты.

То есть каждая новая двухминутка активировала и воспроизводила очаг, который суммировал в себе многолетние просмотры подобных передач. Активацию очага Оруэл описывает следующим образом. Через тридцать секунда «словно от электрического разряда, нападали … корчи страха и мстительности, исступленное желание убивать, терзать, крушить лица молотом: люди гримасничали и вопили, превращались в сумасшедших. При этом ярость была абстрактной и ненацеленной, ее можно было повернуть в любую сторону, как пламя паяльной лампы».

В современных аналогах таких двухминуток, как правило, мишенью выставляется лицо Патриарха. Умело вызывав ненависть к Патриарху, создатели роликов сгенерированную ненависть могут направлять далее по своему усмотрению.

Причем для зрителей почему-то неочевиден тот факт, что если их сердца заражены ненавистью, то эта ненависть отлучает их от Христа. А человек, не способный вследствие своей ненависти вместить в себя мир Христов, с кем остается?

«Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей» (1 Ин 3. 15). То есть не имеет вечной жизни, как своего внутреннего состояния. То состояние, которое в человек сформировалось во время земной жизни и стало доминирующим, то состояние человек забирает с собой и в вечность. Ненависть, ставшая доминирующим состоянием во время земной жизни, примет поистине чудовищные масштабы, продолжая развиваться при переходе в жизнь загробную, делая человека заложником вечного страдания.

Чтобы стать способным к жизни вечной, человек, по мысли святых отцов, должен еще во время земной жизни победить страсти и настолько укрепить связь со Христом, чтобы стать способным приобщаться к миру Христову. Чтобы стяжать способность быть причастником внутреннего мира, который есть действие благодати, человек стремится в максимально возможной для него полноте реализовать заповеди Евангелия в своей частной жизни.

И в жизни некоторых христианин происходит чудовищная подмена. Деятельность по реализации заповедей Евангелия (по раскрытию в себе Царства Божия) подменяется на бесконечные разговоры о политике. Ненавидящий других, глотающий ролик за роликом, беспрестанно обсуждающий различные политические вопросы, такой человек по каком-то странному стечению обстоятельств именно себя видит в числе спасающихся.

Отчасти, такая модель поведения может быть связана с одной из трактовок термина «удерживающий». Это слово взято из послания святого апостола Павла к Фессалоникийцам, в котором в отношении последних времен сказано, что тайна беззакония «не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь» (2 Фес 2. 7).

Под словом «удерживающий» некоторые понимают царя, в связи с чем отсрочку на крушение мира связывают с фактом установления царской власти. Пресечь зло на земле с помощью создания совершенного государственного устройства – это давняя мечта человечества. Но всецело отдавшись этой мечте, человек рискует оставить без внимания свое сердце. «Я не виноват в том, что все так плохо, – может сказать он. – Не та власть».

Мы не обсуждаем сейчас, хороша ли царская власть или нет. Вопрос ставится иначе. В погоне за реализацией политических проектов люди забывают о том, что собственную христианскую жизнь они могут реализовать лишь на основе Евангелия, имея цель – связь со Христом, стяжание Божественной благодати.

И никто да не подумает, что деятельность такого рода легка и может быть реализована лишь на уровне богословских концепций. Человек всю жизнь должен перестроить, чтобы стать способным стяжать Божественную благодать (см. главы про связь с Христом в третьей части статьи «Преодоление травматического опыта»). Если бы большинство людей жило подобным образом, чтобы находится в способности быть приобщенным внутреннему миру, то, действительно, злу трудно было бы развернуться.

Люди, понимая, что вследствие злого поступка они утратят внутренний мир и связь с Христом, не будут соглашаться на то, чтобы стать проводниками зла. Если же задачи они перед собой ставят иные, то сотрудничество со злом «монетизируется», люди начинают идти на сделки со злом, чтобы решить какие-то свои вопросы, поставленные в отрыве от представлений о связи со Христом.

Вследствие умножения беззакония и отвержения Бога «Дух Святой, – как пишет преподобный Иустин, – отступит от людей, и благодать Его, удерживающая (См.: 2 Фес 2. 7) антихриста и мешающая ему явиться, возьмется с земли, так что откроется широкий вход всякому лукавству и бесу, олицетворенному в антихристе»[10]. «Благодатная деятельность Христовой Церкви» препятствует появлению антихриста. «Евангелие спасения – [это] и есть сила, удерживающая антихриста явиться прежде времени … Вера людей во Христа – это тоже сила, удерживающая антихриста и препятствующая ему явиться»[11].

«Верующим, – пишет игумен Марк, – дарована возможность освобождения от власти диавола общением со Христом. Возможность эта осуществляется по мере и степени веры и нравственного самоусовершенствования человека»[12].

Таким образом, можно сказать, что если люди оторвутся от связи с благодатной деятельностью Церкви и откажутся от жизни по Евангелию, то станут открыты для действия падших духов. Когда заглушается голос Церкви и пресекается связь людей с евангельским учением, тогда на пути зла не остается преград.

И здесь, согласно мысли преподобного Иустина, важна деятельность каждого человека. Живет ли этот человек по Евангелию? Что он выбирает: добро или зло?

Если принципы, изложенные в Евангелие, испаряются из жизни большинства людей, значит конец приближается. Если эти принципы реализуются большинством, значит, конец отдаляется. Важен выбор, совершаемый в сердце каждого человека.

Многие люди сопоставляют свою участь в вечности с событиями, описанными в книги «Откровение» («Апокалипсис»). Многие ждут Судного Дня. Но, возможно, не все из этих многих помнят, что «личный Апокалипсис» наступает ежеминутно для многих и многих людей. Суд для многих наступает уже сейчас. Люди формируют в себе доминирующее состояние и с этим состоянием переходят в вечность.

Задуматься над предмет того, что ждет нас за гробом, призывает преподобный авва Дорофей с помощью следующей мысли. Он говорит, что если человек три дня проведет в темном помещении без еды, пития, сна, общения и молитвы, «тогда он узнает, что будут в нём делать страсти». Скорби, переживаемые человеком, находящемся в подобном положении, помогают «несколько понять, какова тамошняя скорбь»[13]

Более подробно насчет того, что внутренний багаж, сформированный человеком во время земной жизни, переходит с ним в жизнь вечную, см. во второй части статьи «Мировоззренческий сдвиг: Детонатор наркотического “бума” и распада общества», в главе «В чем суть такого явления, как посмертное воздаяние?»; в части первой, в главе «Религиозный взгляд на зависимость от психоактивного вещества (ПАВ). Почему принимать наркотики это плохо?»
А также – в работе священномученика Андрея (Ухтомского) «О любви Божией на Страшном Суде».

Соответственно, если человек сотрясается от ненависти, охвачен гневом, не может кого-то простить, скрежещет зубами от злости, то весь этот багаж человек переносит в будущий век. О том, что там будет с ним происходить, он может получить некое представление, проведя три дня в темном помещении при отсутствии развлечении.

По какой причине человек полагает, что «двухминутки ненависти» и постоянное погружение в медиа-продукцию, радикально-осуждающего характера, избавят его от столкновения с описанной перспективой?

Какие шансы обрести единение со Христом тому, кто скрежещет зубами и сотрясается от ненависти? Или отказывается от участия в Таинствах, разорвав свои отношения с Церковью, близко к сердцу восприняв провокационный характер медиа продукции и социальных сетей?

Впадая в состояние психоза относительно темы конца времен, человек утрачивает адекватное восприятие действительности. Тему последних временем активно используют для «бомбардировки мозгов» различные секты. Муссированием темы апокалиптических событий они вызывают у адептов чувство всеохватного страха, а потом ждут, когда адепт согласится на любые условия, лишь бы кто-то избавил его от этого страха. В эти сети попадает тот, кто акцент делает на теме ужасов апокалипсиса, а не на личности Христа.

Да, мы помним о предсказаниях Спасителя относительно последних времен. Но в то же время, по мысли иеромонаха Серафима (Роуза), мы должны помнить, что «зверь, блудница, лжецерковь, ложное правление антихриста, – все это вторично, преходяще. Пребывает вечно лишь Царство Иисуса Христа». Если же «в нашем сердце не живет Христос, то мы окажемся среди тех народов, что восплачут и возрыдают, приняв антихриста»[14] (см. также еще размышления отца Серафима в приложении 1).

По мысли отца Серафима (если ее чуть дополнить) те люди, которые напряженно изучают процесс политической подготовки пришествия антихриста, также обмирщены, как и те, кто этой подготовкой занимается. «Отец Серафим держался взглядов святителя Игнатия (Брянчанинова): лишь те, кто чувствует Царство Божие сердцем, распознают антихриста, когда он появится на земле. А «сверхправильные», напротив, станут его легкой добычей. Отец Серафим, ссылаясь на «Повесть об антихристе» Вл. Соловьева, говорит, что антихрист, дабы привлечь тех православных, кто держится традиций, откроет Музей христианской старины. … Почему мир захочет поклониться ему? Да потому, что в нем есть то, что найдет отклик в каждой душе, когда в ней нет Христа»[15].

В подобном ключе размышлял преподобным Порфирий Кавсокаливит. Он сокрушался на счет того, что некоторые духовники взбудоражили разговорами о числе антихриста множество людей, тем самым создав «целый клубок проблем – в семьях, в сознании людей. Люди потеряли сон. Чтобы уснуть, они принимают психотропные препараты и снотворное».

Преподобный считал, что, если человек живет со Христом, то для него не существует антихриста. Выражая эту мысль, он спросил собеседника, может ли тот сесть на кровать, на которой он, то есть преподобный Порфирий сидел. Когда собеседник сказал, что не может сесть на кровать пока она занята, преподобный подметил: «Когда мы имеем в себе Христа, может ли прийти антихрист? Может ли войти какая-либо противоположная сущность в нашу душу? Сейчас мы, дитя мое, не имеем в себе Христа, поэтому и беспокоимся об антихристе»[16].

Да, конечно, проблемы есть, но мы больше должны думать о Христе, как с Ним соединиться посредством исполнения заповедей. Если есть Христос в наших душах, то мы испытываем внутренний мир. Если же мира внутри нет, то наша жизнь под сомнением, что бы мы там ни говорили.

Преподобномученик Моисей (Моржов), келейник преподобного Алексия Зосимовского, рассказывал, что когда спрашивали его об антихристе (в советские годы), он отвечал, «что нет никакой надобности определять сроки появления антихриста, а нужно жить по-христиански». Он рассказывал также, что в советские годы граждане СССР смущались видом звезды, которую считали печатью антихриста. Смущали и кооперативные книжки, и вступление в колхозы. Он не брался утверждать, что звезда являлась печать антихриста, на счет книжек и колхозов считал, что «это торговые условия»[17].

В советские годы, помогая верующим выстраивать свою духовную жизнь в условиях богоборческого государства, старцы зосимовские, приняв завет их великого аввы старца Алексия, творили спасения душ человеческих, не вникая в человеческие суждения о том, правильно ли ведет себя руководящая церковная власть: одно было на потребу – привить обращающимся к ним людям смиренное и одновременно крепкое мудрование о жизни, об отношении к людям, о поведении в обществе и семье»[18].

Разговоры об антихристе не должны вводить нас в состояние психоза. Пока у человека есть время, он должен учиться молиться и делать добрые дела. В книге «Апокалипсис» сказано, что «неправедный пусть еще делает неправду; нечистый пусть еще сквернится; праведный да творит правду еще, и святый да освящается еще» (Откр 22. 11). Многие же люди, к сожалению, слушая различные разговоры об антихристе, забывают об исполнении заповедей Божиих, о молитве, начинают озлобляться, ожесточаются.

Если в сердце человека – ненависть, осуждение, то он уже находится в состоянии отпадения от Христа. Важно сохранить связь Христом. А для того – не принимать тревожных, запутанных мыслей, сосредоточиться на добре, на любви. Помнить слова святого Апостола Павла насчет того, что как люди не примут духа «любви истины», попустится им «действие заблуждения, так что они будут верить лжи» (2 Фес 2. 10–11).

Когда же люди отступят, начнут ненавидеть друг друга, когда в них охладеет любовь, тогда они выйдут из-под благодатного покрова и станут открыты для воздействия лжи, для манипуляции, и такие люди запутаются. Поэтому берегитесь потерять любовь. Изучайте жития новомученников, которые жили в эпоху страшного давления внешней среды. Они могут стать нашими учителями. Несмотря ни на что, они остались людьми, не потеряли любовь, не потеряли связь с Богом. Их пример показывает, что жизнь по заповедям Евангелия может уберечь от зла.

Если больше читать книг о том, как христиане жили во времена репрессий, как молились, как общались друг с другом, как преодолевали трудности, то начнет появляться какая-то надежда. Если же постоянно смотреть видеоролики на темы, что «все плохо», что «готовят рабство» и пр., то может начать расти (непрестанно усиливаясь) состояние тревоги, апатии.

Опыт новомучеников и мирян, живших в условиях гонений и внешнего давления разбирался в лекциях цикла «Остаться человеком: Офисы, мегаполисы, концлагеря» (в цикле – несколько частей).
В частности, в отношении к разбираемой теме, см. лекцию 8с «Куда идти, если не знаешь, куда. Вразумление. Гонения. Об отношении к темам последних времен, об Антихристе».
См. также ответ «Антихриста пришествие и последние времена – некоторые особенности восприятия этих понятий».

Заглатывая информационный крючок, человек становится живой иллюстрацией к описанию такого процесса как троллинг. Суть процесса состоит в том, что жертву цепляют крючком и тащат, тащат.

Сознание человека тащат сквозь новые и новые толщи, намытые информационным потоком. Пропуская через себя в режиме non-stop поток информации, человек на определенном этапе теряет связь (если она была) с совокупностью критериев, на основании которой и возможен только критический анализ информации. Отныне информация трансформирует сознание человека, и свойства его сознания становятся практически идентичными тем свойствам, которыми обладает поток, включивший в себя и поглотивший в себе человека.

Когда ты становишься другим, заметить эту катастрофическую перемену не всегда бывает возможно (ведь ты уже стал другим). Благо человеку, если у него выстроен какой-то ритм жизни, сформированы связи с людьми, в беседе с которыми он проверяет на адекватность свои суждения, найдены и укреплены «точки» прикрепления к реальности. Например, если человек старается регулярно, скажем, два раза в месяц причащаться, то, даже будучи «выбитым из седла», он имеет шансы во время Причащения прийти в себя (а также – во время Таинства Исповеди, которое предшествует Таинству Причащения).

Но что произойдет в том случае, если человек перестанет причащаться? Что, если в нем совьет гнездо та мысль, что отныне, мол, он причащаться не будет на том основании, что храмы, как сказано в роликах, стали, мол, безблагодатны? Когда человека понесет в открытое море измененного состояния сознания, то не будет «веревки» удерживающей «лодку» сознания от разрыва связи с береговой линией – с адекватными представлениями о действительности.

Благо человеку, если он поддерживает связь с людьми, к мнению которых прислушивается: духовник, близкие, единомысленные во Христе. Когда информационный поток уносит в открытое море психоза, есть шансы, что человек зацепится за слово духовника как, скажем, может зацепить за растущий на берегу кустик тот, кого несет по камням бурная речка (горная речка, впадая в море, несет замотавшееся в ее воды тело дальше). Но что если человек посчитал, что и духовник, и все его близкие, отпали от благодати раз причащаются в храмах, которые, как говорится в роликах, мол, безблагодатны?

И странное дело, такой человек, считающий себя единственно правым, по сути, поставляется в то положение, которое в годы открытых гонений на веру безбожные власти пытались сконструировать для большинства людей. Чтобы люди остались без Таинств – взрывались храмы, чтобы люди не могли укрепиться в опорных точках зрения на реальность через общение со священниками – расстреливались священники. Чтобы люди не могли поддерживать друг друга в интеллектуальном противостоянии давлению моноидеи, навязываемой тоталитарным аппаратом, людей отрывали друг от друга (если речь шла о тюрьме – переводили, например, в разные камеры).

Все то, что ранее реализовывалось с помощью физических «субстратов» (взрывчатки, резиновой дубинки), в век информационных технологий может быть реализовано с помощью сетевых методов воздействия. Люди, ставшие объектами сетевой атаки и поддавшиеся ей, перестают причащаться. Они добровольно стремятся к состоянию изоляции, сами и своими руками производят с своей жизнью все то, что лишает их возможности приобщаться к благодати Святого Духа.

Размышления о путях стяжания Святого Духа в сознании человека подменяются бесконечными цитатами о чипах, документах, политических закулисах. Человек самому себе кажется прекрасно осведомленным в вопросах закулисных стратегий. Ему кажется, что он движется верной по жизни дорогой, раз знает, кто из деятелей закулисы с кем встречался и когда, какие законы где приняты, кем и для чего. Он полностью пропитывается духом миром сего, сама мысль о Христе выкрадывается из его сознания.

Человек незаметно для себя становится похожим чуть ли не на типичного гонителя времен открытых репрессий. Типичный агитатор, сыпящий с трибуны лозунгами в отношении «попов». Агит-ритмы слышатся в речах многих людей, вроде бы крестившихся и пришедших в Церковь после многих лет плавания в омуте безбожной жизни, но так чего-то до конца и не понявших, Войдя в Церковь, они сходу начали борьбу с масонами, с мировым злом, (с чем угодно, но лишь бы не с грехом в себе) не догадываясь даже о той страшной подмене, которая произошла в их жизни.

В Церкви христиане стремятся стать новыми людьми, преображая свою человеческую природу силой благодати, к которой приобщаются в Таинствах. А также – вследствие реализации служения другим полученными от Бога дарованиями, вследствие реализации образа жизни, основанного на взаимной любви (см., например, «Новозаветное учение Церкви» – предисловие к книге священномученика Илариона (Троицого) «История догмата Церкви»; кратко и применительно к практической стороне жизни некоторые мысли из данного источника приводятся в работе «Тирания мысли и алкоголь: О выходе из состояния “тирании мысли” и преодолении того, что толкает человека к алкоголю», в главе «Непреображенная природа и учение святого священномученика Илариона (Троицкого)»).

Но в случае с человеком, переформатированным информационным потоком, сам вопрос о преображении природы снимается с повестки дня и заменяется вопросом борьбы. Причем, сам человек не очень внятно может объяснить, за что он борется и ради чего. Он борется не только с мировым зло, но и Патриархом, епископами, «засильем», «лицемерием». Но куда направлены его усилия и есть ли у него положительная программа переустройства жизни, – такие вопросы он перед собой ставит ли?

Причем, сам он как будто и не замечает, как все более и более становится нетерпимым не только к «засилию», но и вообще к людям, в принципе. Все более и более – тревожным, агрессивным, далеким от самих представлений о внутреннем мире, от учения святых отцов, от способности откликнуться на обращенные к нему слова.

Ситуацию такого рода можно прокомментировать словами одного священника о людях, которые ринулись в Церковь, делая рывок из сатанинских объятий [в которых находились ранее]. Как было бы хорошо, если бы, придя в Церковь, они начали бы учиться по-новому мыслить, чувствовать и жить. Но дьявол, похищает у них осознание того, кто они и для чего пришли. «И человек не входит, а вваливается в Церковь со всем тем, что есть и было в нем от прожитой жизни». И с этих своих позиций он начинает судить и рядить, что в Церкви правильно, а что изменить пора… И он уже «знает», что такое благодать, и как она выглядит. И еще не начав быть православным христианином, он становится судией и учителем. И снова Господь изгоняется им из своего сердца.

И от того, что Господь изгоняется человеком из своего сердца в то время, когда человек находится [вроде как] в Церкви, потеря им и не ощущается. Ведь он уже пролистал «все книги» и ему пора, по его мнению, и священный сан принимать. А если речь идет о женщине, то она считает, что ей уже пора одеваться и в монашеские одежды.

Если священный сан и монашеские одежды при таком настроении и принимаются, то это происходит уже «без Бога». Происходит по водительству той же [злой] силы, что вела этих людей до их прихода в Церковь и, что так ловко обманула их теперь. На почве искаженной веры прорастают и другие явления. Восприняв христианство без труда и борьбы [борьба с грехом подменяется мыслью о борьбе с тайными обществами, причем, по некоему странному стечению обстоятельств человек формирует мнение о себе как о борющемся по большей части лишь на основании подсчета часов, проведенных у экрана компьютера], такие люди открываются навстречу обольщению. Обольщение явит себя в видениях, будет внутренними голосами руководить своей жертвой, у кого-то – заполнит ум и сердце хульными образами и словами.

Малое зло, совершаемое человеком, действием сатаны возрастает в зло бо`льшее. И это разрастание зла, по мнению священника, называется тайной беззакония. И эта тайна беззакония восходит от силы в силу потому, что ослабело сопротивление ей. Люди забывают в своем обольщении Бога, Небо, вечность (комментируя слова священника, можно сказать, что почти точно также погружены в плотскую жизнь и те христиане, которые без конца смотрят ролики о лазерах и биороботах (с тем отличием, что их погруженность приводит, не к прямому разврату, а к охваченности другими страстями)).

Да, «тайна беззакония, по слову апостола Павла, совершается у нас на глазах, и зло неудержимо стремится к своей цели». И в душах многих людей увеличивается внутреннее давление. Но, как говорил иеромонах Рафаил (Нойка), «не надо отчаиваться, Христос уже победил эту тьму». Нас ждут испытания, которые превосходят меру человеческую. И раз так, значит настает время действовать Господу. «Прилепимся к Нему единому и будем молиться Ему, прося сохранить всех нас: «Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое, исполнение Церкви Твоея сохрани».

«Я часто думаю о следующем, – делится своими мыслями отец Рафаил. – Смотрите, денег тогда не будет, и чтобы жить, надо будет принимать печать зверя. Принять печать зверя означает вечную погибель. Но без денег как ты будешь существовать, ведь не только пищу невозможно будет купить, но и остаться в своем собственном доме не сможешь, так как не сможешь уплатить налоги. … Что же нам делать тогда? Ведь мы будем совершенно беспомощны. Уже сейчас все упирается в деньги, без которых ты – ничто. Сейчас важен не человек, а его кошелек. … Видя такое, что мы можем сделать? … Раз мы не можем изменить ничего, то мы уповаем на единого Бога, Который что-то Сам совершит в такие времена. … Христос заранее предупредил нас о трудных временах. Зачем Он предупреждает нас? Как говорит святитель Иоанн Златоуст, именно для того, чтобы нам пережить их. Тех, кто является членом Церкви, ожидает рай, но мы говорим и об аде, для того, чтобы не оказаться в нем. Христос предупреждает, что в последние времена будет царить неверие. Его слово может помочь нам не следовать общим широким путем. Не раз отец Софроний напоминал нам, что в мире, который сейчас не молится, мы подобны одинокой молекуле воды в ледяном океане. Как нам не замерзнуть вместе со всеми? Конечно, по-человечески рассуждая, это просто невозможно, даже если ты не хочешь остывать вместе со всеми. Но, помня этот образ, всеусиленно старайся идти против течения, чтоб не лишиться спасения. Знай, что усилие, которое ты прилагаешь, чтобы сохранить веру, может быть, является более великим деланием, чем подвиги и чудеса древних аскетов. Живя в ледяном современном мире, мы ничего не можем достичь своей нынешней аскезой, разве лишь не замерзнуть совсем. Даже просто не замерзнуть есть уже сверхъестественное явление, так как мы, каждый из нас, являемся частью общечеловеческого древа, молекулой в океане, носителями единой природы. Однако отличие человека от растений и животных заключается в том, что в нем есть нечто такое, что позволяет ему преодолевать даже свою собственную природу. Говорю я все это для того, чтобы никто из вас не пришел в отчаяние, когда видит, что все его труды и усилия кажутся совершенно бесплодными. Они лишь кажутся бесплодными, потому что брань, которую мы ведем, превосходит нашу природу. Борьба наша за сохранение веры идет против всего мира, вопреки образу жизни этого мира. И если ты забудешь, что твоя малая вера и то малое, что ты делаешь, уже являются сверхъестественным деланием, то ты легко можешь отчаяться при виде своей кажущейся бесплодности. А отчаявшись, сдаться и из-за этого потерять спасение. Не сдавайся, и ты не погибнешь.

Люди мирские сейчас часто говорят так: «Нет, такое просто невозможно, ведь это вопреки законам природы!» Но мы отвечаем: «Конечно, невозможно. Но что же вы ожидаете от Бога? Только того, что возможно? То, что возможно, вы можете сделать и сами. Я же от моего Бога жду только того, что является невозможным».

… Мы видим, что происходит в мире, и рано или поздно наступит такой момент, когда надо будет сделать выбор: либо все, либо ничего. И я говорю Господу: “Господи, дай нам в тот момент веру, чтобы выбрать н и ч е г о, но быть с Тобой”. И доверившись Богу, будем ждать, что Он сотворит с нами во время того кризиса. … во время кризиса Он нам являет Себя воочию, даже если ты прежде не верил в Него»[19].

Если с нами Христос, то, как писал иеромонах Серафим (Роуз), мы не погибнем даже, если антихрист бросит нас за колючую проволоку. Нужно быть готовыми к духовной встрече с Христом. И вместо того, чтобы подсчитывать годы и гадать, кто есть «Царь Севера», и кто – «Царь Юга», нужно смотреть глубже и помнить, что Христос – при дверях. Если мы готовы к явлению Христа, если находимся в ожидании Его, то «тогда вопрос о моменте Его физического прихода в этот мир в конце времен уже не погонит нас вместе с какой-нибудь модной сектой на вершину горы, чтоб там Его дожидаться» [см. далее о человеке, который, ожидая пришествия, забрался на колокольню]. «День и час неведомы нам; наше дело – духовная готовность»[20].

Подводя итоги теме ожидания антихриста, можно еще раз подчеркнуть, что многие христиане, готовятся к воображаемой войне (неужели их спасет припасенный мешок муки?), изучают документацию о политической конъюнктуре, но мало внимания обращают внимания на духовную жизнь. Но опыт новомучеников, прошедших через гонения показывает, что только реальная приобщенность человека к благодати Святого Духа может быть противопоставлена испытаниям страшного часа, когда гнутся и ломаются хребты всех неутвержденных в Истине.

О опыте выживания священнослужителей и мирян в условиях гонений и внешнего давления
см., например, в лекциях 4
d–4i цикла «Остаться человеком. Часть 3».

Сохранить связь со Христом и возможность приобщения к благодати Святого Духа можно лишь при стремлении к внутреннему миру. Если сердце охвачено ненавистью, человека затягивается в омут страстей, и он теряет возможность сопротивляться потоку зла, силящемуся ворваться в его душу.

Злость, раздражение мешают человеку удержать связь с Христом. Но по некоему странному стечению обстоятельств некоторые люди считают, что если они охвачены этими страстями, то это «ничего страшного».

Такие люди все понимают «в свою сторону». В данном отношении можно упомянуть такое слово как невроз, физиологическая суть которого состоит в том, что в процессе принятия решений участвует не вся кора головного мозга. Мысль циркулирует в рамках одного паталогического кольца из нейронов. То есть человек все, что ни слышит, воспринимает как-то неполно, нецелостно, даже – однобоко.

Понятно, что современная жизнь ассоциируется с спектром проблем. Но в какие времена проблем не было?

Если в обществе размываются представления о добре, то понятно, что агрессивные тенденции будет выявлять себя все более ярко и выпукло. Но нам, христианам, разве следует в качестве путеводной звезды избирать проявившее себя зло? Чтобы быть способными не раствориться в потоках зла, следует ориентироваться на Христово благо.

Новообращенным христианам встать бы на ноги в духовном отношении, с пользой использовать то время, которое пока еще есть. Но через просмотры ТВ и интернет-каналов, чтение экономо-политических прогнозов (часто ли они подтверждаются?) такие христиане теряют драгоценное время, данное для духовного развития. Что конкретно меняется в их жизни к лучшему вследствие бесконечных просмотров?

Сопротивляться злу можно только через образ жизни, ориентированный на связь с Христом и приобщение к благодати. Просмотр видео и чтение обличительных статей принесут ли в данном отношении пользу? Желающие поразмышлять на данную тему, могут прочитать мудрые слова в заключении к книге святителя Игнатия (Брянчанинова) «Отечник».

Фильмы про мировую закулису и масонов не приближают человека ко Христу, а без Христа человеку не выстоять. Не говорится, как правило, о Христе и в видеопродукции, эксплуатирующей тему пришествия антихриста. Говорится лишь о том, какое оно, зло, «большое». Бывает и такой сценарий: более часа человеку преподносят картину кажущейся необъятности зла, а потом «ради приличия» в конце говорят, что вот, «если мы, мол, покаемся, то то-то и то-то сложится». Но после того, как человек более часа смотрел насыщенный видеоряд о военных Микро-Космо-Нано-Технологиях-Поставленных-На-Службу-Слугам-Антихриста, он настолько подавлен образом зла, что слова о покаянии не особо им и воспринимаются (формальное присутствие слов такого рода расценивается человеком, что он имеет дело с Самым-Что-Ни-На-Есть-Православным-Видео-Ссылку-На-Которое-Нужно-Переслать-Всем-Всем-Всем-для-Обязательного-Просмотра).

Плоды просмотра такой продукции – паника, страх. А ведь Спаситель сказал: «по плодам их узнаете их» (Мф 7. 16). А святой апостол Павел писал, что плоды духа: «любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал 5. 22–23). Возникают ли такие плоды при просмотре упомянутого рода видеопродукции и чтении созвучной ей литературы? Если плоды духа не проявляются, то данный факт является серьезным поводом задуматься о качестве таких источников.

Желающие стяжать иммунитет против растлевающего духа времени могут читать книги о мучениках и исповедниках 20 века, о мирянах, сохранивших в годы гонения верность Христу и оставшихся людьми. Одна из таких книг – о архимандрите Серафиме (Тяпочкине) – «Негаснущий свет любви». Широко известна книга «Отец Арсений», в которой, помимо прочего, приводятся повести о христианах, живших в эпоху Второй Мировой Войны и масштабных репрессий (в книжных лавках она иногда встречается в усеченном издании, но лучше читать полную версию (серая обложка); объема полной версии не стоит пугаться, книга читается, что называется, «на одном дыхании»).

Дух этих и им подобных книг – дух любви, надежды. Читаешь – и спокойно становится. Если человек хочет выстоять в годы испытаний, то лучше напитывать себя таким чтением. Человек же охваченный иным духом, подтягивает к себе соответствующую своему духу иную литературу, обилующую радикальными изречениями.

Радикальные изречения, конечно, привлекают кого-то своей бескомпромиссностью, простотой и понятностью. Но от радикальных изречений – тяжесть на душе. Да, и к тому же, не сложно это делать – грозно всех обличать (гораздо сложнее в реальных условиях остаться человеком и передать этот опыт другим).

Дух, которым пронизана такая литература, можно сопоставить с духом, пронизывающим слова Христа, приводимые в Евангелие (например, как Христос обошелся с блудницей, как Он обходился с людьми грешащими). Слова Христа согревали людей, несли им любовь, давали надежду, помогали исправить жизнь.

Авторы же радикальной литературы и видеороликов, эксплуатирующих апокалиптическую тематику, готовы растерзать кого угодно и за что угодно. Не читается ли в этой готовности определенная заданность мышления, некая направленность, заточенность на одно и то механическое действие?

От человека, доминирующим свойством сознания которого стало осуждение, отступает благодать. У человека нет мира в душе, он находится в постоянной тревоге. Если человек находится в постоянной тревоге в то время, когда его хребта еще никто не взялся целенаправленно ломать, то что с ним будет, если реальные гонения начнутся? Укрепит ли его Господь?

Также продукция радикальной направленности обилует всякого рода заметками, преподносимыми как видения и пророчества. Некоторые вопросы в отношении анализа такого рода заметок разбираются в ответе «Предсказания по поводу последних времен и войн. Как вообще относиться к видениям?»

Некоторые из приведенных соображений воплощены в истории, рассказанной архимандритом Павлом (Груздевым), тоже, кстати, прошедшем через гонения и оставшимся верным Христу (о опыте архимандрита Павла см. в лекции 4g цикла «Остаться человеком. Часть 3»). Однажды, в то время, когда он за свою верность Христу находился в ссылке в Северном Казахстане, его вызвали в поселок Зуевка.

Ехать нужно было в связи с слухами, что в Зуевке что-то случилось, – «без присмотра осталась скотина, птица домашняя». Когда отец Павел прибыл на место, перед его взором предстала такая картина: «все село будто вымерло», «коровы ревут, верблюды орут».

Не зная, «кому кричать, кого искать», отец Павел с прочими прибывшими по вызову в Зуевку людьми, направился в управление к председателю колхоза. В управлении посреди комнаты стояла скамейка, на ней стоял гроб, а в гробу лежал председатель. Но соль вся была в том, что председатель был живым – «лежит, головой крутит».

Когда отец Павел его окликнул, председатель ответил, что он – новопреставленный раб Божий Василий [новопреставленный – то есть только что / недавно умерший]. Назвался председатель мертвым вследствие того, что так был научен неким отцом Афанасием, который «туда, чуть ли не до революции попал».

Отец Афанасий внушил жителям села мысль, что «завтра пришествие будет, конец света!» Внушив, он постриг всех в монахи [издревле сложилось так, что при приближении смерти люди верующие в Бога, но вследствие семейного положения, общественного служения или иных причин, не имевших возможности принять монашеский постриг, все-таки становились монахами; например, перед смертью монашеский постриг принял святой благоверный князь Александр Невский] и уложил в гробы. В монашество были пострижены все жители села. Рясы были сшиты частью – из марли, частью – «из чего попало».

Бабы и детишки, постриженные в монашество, лежали в гробах по избам и ждали пришествия. Сам отец Афанасий ждал пришествия на колокольне.

Поработав в селе день-другой (коровы были не доены, вымя у них было «сперто»), отец Павел с прочими прибывшими отправились обратно. А постриги, совершенные отцом Афанасием, были признаны незаконными[21].

В советские годы ожидание антихриста (и последующего пришествия Христова) ассоциировалось с пятиконечной звездой. В новейшее время с печатью антихриста ассоциируют электронные средства идентификации.

Проблема цифровизации волнует не только верующих людей. Этот вопрос волнует и многих светских людей, рассматривающих его вовсе даже и не с богословских, а вполне с житейских позиций. Люди озабочены проблемой утечки данных, вследствие которых информация о гражданах государства может попасть неизвестно кому. И обеспокоенность в связи с переводом финансовых потоков и документации в электронный вид имеет под собой обоснования.

Вот будничные события. С электронных карточек, выданных авторитетнейшим банком, злоумышленники снимают деньги. И владельцы даже не пытаются куда-то обращаться, понимая бессмысленность затеи (не проработано законодательство). Нередки сообщения, что хакеры взломали тот или другой сервер и похитили столько-то миллионов у клиентов крупных корпораций.

В отношении данного вопроса позицию священноначалия можно обозначить как обеспокоенную, о чем свидетельствует появление документа «О позиции Церкви в связи с появлением и перспективами развития новых технологий идентификации личности». Почему же те, кто видит зловещие перспективы в переводе финансового и прочих потоков в электронную форму, отказывают священноначалию в поминовении за богослужением?

«Поражу пастыря, и рассеются овцы» (Мф 26. 31)

Ответ на этот вопрос станет ясен тому, кто видел, как «работает» мастер айкидо. Принцип данного единоборства – использование кинематики противника. То есть когда противник пытается атаковать мастера, тот использует сам этот порыв. Он перехватывает движение противника и просто продолжает его, уводя, скажем, вниз и в сторону. И получается, что противник бросает как бы сам себя.

Если мастер сражается с двумя противниками, то он заставляет их как бы сражаться друг с другом. То есть мастер постоянно ставит между собой и атакующим одного из своих противников. И получается, что они, наталкиваясь друг на друга, как бы бьют друг друга.

Понятно, что верующий человек обеспокоен появлением средств электронной идентификации. И эту обеспокоенность с помощью СМИ разжигают и направляют в определенное русло (канализируют). И в какое же? В то же, в которое бы направил и мастер айкидо. Эту обеспокоенность людей он направил бы против их союзников и против своего противника.

Подогревая тревожность и канализируя обеспокоенность, определенные силы пытаются создать условия, при которых сами верующие начнут уничтожать священноначалие, призванное обеспечивать единство Церкви. Бить по священноначалию, обеспечивающему единство Церкви, – это для тех самых определенных сил, как сейчас принято говорить, – приоритетное направление.

Кто-то считает, что слова «поражу пастыря и рассеются овцы» (Мф. 26, 31) не следует относить к священноначалию. Есть мнение, что в этих словах дается пророчество, относящееся к жизни Мессии, то есть – Христа (арест Христа влечет за собой рассеяние апостолов).

В рамках данной статьи нет нужны поднимать вопросы, связанные с анализом текста Священного Писания. На данный момент достаточно того, что указанный принцип (поразить пастыря, чтобы рассеять) широко используется в войнах информационных и войнах на физическое уничтожение. Во все времена не только в войнах, но и в случае конфликта или борьбы с каким-либо движением следовали принципу: уничтожить лидера и его приближенных.

Применительно к теме войны принцип можно переформулировать более точно. Если уничтожить офицера, то атака, возглавляемая им, захлебывается, а подразделение останавливается.

Пример реализации данного принципа в разрезе войны описывает в своих мемуарах легендарный снайпер Второй Мировой Войны Василий Зайцев[22]. Однажды он получил приказ сорвать наступление немцев. Выдвинувшись с своими бойцами на позиции (тринадцать человек против сотен), Зайцев применил неожиданную для врага тактику.

Так как направление атаки было известно, то под прицел были взяты в первую очередь «командные и наблюдательные пункты противника». Смысл групповой охоты снайперов состоял в том, чтобы обезглавить подразделения противника еще до начала наступления. «Выскочил какой-то храбрец вперед, чтобы увлечь за собой солдат, – не медли, прошивай ему голову! Обозначился где-то успех противника – поворачивай все тринадцать снайперок в ту сторону и срезай сначала офицеров, а потом кого придется». Групповой огонь «ослеплял командные пункты врага и пресекал развитие его успеха в самом начале».

Так действовали не только советские снайперы. Однажды на Кавказе подверглась нападению колонная российских военнослужащих. В первую очередь снайперами были убиты водители грузовиков и сидящие рядом с ними в кабинах офицеры.

Такая тактика использовалась всеми и во все времена. В любом дворе вам скажут парни, искушенные в драках: в случае чего нужно жестко «надавить» на лидера.

Мощь этого тактического приема практически с самого начала существования Церкви была направлена против Нее. Указанным приемом пользовался еще царь Юлиан Отступник с своими волхвами, волшебниками и чародеями. Думая над тем, «как истребить с лица вселенной христианство», сообщники царя пришли к выводу, «что должно истребить с лица земле и погубить Афанасия» (жил в IIIIV в.). Речь шла о святителе Афанасии Александрийском (архиепископы Александрии носили также титул Патриарха). «Если низвержено будет основание [то есть Афанасий], – рассуждали они, – то тогда легко будет отдельно разорить и прочие части христианской веры»[23].

Впрочем, в данном случае Юлиан Отступник лишь повторил бывшие до него «наработки». Так, в царствование императора Максимина (235–238) было отдано распоряжение преследовать «предводителей церквей». Профессор Болотов полагает, что здесь речь идет не только о предстоятелях, но вообще о выдающихся в христианском обществе лицах[24].

Не разбирая подробно всю историю гонений на христианство в первые века (иногда речь шла и о поголовном истреблении), можно сделать несколько акцентов. В царствование Декия (249–251) опасности подвергались прежде всего предстоятели церквей. А затем уже и всем остальным людям, держащимся христианства, власти империи повелевали отречься от христианства и принести жертвы идолам. «Принимаемы были все меры к тому, чтобы христиане, по меньшей мере особенно выдающиеся, непременно были приводимы к жертвеннику для принесения жертвы».

После Декия гонения на христиан возобновились в царствование императора Валериана (253–260). Одним из его эдиктов (указов) предписывалось казнить «всех предстоятелей церквей, епископов, пресвитеров, диаконов, которые окажутся твердыми в исповедании веры». Конфискации имущества и последующей казни (если оказывались твердыми в вере) подвергались высокопоставленные граждане, сенаторы.

Этот эдикт «с особенною силою ударял только на предстоятелей и между ними на особенно выдающихся, то простые христиане в самую эпоху гонения держали себя с замечательной свободой». Показательны слова, после которых священномученику Киприану был прочитан смертный приговор чиновником империи – проконсулом Гелерием Максимом. Проконсул сказал, что священномученик Киприан кровью заплатит за нарушение законов «в предостережение тем», кого он «вовлек» в свое «сообщество» (римская империя, поставившая перед собой задачу уничтожить христианство, в то время рассматривала христиан как преступников в связи с тем, что христиане не следовали императорским указам, повелевавшим приносить жертвы идолам).

В Персии, во время царствования Сапора II было издано повеление умертвить всех христиан (гонения происходили в 343–344 г.). После того, как был умерщвлен святой Азат-скопец, царь стал сожалеть о его смерти и повелел прекратить убийства. Он «предписал своим волхвам отыскивать и предавать мучениям учителей и наставников христианских, епископов и пресвитеров, а остальных христиан повелел щадить[25].

События «давно минувших дней» в своей смысловой структуре отчетливо просматриваются и в эпоху гонений, которое открыло на христиан советское государство. Сложно было расстрелять всех верующих (кто тогда будет работать и детей рожать?). Поэтому иногда усилия сосредотачивались на епископах, священниках. Мужчина в дееспособном возрасте, появившийся в храме, был также объектом для прессинга.

Например, в конце 50-х годов новая волна гонений на Церковь стала разрушать возрождающуюся систему духовного образования (после периода широкомасштабных гонений система духовного образования начала восстанавливаться с 1943 г.). Если молодые люди подавали прошения о принятии их в духовные школы, их вызывали через военкоматы для бесед. «Их не просто пытались переубедить, им угрожали, срочно отправляли на военные сборы на время вступительных экзаменов, комсомольские собрания устраивали судилища и разборы, шантажировали и запугивали священников, давших рекомендации абитуриентам»[26].

Значение епископа в Церкви

Понятно, о чем шла речь. Была поставлена задача не дать возродиться иерархии, которая могла бы поддерживать развитие веры в народе. Чтобы понять, почему такие усилия прилагались к делу уничтожения иерархии, стоит рассмотреть функцию самой иерархии. Наличие иерархии не дает людям, пытающимся уничтожить Церковь, совершить акт подмены.

Люди, поднаторевшие в информационной войне, юриспруденции и в совершении всякого рода подлогов, стараются внедрить в учении Церковь чуждые Ей элементы. Эти «подложные вставки» ловко замаскированы, они носят как бы вид православного учения, но по своей сути – глубоки чужды ему. Опыт гонений на Церковь привел гонителей к мысли о создании следующей программы. Если они не могут уничтожить Истину физически, то они будут стараться подменить Ее.

Ложь, составленная знатоками своего дела, часто бывает не приметна уму. Но люди, чьей задачей является хранение Истины Православие, должны уметь узнавать ложь и отличать ее от Истины. Наличие в Церкви епископата обеспечивало сохранность Истины Православия от актов подмены.

Епископство существовало с самого зарождения Церкви. На этот счет можно привести ссылки на два источника. Один – академический, другой – если так уместно сказать, практический.

К числу академических источников по данному вопросу можно отнести магистерскую диссертацию священномученика Илариона (Троцкого) «История догмата Церкви». Священномученик Иларион в годы гонений, не смотря на предлагаемые ему со стороны выгоды, не отрекся от своей верности Христовой Церкви.

На определенном этапе существования Церкви возникла необходимость сформулировать учение о епископате. Епископат существовал с момента зарождения Церкви, о чем свидетельствую апостольские послания и, в том числе, послания священномученика Игнатия Богоносца (принял мученическую кончину в 107 г.). Но в первое время существования Церкви не возникало нужды формулировать учение по данному вопросу. Это учение было очевидным для всех, так как были живы приемники апостолов.

С течением времени, после смерти прямых приемников апостолов, различные люди стали пытаться вводить в Церковь учения чуждые Ей. Например, так называемые гностики.

Чтобы представить, кто такие гностики, можно вспомнить некоторых современных ученых. Они что-то слышали о Церкви, где-то даже согласились с Ее учением, но на пересмотр лично своего мировоззрения не пошли. Они захотели создать некий синтез. Причем, учению Церкви в этом синтезе отводилась роль «служанки». Подобные люди считают себя разбирающими в Православии более самих православных. Они, например, могут говорить что-то типа того, что кресты на куполах храма поставлены для «сбора энергии». «Энергия», по их словам, собираясь, транслируются молящимся, чему способствует сферообразная форма купола (речь здесь идет не столько о частных примерах, сколько о явлениях более широкого масштаба).

См. раздел «Введение» в первой части статьи «Мозаика идей: штрихи к идеям, стремящимся встроиться в мировоззрение современного человека».

Современная эпоха является временем пробуждения древних тенденций гностицизма. Эта мысль звучит в переизданном фундаментальном труде профессора Поснова М.Э. «Гностицизм II века и победа христианства над ним». Труд профессора Поснова, изданный в 1917 году, не потерял своей актуальности. Более того, он будет становится все актуальней и актуальней, ведь гностицизм все более и более активизирует свою деятельность. Современное его воплощение – мировоззрение New Age.

Согласно учению New Age, Иисус Христос является не Сыном Божиим, но лишь одним из воплощений космического Христа. А Бог, мол, не является Лицом, а лишь Энергией, которая движет вселенной. В этом учении нет места для Пресвятой Троицы, для Иисуса Христа, для Церкви. Человек в этой системе воспринимается как самодостаточное существо, которое с помощью «знания» и различных психофизических упражнений спасается. То есть достигает «освобождения и успокоения своего духа в слиянии с космической энергией»[27].

Для гностицизма характерен «принцип превосходства гносиса, знания над верой» и уклонения от общего церковного учения. Гностицизм слил в своем учении философские, мистические и магические элементы античного мира. «Он выражал собой самую сокровенную думу всего языческого мира последних столетий перед рождеством Христовым – как избавить человека от бедствий его земной жизни и спасти его». Как явление синкретического характера гностицизм представлял собой смешение «элементов восточного миросозерцания – преимущественно религиозного – с западным, философским». Распространяясь по древнему миру, он принимал окраску религий тех стран, через которые проходил. На определенном этапе своего существования встретился с христианством. Он признал в христианстве абсолютную религию, но в то же время не стал отказываться от своих понятий, а решил их слить с христианскими.

«Гностицизм хотел исправить (recurare) христианство и восполнить его». Такое желание аргументировалось тем, что учения Христа, мол, затмилось. Беря от христианства лишь форму, гностицизм стремился наполнить его своим содержанием. По сути, речь шла о подмене христианских ценностей фальшивой подделкой. Пытаясь одеть на себя одежду христианства, гностицизм стремился встать на его место.

Учение гностицизма, по происхождению языческое, вторгнувшись в Церковь, стало угрожать самому бытию Ее. Нормы христианства стали подвергаться переделке. Христианству была отведена служебная «роль помощника».

Дополняя реформированное им христианство различными элементами из языческих мистерий, гностицизм представлял свое произведение в научном виде. И такое искаженное христианство он стремился поставить на место истинного и подлинного.

«Попытка гностиков была чрезвычайно опасна для христианства, ибо перед ним был таким образом поставлен вопрос: быть? или не быть?» На борьбу с гностицизмом выступили учителя Церкви. «Во избежание опасности от гностицизма и ересей вообще, они сообщили церкви стройную каноническую организацию и основы для научного раскрытия христианского учения»[28].

Как мы видим, гностицизм никуда не ушел. Он лишь в веках замер на время и теперь он поднял голову. Яркими примерами современных проявлений древних тенденций гностицизма полна книга иеромонаха Серафим (Роуза) «Православие и религия будущего». Отец Серафим, помимо прочего, разбирает так называемые «христианский дзен», «христианскую медитацию» и пр. (показывает их несовместимость с христианством).

После издания книги прошли многие годы. Сейчас различные школы, предлагающие своим адептам оккультные знания, – явление повсеместное. Причем адептов могут послать в храм, чтобы, например, «поставить свечку». В данном случае речь не о действии, основанном на благоговейном отношении верующего человека к храму.

Верующий человек приходит в храм, чтобы очистить свою душу в молитве к Богу. Адепт же, «ставя свечку», может руководиться своими, далекими от христианской веры соображениями.

Или он может, например, изучать вопросы «прочистки энергетических каналов», «очищении кармы» и при том – считать себя православным человеком. В силу своей неосведомленности в учении Православия, он не видит для себя проблемы в занятии различного рода энергетических практиках. Тем более, что, как было отмечено выше, гностицизм чуждые христианству элементы нередко наименовывал словами из христианского лексикона. Человек, лишенный корней и ориентиров, не видит подмены и верит лжи.

Как определиться православному человеку по отношению к идеям подобного рода? Православный человек стремиться выяснить, учили ли апостолы Христовы о чем-либо подобном. Апостолы, лично общавшиеся со Христом, передали свое мировоззрением своим приемникам – епископам. Те передали – следующим за ними. И эта цепочка преемственности дошла до наших дней. Таким образом, епископы являются неким гарантом сохранения истинного учения Церкви, они охраняют его от размывания различными лжетолкованиями.

«Церковная иерархия, – пишет священномученик Иларион (Троицкий), – в посланиях св. Игнатия тесно связана с сохранением в Церкви истинного учения». В виду надвигающейся опасности, идущей от лжеучителей, «христианам нужно было дать какой-то определенный критерий для распознавания истины и лжи. Этот критерий и дает св. Игнатий в своих посланиях. Кратко его можно выразить так: нужно быть в полном согласии с епископом»[29].

С творениями священномученика Игнатия желающие могут ознакомится по книге «Писания мужей апостольских»[30]. Помимо прочего священномученик Игнатий отмечает, что «единомыслием веры» разрушаются гибельные дела сатаны (послание к ефессянам, глава 13).

Также он пишет, что если верующие не будут «надмеваться и отдаляться от Бога Иисуса Христа и епископа и апостольских заповедей», то им удастся избежать того, что несут с собой еретики. Еретики, когда подают свое лжеучение, произносят имя Христово, чтобы вызывать доверие к учению. «Они подают смертоносную отраву в подслащенном вине» (послание к траллийцам, главы 67).

И потому так актуально наставление: «ничего не делайте без епископа и пресвитеров» (послание к магнезийцам, главы 6-8). Кто – с епископом, те суть Божии и – Иисус Христовы. А «кто следует за вводящим раскол, тот не наследует Царствия Божия» (К Филадельфицам, гл. 3).

Личность священномученика Игнатия Богоносца оказала сильнейшее влияние на Питера Гиллкивиста – протестанта, перешедшего в Православие. О переходе в Православие общины протестантов, к которой он принадлежал, Питер Гиллквист написал книгу «Возвращение домой».

Члены общины столкнулись с вопросами, на которые их совесть побудила искать ответы. Ответы они решили искать в истории. Чтобы понять, как им жить по-христиански, они решили узнать, как жили первые христиане. «Я, – сказал один из них, – до тошноты устал гоняться за каждым новым веянием духовной жизни, которое проносится по городу. Что я хочу знать – это то, во что Церковь верила с самого начала, и во что она не верила»[31]?

Среди членов общины были люди, имевшие образование такого уровня, который бы позволял им изучать историческую действительность по первоисточникам. Было решено не просто изучать историческую действительность. Было решено изменить свою жизнь, чтобы привести ее в соответствие с полученным знанием. Члены общины приняли на себя «обязательство измениться в соответствии с обнаруженной истиной». «Мы устали от нововведений, – писал сам Питер Гиллквист, – мы стремились к полноте Истины». Если результаты исследований укажут, что христиане повсеместно верили иначе, чем мы сейчас, то «мы должны покориться».

Было поставлено несколько вопросов. Один из них – вопрос об иерархии.

Исследования общины установили, что у первых христиан была иерархия. Одно из серьезнейших доказательств тому – жизнь и труды священномученика Игнатия. Священномученик Игнатия был епископ Антиохии примерно с 67 года до времени своей мученической кончины, последовавшей в 107 году. То есть он стоял во главе Антиохийской кафедры в самое что ни на есть «библейское время». Это было то время, когда лишь двое из Двенадцати апостолов почили. «Несомненно, остальные десять выразили бы каким–то образом решительный протест, если бы должность епископа не была известна и одобрена». С остальными аргументами, найденными общиной, каждый может ознакомиться самостоятельно, прочитав из указанной книги главу «Неделя, которую мы не забудем».

Здесь стоит лишь сделать акценты, актуальные для данной статьи. Питер Гиллквист справедливо замечал, что «мы можем говорить о правлении народа, эгалитаризме, конгрегационализме и всем прочем, но, в конечном счете, один человек будет стоять во главе колонны». Но как же быть, если у паствы окажется плохой епископ?

Поставив этот вопрос, автор сам же на него и отвечал. Епископ подотчетен Синоду и, в конечном счете, Патриарху. Такая подотчетность приводила к тому, что плохие епископы, если попадались, то – устранялись. Например, Несторий, занимавший пост Константинопольского Патриарха был удален с своего поста в результате пропаганды своего еретического учения (еретическое учение в практическом отношении можно понимать, как такое учение, следование которому разрушает основы духовной жизни; духовная жизнь, вследствие которой реализуется возможность приобщения к благодати Святого Духа, может быть основана лишь на мировоззрении, соответствующем истинной природе вещей).

См. «О вере (часть 3). Как познать Истину?: Что спросил паломник из Великобритании?»

Питер Гиллвист готов был согласиться с тезисом, что «власть может развращаться, и что абсолютная власть развращается абсолютно» (хотя ни один православный епископ не имеет абсолютной власти). Но он также и отмечал, что справедливо и обратное: «независимость развращается и абсолютная независимость развращается абсолютно» (при такой независимости абсолютная власть устанавливается в руках каждого индивидуума).

Что может произойти, если каждый обладает равным правом голоса? «Паства оказывается, в конце концов, пасущей своего пастыря». При наличии же епископа «каждый также имеет право на свое мнение, но спор прекращается епископом. Как и в случае с Иаковом в книге Деяний, епископ принимает окончательное решение». Последнее положение должно уравновешиваться поправкой. Каждый епископ «должен заботиться о том, чтобы услышать «аминь» от своей паствы».

Несторий не услышал «аминь» от своей паствы. Он начал проповедовать о том, что не принималось христианами «всегда, везде и повсюду». А к области Истины относится то, во что верили все христиане во все времена, независимо от той части света, в которой жили (этот принцип выдвинут святым Иринеем Лионским).

«Всегда, везде и повсюду» – речь идет о том, что после того, как апостолы прошли с проповедью по миру, многие народы стали выстраивать свою жизнь в соответствии с апостольской проповедью. Но фоне жизненного уклада, построенного на основе апостольской проповеди, какое-либо еретическое учение становится очень заметным (как клякса на подвенечном платье). Чтобы отбросить от себя прилипшие к ним лжеучения, члены общины, к которой принадлежал Питер Гиллквист, захотели выяснить, во что именно верили повсеместно первые христиане.

Таким путем можно идти при рассмотрении различного рода частных вопросов. Если какой-то епископ начинает проповедовать учение, а оно не принималось повсеместно христианами, то полнота Церкви этого учения не принимает. Епископу рекомендуется воздержаться от проведи своего учения (а если оно признается еретическим, то и – отречься от него). Если же епископ упорствует, то полнота Церкви, которая есть Тело Христово, отсекает его от себя.

Но решения подобного рода принимаются только собором епископов. Епископы собираются и, взвесив все, рассматривают вопрос об их собрате. Поводом для соборного рассмотрения вопроса может стать не только факт проповеди некоего «странного» (еретического?) учения. Недостойное званию епископа поведение тоже может стать предметом судебного разбирательства.

Борьба с Церковью через уничтожение епископов и священников

И здесь нужно быть крайне острожным. История показывает, что и на святых епископов возводили обвинения. Например, на святителя Афанасия Великого не раз возводили ложные обвинения.

Пытаясь добиться соборного осуждения святителя, еретики (ариане) хотели устранить святителя Афанасия, который стойко и мужественно боролся с арианской ересью (эта ересь пыталась уничтожить самое основание христианства, которое зиждется на вере, что Иисус Христос есть Господь и Спаситель человечества; арианство хотело внедрить в умы ту мысль, что Иисус Христос не является Господом, а является одним из творений). Святитель, противостоя ереси, писал послания, в которых аргументированно показывал ложность доводов ариан. Не имея возможности опровергнуть аргументы святителя, еретики задумали уничтожить его физически.

Его житие дает возможность оценить плотность огня, который велся из многочисленным точек. На него писали доносы, на суды против него приводили «подставных свидетелей», его гнали, его пытались убить. Устранив святителя Афанасия, еретики устранили бы серьезное препятствие, не дававшее им разворачивать свою деятельность. Так действовали всегда. И не только еретики.

Вот, например, какой-либо российский государь, обеспокоившись вопросом обороноспособности своей страны, начинает развивать военный флот. Перед страной или странами, не заинтересованными в развитии флота у своего оппонента встает вопрос: что дешевле – «морской бой с русским флотом или кучка золота на подкуп подлеца, который вольет яд в царский кубок? Ответ очевиден»[32].

На святителя Афанасия многие «точили зубы». И не только ариане. Как уже отмечалось ранее, святителя Афанасия желал уничтожить и император Юлиан Отступник, открыто заявивший о своем переходе в язычество (был римским императором в 361–363 годах). Восстанавливая язычество, он хотел создать силу, которая могла бы вступить в борьбу с христианской Церковью.

Уже отмечалось, что, думая над тем, «как истребить с лица вселенной христианство», Юлиан Отступник и его волхвы, волшебники и чародеи, пришли к идеи уничтожения святителя. «Если низвержено будет основание [то есть Афанасий], – рассуждали они, – то тогда легко будет отдельно разорить и прочие части христианской веры»[33].

Примечательно и то, как пытались устранить святителя враждовавшие против него силы. На определенном этапе развития своей подрывной деятельности они вступили в сговор с неким Исхиром, и Исхир выдвинул против святителя обвинение, которое отдает пафосом заголовка скандальной статьи. Исхир говорил, что «по приказанию Афанасия, пресвитер Макарий, разбойнически вторгнувшись в церковь, с великою яростью оттащил его от престола, опрокинул престол, чашу же с Божественными Тайнами разбил и священные книги сжег».

Сейчас люди, подобные тем, кто стоял за Исхиром, имеют в своих руках СМИ. Обвинения, которые выдвигаются против епископов и священников нередко строятся по приведенному образцу. Реализуется стратегия: нарисовать ужасную картину и привлечь побольше шума.

Механизм борьбы с Церковью через борьбу с отдельными ее членами был отмечен в документе, приведенном Сергеем Нилусом в его книге «Близ есть при дверех». В документе, о котором идет речь, был прописан план борьбы с христианством. Этот план был начертан Альбертом Пайком (глава люциферианского масонства, США) вместе с его единомышленниками в 1871 году.

Силы, поставившие своей целью уничтожение христианства, рассудили, что следует «образовывать пустоту вокруг адонаитского священника» (религия Адонаи – так сатанисты называют обычно христианство). Было решено образовывать пустоту вокруг священника путем окружения священника атмосферой презрения. Предполагалась, что с помощью такой методики удастся сократить число людей, ищущих священства.

Предписывалось всячески поддерживать кружки и общества, которые в своей деятельности руководствуются принципом: «и рождение, и венчание, и смерть – все без посредства священника!» В то же время делался акцент на необходимости «делать шум вокруг всякого случая, имеющего характер скандала и могущего в глазах толпы унизить адонаитского священника или священническую корпорацию». Характерно, что такому образу действий предписывалось следовать даже тогда, когда случаи «не представляют ничего особо дурного с точки зрения общественной нравственности, но которые не совсем к лицу особам, посвящающим себя служению в священном сане».

Так, в принципе, сейчас многое и происходит. В интернете можно найти подробные комментарии, какой священник, когда, что и где сказал. Этот прием, отчасти уже рассматривался в контексте разбора фильма «Свой человек» (см. конец первой части данной статьи). Суть метода лаконична была выражена одним известным журналистом в следующих словах: «Они заглянут под каждый камень, выкопают все ваши ошибки и недостатки, они исказят и преувеличат все ваши поступки».

Но это еще не все. В целях подрыва доверия к священству предлагалось «расплодить, как можно больше, гнусных шарлатанов из общественных подонков в роли лжепророков и лжесвятых, мерзкое ремесло которых было бы очевидным мошенничеством». Яростно атакуя эту массу людей, пресса постарается смешать их в глазах общественности со священниками. И первые, и вторые будут поливаться «общим ядом насмешки и осуждения».

Бросается в глаза еще одна параллель с историей, развернувшейся вокруг личности святителя Афанасия. Как было отмечено, решение об уничтожении святителя было принято в связи с желанием императора Юлиана уничтожить христианство, и по поводу такого своего желания император советовался с волхвами, волшебниками и чародеями.

Люцеферианских масонов можно, в принципе, отнести все к той же категории «волхвов, волшебников, чародеев». В тайных обществах процветали гностические учения, о которых было отчасти упомянуто выше. История, как представляется, имеет преемство во времени. Та работа, которая шла раньше, продолжается и по сей день.

Тайные общества и различные политические круги (большое количество представителей которых имеет членство в тайных обществах) с давних времен вели борьбу с Церковью.

С самого времени возникновения Церкви началась борьба за ее уничтожение. Почему? Потому что Церковь Христова (Православие) способна «в своем учении и Таинствах защищать и оживотворять человека благодатными энергиями Святого Духа»[34].

Благодать Святого Духа является «экраном», который не дает демоническим силам (и их агентам влияния – чародеям) превращать людей в марионетки. Чтобы превратить людей в послушные орудия своего приложения, демонические силы стремятся добиться «отступления от человека «экранирующей» его Божественной энергии, т.е. благодати Святого Духа». Если человек лишен Божественной защиты, то демонические силы могут внедриться в человека, неся ему разрушительные идеи, уничтожая его психику и волю.

Благодать отступает от человека по причине греха, который представляет собой нарушение заповедей Творца [тех законов, на основе которых существует мироздание; они изложены в Священном Писании]. Поэтому те силы, которые стремятся овладеть телами и волей людей, стремятся заставить людей грешить. Во-вторых, они стремятся «уничтожить все то, что позволяет людям очиститься от грехов и вновь приобщиться к благодатным энергиям Святого Духа». По этой причине в странах с преобладанием православного населения агенты влияния стремятся осуществить «захват власти в этих странах для более успешной борьбы с Православием».

Создатель указал людям пути стяжания благодати Святого Духа. Утрачивая благодать Святого Духа вследствие греха, люди через пост и молитву возвращают утраченное и вновь «становятся практически неуязвимыми для насильственного воздействия на их волю и разум со стороны падших ангелов». Падшим ангелам и их агентам влияния ненавистна Церковь, потому что в Церкви человек получает возможность приобщиться к благодати Божией. Это приобщение совершается «благодаря правой вере и подвигу жизни во Христе, а также посредством Таинств»[35].

И речь не только о, так сказать, мистической стороне дела, но и вполне практической. По мысли профессора Симакова «никаких реальных социально-политических факторов для сдерживания… власти Денег, ведущих человечество в никуда, на сегодняшний день в западном цивилизационном обществе уже не осталось. Единственной сдерживающей идеологией для стран Запада и России являлось, и является Христианство, поэтому-то на него сейчас и идет мощнейшее давление в западном мире»[36].

Как бороться с людьми, сплоченными в единое целое? Разбить их на группы. И каждую группу передавить поодиночке. Эта мысль является центральной в старой притче о деде, который, желая преподать внукам урок, попросил их сломать веник. Веник никто из них не мог переломить. Тогда дед развязал веревку, что связывала прутики в единое целое, и попросил сломать прутики. И тут, дело, конечно же, пошло.

Вопрос о недостатках

Кто-то после сказанного может возмутиться и поставить такие вопросы: неужели обвинения в адрес священников и епископов во всех случаях имеют под собой в качестве основы лишь только плод деятельности каких-то заговорщиков? Можно ли, мол, всех обелять огульно?

Здесь никто никого не обеляет. В данном отношении примечательной видится позиция одной женщины, по долгу службы много общавшейся с молодежью. Она рассказывала, что ей нередко задавался вопрос о недостатках, наблюдаемых в среде священнослужителей. Женщина говорила, что главное – не отрицать того, что эти недостатки на самом деле есть (голое отрицание вызывает у молодежи чувство протеста). Но, не уходя в отрицание, все-таки она стремилась акцентировать внимание на той мысли, что да, есть и недостатки, но все-таки есть и добро. Есть и достойные пастыри, и их нужно искать.

Мысль о ориентации на конструктивную парадигму мышления в более развернутом виде представлена в одном их писем святителя Афанасия (Сахарова), текст которого приводится в приложении 2. Святитель Афанасий во время гонения на веру, не смотря оказываемое на него давление, сохранил верность Христу. И верность Христу, доказанная перенесением многолетних страданий, придает словам святителя вес.

Примечательно, что из Дубравлага (место заключения) в одном из своих писем (монахине Гаврииле; 20 февраля 1954 г.) он писал (хотя и в наставление монашествующим, но эти слова применимы ко всем христианам), что монахи, живущие в последние времена, – плохие монахи. У них нет подвигов, подобных древним отцам. Они живут в мирской обстановке, у них – мирские мысли и поступки. Но если в это лукавое время при всех своих немощах и грехах – не стыдиться христианского звания и монашеского чина, то это одно – святитель в это верил – вменится в подвиг, «равный подвигам древних отцов – пустынножителей». Только при указанном строе жизни должны быть еще два качества: смирение и любовь. «Чтобы в сердце нашем не было и тени злобы и вражды, даже по отношению к врагам нашим».

Этим словам не следует навязывать тот смысл, о котором нередко с ядовитой иронией рассуждают зубоскальствующие. Бывает, что когда заходит разговор о любви и прощении, они говорят типа: «Ну, давайте еще и к Андрею Чикатило проявив любовь». В данном случае люди полемизируют не с духовными авторами, а лишь с собственными моделями, которые построили сами, но которые сами для себя выдают за мнения духовных авторов (то есть действует принцип: ты громишь, но не меня).

Ситуация, при которой люди строят собственные модели и сами же их и критикуют, выдавая свою критику за борьбу ради правды и критику оппонента, нередка в отношении разбираемого в статье вопроса. Еще Спасителю ученики заметили, что фарисеи соблазнились на Его слова о том, что исходящее из уст оскверняет человека (слова же верны на все сто процентов! пока мы внутри только гневаемся, мы еще можем с гневом бороться, но когда выскажем гневные слова – взрываемся эмоциями; последствия взрыва отражаются на перестройке нейронных сетей, мы разрушаем собственное устроение – укрепляется новая паталогическая доминанта поведения; высказанное слово меняет человека высказавшегося). «Всякое растение, – сказал в ответ Спаситель, – которое не Отец Мой Небесный насадил, искоренится; оставьте их: они – слепые вожди слепых; а если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму» (Мф 15. 13–14).

Итак, словами о любви даже и к врагам, если их взять в практическом и даже – в прагматическом смысле, можно прокомментировать ту мысль, что ненависть разрушает. Да, другой человек может быть трижды неправ. Но если ты начнешь его ненавидеть, то эта ненависть может стать центром восприятия, доминантой мышления. И сквозь призму этой доминанты (ненависти) ты ведь будешь смотреть не только на врага, но и на мир, свою супругу, детей. Весь мир окрасится в черные тона.

Мозг у нас один, сердце (понимаемое не только как физиологический насос, но и как средоточие человека) – тоже одно. Если мозг и сердце заражаются ненавистью, то этим же мозгом, этим же сердцем, мы будем и далее анализировать собственную жизнь, посредством их деятельности будем реализовывать взаимодействие с миром. Понятно, что наше восприятие мира и выводы относительно собственной жизни тоже станут иными. Линза, сквозь которую смотрим на мир, если искажена, то и мир покажет искаженным.

См. выше главу «Вводное слово: Информационные потоки и трансформация сознания». О последствиях развития осуждения как доминирующего типа восприятия реальности – см в цикле «Искра жизни: Свет, сумерки, тьма», в пункте 5b. А также – в цикле «Обращение к полноте», в пункте 1.4. Конкретнее о гневе – в лекции «Гнев: причины возникновения, последствия развития, пути преодоления».
Практически весь цикл «Искра жизни» и немалая часть цикла «Обращения к полноте» основаны на применении принципа доминанты к частным вопросам. Захват сознания паталогической доминантой (в частности, – гнева) описан в третьей части статьи «Обращение к полноте: Становление личности как путь преодоления зависимого поведения». Паталогическая доминанта преодолевается через развитие доминанты на лицо другого, и эта бодрая, творческая домината, рассмотренная сквозь призму христианского мировоззрения, понимается как любовь. Третья часть статьи так и называется «Обращение к полноте и доминанта на лицо другого».

Принцип доминанты выражается в том, что при наличии очага возбуждения в коре головного мозга, импульсы, поступающие в сознание, переадресуются к текущему очагу. В прочих отделах коры головного мозга разливаются процессы торможения.

Иными словами, человек, сделавший центром своей жизни фиксацию внимания на чужих недостатках, сквозь призму этой доминанты начинает перерабатывать поступающую в сознание информации. Он будет крайне слаб, если не сказать – бессилен, в деле формирования конструктивных взглядов на жизнь, на воспитание детей, на прочие стороны жизни, где нужно собрать данные воедино, объединить людей вокруг общего дела, наладить работу масштабного предприятия и пр.. Со временем он начнет забывать, что в жизни есть и радость, и смысл. Жизнь станет безрадостной и бессмысленной.

В практическом отношении разрушительное действие доминанты ненависти описано в рассказе В. Шаламова «Термометр Гришки Логуна». В рассказе описано положение заключенного, которому нужно написать письмо администрации лагеря, но который не может этого письма написать, так как в сознании у него кроме ненависти ничего не осталось. Все прочие мысли подавлены. «В душе не осталось места для чего-то светлого, там все уже заполнено, но другой полнотой – злобой и ненавистью»[37].

Принимая во внимание разрушительный аспект таких страстей как гнев, осуждение, ненависть, можно понять, что людей, выживших в экстремальных обстоятельствах, отличали такие качества как отсутствие зла по отношению к недоброжелателям.

Так о архимандрите Павле (Груздеве), прошедшим невероятные условиях концентрационных лагерей в годы гонений на веру, сохранилось следующее свидетельство: «Любовь батюшки была такая, что даже мучителей своих он не осуждал. Помню, когда про тюрьму рассказывал: “Этот следователь мне все зубы выбил. А хороший был человек. У него же семья, ее же кормить надо. Он для семьи и старался”. И не то чтобы с иронией – он это искренне говорил»[38].

Понятно, что речь идет не о оправдании всего зла, разворачивающегося в мире, а в том, что если бы отец Павел зациклился бы на личности следователя, то ничего другого в его сознании бы не осталось. Ненависть бы сожгла все.

Эти слова соотносимы с реальным опытом иного рода – с опытом Эрика Ломакса, описанного им в книге «Возмездие». Автор книги – английский офицер –во время нахождения в плену подвергался пыткам, которых не смог забыть и после освобождения из плена. Перед его мысленным взором стоял образ переводчика, которого Эрик ненавидел. 30 лет Эрик страдал от того явления, которого принято называть посттравматическим расстройством или военным синдромом (боевой психической травма). Последствия пребывания в плену и охваченность доминантой ненависти сказывались и на социальной жизни автора. В личной жизни, в деле общения с другими людьми он испытывал серьезные трудности.

Узнав, что его бывший мучитель жив, Эрик пожелал найти его, чтобы отомстить. Но при виде японца, давно уже осознавшего свои ошибки, Эрик пришел к иному решению – «ненависть не может быть вечной». Простив его, он ощутил, как из его души уходит все то, что столь долгие годы его мучило.

Учитывая эти примеры, можно понять слова священномученика Иоанна Восторгова, сказанные им во время принятия в дар Албазинской иконы Божией Матери в 1912 году. Людям, горячо любившим его, он в то время, когда предреволюционные волнения уже будоражили Россию, сказал: «Святыня эта будет знаком нашего духовного с вами общения. Ведомо вам и то, что мне приходится идти часто над зияющей бездной ненависти человеческой. Страшно заглядывать в нее, и нередко сердце сжимается от боли и естественных страхований. В эти минуты ваш святой дар будет у меня перед глазами – укреплением и утешением. Он мне будет говорить о том, что на пути моем встречал я не одних врагов, но встречал и друзей, не одну ненависть, но и любовь».

А надо сказать, что священномученик Иоанн претерпевал нападки не только со стороны кругов, готовивших революцию (отец Иоанн своей миссионерской деятельностью противостоял процессу расшатывания умов; он путешествовал по всей стране, занимаясь, в том числе, организацией миссионерских курсов, и его просветительская деятельность явно мешала тем, кто ставил своей задачей хаотизацию общественного сознания).

Неприязнь к пастырю испытывали и некоторые священнослужители, поддавшиеся «настроениям социально-общественного обновления или будучи теплохладными в вере». О нем распространялись слухи, что он «будто бы за что-то сослан в Сибирь, совершал преступления, убил жену, бежал даже в Америку».

Заключен священномученик Иоанн под стражу и расстрелян в 1918 году по обвинению «в попытке незаконной продажи епархиального миссионерского дома. На следствии он убедительно доказал, что возводимые на него обвинения не только клевета, но являются заранее спланированной провокацией самой ЧК» (решение о ликвидации дела во внесудебном порядке было принято Следственной комиссией Революционного трибунала при ВЦИКе)[39].

Позиция отца Иоанна, сосредоточившегося, если так можно сказать, на конструктиве, была найдена в рамках современной жизни протоиерем Игорем Рябко. Слова отца Игоря примечательны тем, что принадлежат священнику, который сам прошел путь «церковного революционера». Как бывшему «революционеру» ему понятно, что у революционера в душе стоит галочка, что он не такой как «прочие человецы», что он «хороший», «правильный», – «не что, что они…»

Было время, когда он, по его словам, ходил с фонариком и вытягивал на свет Божий тот или иной кусок грязи. А потом он понял, что на самом деле эту грязь он собирал в своей душе, что внутри у него накопилась «целая коллекция», а ситуация от такой его деятельности вокруг лучше не стала.

С годами он пришел к выводу: если хочешь, чтобы в Церкви перевес был на стороне добра, сам стань Светом и Добром. Для ищущего спасения нет такого места, из которого он не мог бы извлечь пользу. И даже если человек находится в условиях «где не так» и «не то», может быть, смысл ситуации для него и состоит в том, чтобы быть «тем» и «таким»? Кто мешает жить, молиться и каяться так, как учили Святые Отцы? «Если кто и мешает, отойди от него молча, найди другое место и спасайся».

Отец Игорь понял, что, если жизнь одна, нужно прожить ее в алтаре, если ты – священник, а не на майдане. Некоторые священники в своем возмущении думают, что изменят мир и обретут Бога, если ограничат права епископов. Они не понимают, что все «все будет так же, только хуже», их возмущение – «крик о собственной обезбоженности».

Привнося в среду верующих свои «разоблачительные тексты» и «исповеди», авторы в качестве плода пожинают не искоренение недостатков, а смущение и сомнение в среде верующих. А также – возбуждение протестных настроений в среде духовенства. Такие тексты и «исповеди» ассоциируется не с борьбой за чистоту Церкви, а с борьбой против Церкви под видом «ревности по Богу» [примечательно, что участие священномученика Иоанна Восторгова в патриотических союзах было обусловлено, помимо прочего, еще и тем, что он видел разрушительные цели тех, кто свою деятельность прикрывал «словами об общем благе»].

Обличительные тексты можно слушать в том случае, если обличающий говорит с сожалением, состраданием и болью за павшего. Если же тексты пронизаны гневом и негодованием, то слушать их – душевредно.

Приобретенный и описанный в «Исповеди бывшего революционера» опыт, отец Игорь конденсирует в емком кредо-фразе: «Чтобы в мире было меньше тьмы и больше света, сам стань светом. Если хочешь, чтобы в жизни стало больше добра, сам постарайся ему соответствовать»[40].

Дополняет заключительный аккорд (аккорд состоит из нескольких нот) простая, но жизненная мысль отца Андрея Ткачева (можно ознакомиться и с иными мыслями, озвученными в выступлении, озаглавленном следующим образом «О толстопузых попах на мерсах, баранах и революции (2017)») https://youtu.be/2U3kU_Qk2Ps. Да, есть недостатки. Да, и священнослужители тоже согрешают. Но если они перестанут стоять у Престола, совершать Таинства, крестить, венчать, то люди повесятся от тоски.

Да, можно уничтожить священников. Но что – дальше? Но если священники не будут служить Литургию, стихия зла, не сдерживаемая более, обрушится и на самих критикующих. Не сразу, но довольно скоро. И кто знает историю развития тотальных послереволюционных репрессий 20 века, тот знает, что так уже было.

И по житию священномученика Иоанна Восторгова, в частности, мы знаем, что так было. Он был расстрелян в 1918 году, в первых, что называет рядах.

Ввиду клеветы на отца Иоанна была упущена возможность возведения его в сан епископа. С предложением возвести отца Иоанна в сан епископа выступил митрополит Макарий (Невский) «с целью объединения в митрополии всего миссионерского дела». Владыка Макарий надеялся «найти в лице Иоанна Восторгова умелого и верного пособника во всяком добром и церковном деле, особенно в деле миссии и организации приходской жизни. Предложение это вызвало новую волну клеветнических выступлений против отца Иоанна». Клеветы повторяли все то, что против отца Иоанна было уже высказано ранее и было уже опровергнуто. Но не смотря на опровержение клеветнических выпадов дело его рукоположения в епископы не двинулось к положительному исходу. Дело происходило в 1916-ом году, далее был 1917-ый…

Приложение

[1] Иеромонах Серафим (Роуз): «Очень легко при виде всех этих негативных знамений времени впасть в такое настроение, когда мы только и будем искать все отрицательное. Можно при этом самому превратиться в весьма отрицательную личность. Когда приходит какое-то новое известие, такой человек говорит: «Да, конечно, так и должно быть, а будет еще хуже». Приходит еще одно известие, и он говорит: «Да-да, очевидно, и это должно быть, но будет еще хуже». Этот человек во всем мире, на что смотрит, видит лишь зловещее исполнение ужасов нашего времени. Это правда, что мы должны знать об этих вещах и не проявлять чрезмерного оптимизма по поводу современных событий, так как в наше время редко происходит что-нибудь хорошее. Но в то же время, однако, мы не должны забывать о главной цели наших наблюдений знамений времени. Мы наблюдаем знамения времени не только для того, чтобы увидеть, когда должен придти антихрист. Это не главное. Мы наблюдаем знамения времени, чтобы знать, когда придет Христос. Это самое главное, о чем мы всегда должны помнить, чтобы не поддаваться унынию, отчаянию или прятаться, запасшись едой, перед великим бедствием. Это не мудро. Мы должны скорее и полнее проникнуться христианским духом, то есть думать о других людях, стараясь помочь им. Если мы сами будем холодны, мрачны, пессимистичны, то сами и будем участвовать в одном из знамений конца этой холодности. Мы должны тепло относиться друг к другу, помогать друг другу. Это черта христиан. Если вы вспомните историю (и это еще одна основательная причина для чтения истории Церкви), то увидите, что на протяжении всей истории человечества – через Ветхий Завет, Новый Завет и все христианские государства, существовавшие впоследствии, а также и в языческом мире, проходит непрерывная цепь страданий. Где дело касалось христиан, были испытания, гонения, и через это христиане обретали Царствие Небесное. Поэтому, когда приходит время испытаний, мы должны радоваться» [Год с иеромонахом Серафимом (Роузом). М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2014].

[2] Письмо епископа Афанасия (Сахарова) духовным чадам: «Мне кажется, что Вы все еще не совсем решили вопрос о хождении в храмы. Я без всякого колебания решил этот вопрос для себя.

Я вспоминаю пример самого Христа Спасителя, Который пришел, чтобы упразднить ветхозаветное преобразовательное богослужение. И, однако, Он во всю Свою жизнь до последнего момента принимал участие в богослужении, совершавшемся иудейскими священниками, несмотря на то, что самих священников Он грозно обличал. А Святые апостолы уже после того, как было окончательно установлено христианское богослужение, долгое время, по-видимому, до самого разрушения храма Иерусалимского в 70-м году по Р. X., продолжали ходить в храм, участвовали в отмененном уже ветхозаветном богослужении, склоняли свои головы, когда первосвященники или священники преподавали им благословением Именем Божиим.

Церковь Христова свята и непорочна. Но до Второго Пришествия только одна половина ее чад – члены Церкви Христовой, не могут грешить. Другая половина ее, – Церковь воинствующая на земле, ища спасения грешников, не изгоняет их из своей среды. В Церкви земной Божественная Благодать изливается на всех чад ее, хранящих общение с нею, через облагодатствованных в законно совершенном таинстве священства предстоятелей Церкви – священников и епископов. Каждый отдельный член Церкви земной вступает в действительное таинственное благодатное общение с нею и со Христом, – только через своего правомочного духовника, при условии, если последний находится в общении с первоиерархом, признаваемым в качестве такового всеми первоиерархами всех других православных автокефальных церквей, составляющих в своей совокупности Единую Вселенскую Церковь. Кроме этой иерархической цепи нет и не может быть иного пути для благодатного единения с Церковью Вселенской и со Христом. Даже великие пустынники, многие десятки лет проводившие в полном одиночестве, всегда мыслили себя держащимися этой благодатной иерархической цепи и при первой же возможности спешили принять Святые Тайны, освященные благодатным служителем Церкви. А в Церкви Христовой благодать изливается и спасение совершается не священнослужителями, а самою Церковью через священнослужителей. Священнослужители – не творцы благодати, они только раздаятели ее, как бы каналы, по которым изливается на верных Божественная Благодать и помимо которых нельзя получить Божественной Благодати.

И иерархи, и священнослужители поставляются из обыкновенных смертных, грешных людей, – на земле нет святых. Священнослужители, даже ведущие явно зазорный образ жизни, продолжают оставаться действительными раздаятелями благодати до тех пор, пока законной церковной властью не будут лишены дарованных им в таинстве священства благодатных полномочий – раздавать Божественную Благодать и возносить к Престолу Божию молитвы верных. За недостойных священнослужителей Господь посылает Ангела Своего совершать Святые Таинства. Таинства, совершаемые недостойными священнослужителями, бывают в суд и осуждение священнослужителям, но и в благодатное освящение с верою приемлющих их. Только одно обстоятельство, – если священнослужитель начнет открыто, всенародно, с церковного амвона проповедовать ересь, уже осужденную Отцами на Вселенских Соборах, – не только дает право, но и обязует каждого, и клирика, и мирянина, не дожидаясь соборного суда, прервать всякое общение с таким проповедником, какой бы высокий пост в церковной иерархии он не занимал.

Из церковной истории мы знаем много случаев, когда недостойные лица занимали высокие посты, когда Патриархи были ересиархами. Но и Соборы Вселенские, собравшиеся для суждения и осуждения новой ереси, до самого последнего момента, посылая им и в первый, и во второй, и в третий раз приглашения прибыть на Собор, именуют их «боголюбезнейшими епископами». И только тогда, когда и на третье приглашение приглашаемые отказались явиться, – Собор возглашает им анафему, – и только с этого момента они лишаются благодати и таинства, совершаемые ими, становятся безблагодатными.

Посмотрите, например, историю константинопольских Патриархов в 17-м веке. Патриархов назначали турецкие султаны и ставили на Патриаршество того, кто больше сделает взнос в султанскую казну. Некоторые Патриархи занимали Патриаршую кафедру по году, по нескольку месяцев, по нескольку дней. Тут бывали тайные иезуиты, бывали сочувствующие протестантству. Султан смещал одного Патриарха, потому что другой обещал больше внести в султанскую казну. Как быстры ж неожиданны были смены Патриархов, видно из того, что с 1598 по 1654 год, сменилось 54 Патриарха. Какой соблазн для верующих! А жизнь христиан греков в то время была одним сплошным страданием. Но они не отделились от своих пастырей и архипастырей, не уклонились от посещения храмов, где возносились имена Патриархов, назначенных султаном-мусульманином. А среди Патриархов этого времени был и святой Афанасий Пателарий, три раза с уплатой соответствующего взноса в казну вступавший на константинопольскую кафедру и потом в России, в Лубнах, скончавшийся и причтенный к лику святых.

А каким соблазном для православных русских людей был петровский сподвижник, первенствующий член Синода, архиепископ Феофан Прокопович, бражник, развратник. Может быть, его соблазнительное поведение толкнуло иных ревнителей в раскол. Но не раскольники, а те, которые молились в храмах, где возносилось имя Феофана, оставались в Православной Церкви и получали благодать и освящение.

Много соблазнительного и в наши дни. Но несмотря на всякие соблазны, у нас нет никакого законного права уклоняться от общения со священнослужителями, состоящими в канонической зависимости от Патриарха Алексия.

Настоящее положение церковного управления совсем не похоже на то, что было в то время, когда делами Русской Церкви ведал митрополит Сергий в качестве заместителя митрополита Петра и по его поручению. Когда митрополит Сергий заявлял, что его полномочия вытекают из полномочий митрополита Петра и что он, митрополит Сергий, всецело зависит от митрополита Петра, – мы все признавала митрополита Сергия, как законного руководителя церковной жизни Православной Русской Церкви, первоиерархом которой остается митрополит Петр.

Когда же митрополит Сергий, не удовлетворившись тем, что было дано ему и что он мог иметь при жизни законного первоиерарха Русской Церкви – рядом действий выявил себя как захватчик прав первоиерарха, когда в своем журнале он всенародно объявил, что ему, митрополиту Сергию, не только принадлежат все права местоблюстителя, но что он «заместитель облечен Патриаршей властью» (Журнал Московской Патриархии. N 1. С. 3) и что сам наш законный первоиерарх, митрополит Петр, не имеет права «вмешиваться в управление и своими распоряжениями исправлять даже ошибки своего заместителя» (Там же), – тогда ряд архипастырей, в том числе и я, признавая, что такое присвоение митрополитом Сергием всех прав первоиерарха при жизни нашего законного канонического первоиерарха Петра, – лишает захватчика и тех прав по ведению дел церковных, какие в свое время даны были ему, и освобождает православных от подчинения митрополиту Сергию и образованному им Синоду. Об этом я откровенно в письменной форме заявил митрополиту Сергию по возвращении моем из ссылки в декабре 1933 года. Отказавшись от какого-либо участия в церковной работе под руководством митрополита Сергия, я не уклонялся от посещения храмов, где богослужение совершалось священнослужителями, признававшими митрополита Сергия. Резкие ругательные отзывы о так называемых «Сергианских» храмах и о совершаемом там богослужении, я считал и считаю «хулой на Духа Святаго». Истинная ревность о вере не может соединяться со злобой. Где злоба – там нет Христа, там внушение темной силы. Христианская ревность с любовью, со скорбью, может быть, и с гневом, но без греха (гневаясь – не согрешайте). А злоба – величайший грех, непростительный грех, – «хула на Духа Святаго», Духа любви, Духа благостыни. И ревностнейший владыка митрополит Кирилл, в качестве протеста допускавший непосещение Сергиевских храмов, осуждал и хуления неразумных ревнителей и говорил, что он сам в случае смертной нужды исповедается и причастится у Сергиевского священника.

В настоящее время положение церковных дел совершенно не похоже на то, что было при митрополите Сергии. Митрополита Петра, конечно, нет в живых. Помимо первоиерарха поместной Русской Церкви никто из нас, ни миряне, ни священники, ни епископы, не можем быть в общении со Вселенской Церковью. Не признающие своего первоиерарха остаются вне Церкви, от чего да избавит нас Господь!

Иного первоиерарха, кроме Патриарха Алексия, в Русской Церкви нет. Его признали таковым все Восточные Патриархи. Его признали все русские иерархи. Не дерзаю уклоняться от него и я.

Теперь нет поминающих и непоминающих храмов. Тогда можно было в качестве протеста не посещать те храмы, где незаконно, наряду с именем законного первоиерарха, поминали и его заместителя не по первоиераршеским делам, а по ведению текущих дел. Теперь везде возносится имя российского первоиерарха Алексия. Может быть, иное в деятельности Патриарха Алексия соблазняет, смущает, заставляет ревнителей насторожиться. Но все это не лишает его, ни подведомственное ему духовенство благодати. Ереси, отцами осужденной, Патриарх Алексий и его сподвижники не проповедуют, а по канонам церковным это единственный случай, когда должно прервать общение даже и с Патриархом, не дожидаясь суда церковного. Никакой законной высшей иерархической властью Патриарх Алексий не осужден. И я не могу, не имею права сказать, что он безблагодатный и что таинства, совершаемые им и его духовенством, не действительные. Поэтому, когда в 1945 году, будучи в заключении, я и бывшие со мною иереи, не поминавшие митрополита Сергия, узнали об избрании и настоловании Патриарха Алексия, мы, обсудивши создавшееся положение, согласно решили, что так как кроме Патриарха Алексия, признанного всеми Вселенскими Патриархами, теперь нет иного законного первоиерарха Русской поместной Церкви, то нам должно возносить на наших молитвах имя Патриарха Алексия, как Патриарха нашего, что я и делаю неопустительно с того дня.

Все то, что в деятельности Патриарха и Патриархии смущает и соблазняет ревностных ревнителей, – все это остается на совести Патриарха, и он за все даст ответ Господу. А из-за смущающего и соблазняющего, что иногда может быть не совсем таким, как нам кажется, – только из-за этого лишать себя благодати святых таинств – страшно.

Не отделяться, а будем усердно молить Господа о том, чтобы он умудрил и помог Патриарху Алексию и всем у кормила церковного сущим право править слово истины и чтобы нас всех Господь наставил так поступать, чтобы совестью не кривить, против единства церковного не погрешать и соблазнов церковных не умножать.

Утверждение на Тя надеющихся, утверди, Господи, Церковь, юже стяжал ее и Честною Твоею Кровию.

Призываю на Вас Божие благословение. Спасайтесь о Господе.

Богомолец Ваш е[пископ] АФАНАСИЙ 9 22 мая 1955 г»[41].

[1] См. статью Л. Выготского «Нарушение понятий при шизофрении».

[2] Благолюбие, том 2, глава 47.

[3] «Сетевые войны». Аналитический доклад Александра Дугина при участии Валерия Коровина и Александра Бовдунова. 

[4] См. параграф 178 из творений преподобного Исихия, пресвитера Иерусалимского, расположенных во втором томе книги «Добротолюбие».

[5] Даниил Сысоев, свящ. «Богословский ответ на «Письмо уже бывшего епископа Диомида». Аудиозапись, 105 минута.

[6] Иустин (Попович), прп. Собр. творений / [пер. с серб. Сергея Фонова; общ. ред. проф., д-ра церк. истории А.И. Сидорова]. Т.4. М.: Паломник, 2007. С. 378–405.

[7] Там же. С. 390–391.

[8] Там же. С. 395.

[9] Там же.

[10] Там же. С. 391.

[11] Там же. С. 390.

[12] Марк, игум. Злые духи и их влияние на людей. М.: Паломник, 1999. С. 88.

[13] См. поучение двенадцатое из книги преподобного аввы Дорофея «Душеполезные поучения».

[14] Год с иеромонахом Серафимом (Роузом). М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2014.

[15] Там же.

[16] Порфирий Кавсокаливит, преп. Цветослов советов / пер. с новогреч. иеромон. Агафангела (Легача). Святая Гора Афон: Пустынь новая Фиваида Афонского Русского Пантелеимонова монастыря, 2008.

[17] Таких рождает вера наша: Избранные жития новых мучеников и исповедников Российских М.: Никея, 2013.

[18] Беглов Алексей. «Слово о старчестве». Неакадемические размышления тайной монахини // Монастырский вестник. 2015. Февраль. №2 [14]. С. 108–109.

[19] О грядущих испытаниях // Рафаил (Нойка), иером. Живя мя по словеси Твоему. Духовные беседы / Пер. с англ, иером. Доримедонта (Литовко). СТСЛ, 2015.

[20] Год с иеромонахом Серафимом (Роузом). М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2014.

[21] Архимандрит Павел (Груздев): Документы к биографии. Воспоминания о батюшке. Рассказы отца Павла о своей жизни. Избранные записи из дневниковых тетрадей. М.: Отчий дом, 2012.

[22] См. главы 18, 19 из книги Зайцева В.Г. «За Волгой земли для нас не было. Записки снайпера».

[23] Жития святых составленные святителем Димитрием Ростовским, житие святого отца нашего Афанасия, архиепископа Александрийского (память 18 января).

[24] См. том 2, часть 1 из работы проф. Болотова В.В. «Лекции по истории древней Церкви».

[25] См. «Страдание святого священномученика Симеона, епископа Персидского» (память 17 апреля) в житиях святых, составленных святителем Димитрием Ростовским. 

[26] Владислав Цыпин, протоиерей. История Русской Православной Церкви: Синодальный и новейший периоды / 2-е изд., перераб. М.: Изд. Сретенского монастыря, 2006. С. 601.

[27] См. «От издательства».

[28] «Введение».

[29] Учение о Церкви писателей антигностических // Иларион (Троицкий), свмч. Тв.: В 3 т. Т. 1. М.: [Сретенский монастырь], 2004. С. 183–184.

[30] Писания мужей апостольских. Издательский Совет Русской Православной Церкви, 2008. Это издание выполнено по изданию 1985 года, в которое вошли труды прот. Петра Преображенского.

[31] См. главу «На пути к совершенной Церкви».

[32] «Как императрицы Екатерина и Елизавета обманывали своих «партнеров»» из книги Старикова Н.В. «Геополитика: Как это делается?»

[33] Жития святых составленные святителем Димитрием Ростовским, житие святого отца нашего Афанасия, архиепископа Александрийского (память 18 января).

[34] «Цель воспитания – бесочеловек» из книги «ОТ ЧЕГО НАС ХОТЯТ “СПАСТИ” НЛО, экстрасенсы, оккультисты, маги?»

[35] Из книги игумена N. «ОТ ЧЕГО НАС ХОТЯТ “СПАСТИ” НЛО, экстрасенсы, оккультисты, маги?». М.: Даниловский благовестник, 2001.

[36] Симаков С.К., проф. Кризис Европы. Православный взгляд. СПб.: Сатис, 2009. С. 67.

[37] Старикова Л. С. Культурный концепт «Социалистический труд» и его наполнение в лагерной прозе второй половины ХХ в. (В. Шаламов, С. Довлатов, В. Максимов).

[38] Архимандрит Павел (Груздев): Документы к биографии. Воспоминания о батюшке. Рассказы отца Павла о своей жизни. Избранные записи из дневниковых тетрадей. М.: Отчий дом, 2012.

[39] Иоанн Восторгов, свмч. О совести: Беседы пастыря к прихожанам о Боге, Церкви, Родине, о правде и долге. 1917–1918 гг.; [житие] / сщмч. Иоанн Восторгов; [сост. жития архим. Иов (Гумеров)]. М., 2018.

[40] «Лечить нужно не Церковь, а свою бедную голову». 

[41] Источник: Оп.: К Свету. Вып. 13. М., 1994. С. 96–99. Публикация и вступительная статья Е. Апушкиной

Тип: Соловецкий листок