В предыдущей части травматический опыт рассматривался, в том числе, с позиции учения о рефлексах академика И.П. Павлова. И выход из «лабиринта» сформированного рефлекса, в том числе, строился, с привлечением представлений, заимствованных из учения православных авторов.

В этой части ставится вопрос: помогают ли наркотики, LSD и психоделические практики в развитии творческого процесса? Некая стимуляция активности мозга при данных условиях наблюдается, но имеет ли она созидательный характер и есть ли за ней перспектива?

Где искать героя – так называется данная глава. Можно ли в литературных персонажах или реально живших людях найти совокупность качеств, которые помогут противостоять реальным жизненным трудностям?

В данной части продолжается разговор о мировоззрении и о системе навыков, выстроенной на его основе. Они в совокупности являются противоядием, защищающим от очарования концепциями созависимости и сепарации. Когда мы говорим о теории созависимости, нужно учесть, что она возникла на базе определенной общественной формации – атомизированного общества, сформированного особым духом. Адепты данной теории представляют ее перспективной в то время, как масса данных свидетельствует об обратном.

В настоящее время нередко как со страниц печати, так и посредством средств массовой информации доносится мысль, что человек – не более чем биология. Внушается, что свободы выбора нет, личности, как таковой, нет. Человек описывается как изначально обусловленный на то или иное поведение. Какое поведение ожидается от тех, кто близко к сердцу принимает такие сообщения? Напрашивается предположение, что по мысли авторов такой позиции, человек должен смириться с тем, что он является человекообразным животным и принять предлагаемую ему программу улучшения?

В этом тексте поднимается вопрос о том, как могла бы строиться приходская работа с людьми, пришедшими в Церковь из оккультизма. Поводом для размышлений стала история одной девушки, которая, пройдя Чин Присоединения к Церкви, попыталась осмыслить свой путь и столкнулась с некоторыми трудностями. На счету у нее было несколько оккультных инициаций. Оказалось, что перейти в Православие внешне – лишь начало. Куда труднее выровнять кривизны ума и исцелить мысли и привычки, сформированные годами эзотерических блужданий.

Этот текст является несколько расширенной расшифровкой беседы, которая прошла перед чином отречения по поводу участия некоторых соловецких паломников в оккультизме. Беседа под номером 68 входит в состав цикла «Зазеркалье», в котором, в том числе разбирается вопрос, что человек может противопоставить навязчивым мыслям и состояниям (с каковыми кто-то встречается после занятий оккультизмом).

Говорить или молчать? Вариантов ответа на этот вопрос – масса. Сам вопрос, как видится, если и ставится, должен рассматриваться в обогащенном ключе. То есть с привлечением внимания к других аспектам ситуации, рассмотрение которых склонит чашу весов. В некоторых случаях – в сторону – сказать. А в некоторых – станет ясно, что лучше промолчать.

Иногда приходит слышать вопрос: «Говорить или молчать?» И приходится нередко отвечать на этот вопрос в том ключе, то он неверно поставлен. При каких-то условиях, может, стоит и промолчать. А при каких-то – говорить. Признаков, которые делят ситуацию на двое – масса. И ниже – лишь некоторые из них.

С начала 1990-х годов культурное пространство России активно наполнялось разнообразными заграничными течениями в литературе, искусстве, киноиндустрии, мультипликации. В молодежную среду влились субкультуры готы, эмо, но субкультура аниме по своему масштабу и силе воздействия на молодежь не сопоставима ни с какой другой субкультурой. Это не просто мультфильмы, это некая среда, которая содержит свои правила и системы ценностей. Сегодня мы беседуем об особенностях влияния субкультуры аниме с иеромонахом Прокопием (Пащенко), насельником Спасо-Преображенского Соловецкого монастыря, который уже много лет помогает трудным подросткам и людям, попавшим в зависимость.