Соловецкий листок

Иеромонах Соловецкого монастыря Несколько слов родственникам зависимых и самим зависимым от алкоголя и наркотиков

30 ноября 2016 г.

В краткой заметке невозможно отметить все, что по данному вопросу желательно было бы отметить. Цель заметки – скорее указать на материалы, в которых разбирается помимо прочего два вопроса. 1) Преодоление стремления изменить свое состояние с помощью алкоголя. 2) Выстраивание отношений с людьми, этого стремления на данный момент преодолеть не могущих.

Справиться с проблемой зависимости, действительно, очень тяжело. И не надо думать, что достаточно взять с человека обещание больше не пить – и он освободится от этой страсти. Бывает, что на сознание человека давит какая-то мрачная мысль, и человек не видит никакой другой возможности освободиться от ее гнета, кроме как оглушив свое сознание. Бывает иначе: человек, по его словам, не испытывает давления мрачных мыслей, но, в то же время, у него нет и положительных идей, которые бы укрепили его стремление к трезвости. «Зачем пытаться что-то изменить, если все равно скоро умирать?» – человек, не переживший сердцем Истину Воскресения, вполне рискует начать так думать.

Внешняя среда настолько агрессивна, что, если человек не стремится жить духовной жизнью, она сплющивает его как консервную банку. Давлению извне должна противостоять духовная жизнь человека. Под внешним давлением понимаются не столько социально-экономические условия, сколько то настроение, которое возникает в сознании человека при попытке их осмысления. Ведь сами по себе неблагоприятные условия могут стать для кото-то не источником уныния, а источником желания что-то изменить, пересмотреть, переосмыслить, – в зависимости от отношения к происходящему. Атмосфера, давящая извне и стремящаяся заразить человека какой-либо негативной мыслью или каким-либо негативным чувством (индукция) промораживает человека насквозь, если не находит внутри духовного горения. Бывает, что холодные иглы, пытаясь впиться в сознание и сердце, встречаются с теплом любви и тают. Но дела обстоят иначе, если вместо тепла любви они встречаются с хаосом, паразитирующим на пажитях ума и сердца. Хаос, получив импульс от внешней среды, детонирует. Вырвавшись из какого-то одного закоулка сознания, его осколки распространяются по всему жизненному пространству человека. И ему (человеку) все начинает казаться унылым, однообразным, бессмысленным.

О причинах появления хаоса в сознании и сердце можно говорить много. В некоторых случаях он зарождается вследствие избрания человеком определенного образа жизни. Страсти, различные желания и опасения разрывают сердце человека в разные стороны, лишая его цельности. Человек, утративший цельность – как корабль с пробоиной в борту, как дом, построенный на песке.

Цельность приобретается через хранение совести и реализацию в своей жизни тех начал, о которых говорит Евангелие. Если человек не осветил свои будни светом евангельских заповедей, то будни его начинают становиться «сплошной беспробудностью, вечной заботой, тягучей скукой, непрестанным шумом, время от время прерываемым очередной неудачей». Труд же становится «лишенной смысла работой по принуждению, как галерной пыткой, как мукой от зарплаты до зарплаты»[2].

Можно провести некие параллели между только что введенным понятием хаоса и понятием «груза недуховности», о котором упоминает Иван Ильин. Этот груз настолько тяжел, что «нужна реальная, живая и неутомимая «противосила» для того, чтобы этот, постоянно тянущий книзу груз не овладевал интересами, вкусами, жизненными содержаниями, делами и всей вообще культурой человека». Если процессы, запускаемые грузом недуховности, и само его существование оставляются на самотек, то внутренняя жизнь человека начинает скатываться к вырождению. «Для того, чтобы бороться с этим вырождением, человек должен иметь живую потребность в Священном»[3].

Священное помогает отыскать смысл в будничной работе. Если этот смысл погружается в глубину сердца, то повседневность воспламеняется «лучом его света». Будни преображаются изнутри, наполняются смыслом, оживают[4].

Если человек не осветил свои будни светом евангельских заповедей, то будни давят на него своей «беспробудностью». И человек стремится с помощью химического реагента раскрасить давящую на него серость в пестрость.

Да, найти смысл в буднях, в повседневности непросто. Еще более непросто следовать этому смыслу изо дня в день. Но это только одна сторона дела. Вторая сторона дела состоит в том, что стремление к цели, реализуемой на основании значимого смысла[5], невероятно интересно. Да, нелегко человеку реализовывать свое призвание (например, родителям, бывает, неохота заниматься воспитанием детей). Но, если бы человек стремился к этой реализации, работал бы над собой, ему было бы интересно жить. А если он отказывается от трудов на этой ниве, то силы его души застаиваются, в сердце вползает скука. Возникает желание вечером «посидеть в интернете», а после «выпить, – расслабиться».

Вследствие путешествия по интернету или просмотра ТВ, DVD и прочей подобной деятельности в сознании человека рождается поток образов. Поток образов рождается также и вследствие употребления ПАВ (ум в состоянии расторможения начинает активно мечтать). На фоне паталогической неудовлетворенностью жизнью такой поток воспринимается как некая отдушина. И вот почему.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) объясняет, что «человек не может быть без мыслей и чувствований». Ум человека ни на минуту не перестает рождать мысли, а сердце – рождать чувства. Для человеческой души естественно непрестанное занятие. Она не может быть без непрестанного упражнения. А потому, если «не дать ей богоугодного упражнения, то она будет непрестанно упражняться в тех мыслях и чувствованиях, которые родятся в ней самой». То есть «она будет развивать свое падение, развивать в себе ложь и зло, которыми она заражена». И потому святитель считает необходимым предоставить уму возможность упражняться «в богоугодных мыслях, а сердцу в богоугодных чувствованиях. <…> надо, чтоб ум и сердце приняли и усвоили себе Евангелие» [6].

На этой мысли, во многом, и строится его книга «Приношение современному монашеству» (эта книга, хотя по названию и адресована монахам, может быть полезная и мирянам). Если человек даст своим уму и сердцу в пищу Евангелие и исполнение евангельских заповедей, то он доставит им возможность для безконечного развития.

Там где нет возможности для безконечного развития, там человеком овладевает скука. Если человек занят, например, каким-то бизнес проектом, то ум довольно быстро просчитывает параметры проекта. Они конечны. Многие проекты со временем начинают реализовываться в виде типовых бизнес-схем. Они слишком исчерпаемы в своих смысловых параметрах для того, чтобы погружаться в них безконечно (некоторые другие примеры исчерпания приведены в лекции «Две доминанты», в разделе «Характеристики правильной доминанты – возможности безконечного развития и преодоление эгоизма. Обратные этому примеры»).

Как сердце может вкладываться безконечным развитием чувств в предсказуемый и типовой проект? Ум и сердце могут развивать свою деятельность безконечно, если человек делает свое дело, стремясь исполнить его в соответствии с заповедями Евангелия. Если же человек делает свои дела механистически, без оглядки на добродетель, то ум и сердце не находятся в положительной динамике развития. Но стоять на месте они не могут. И потому, как было отмечено выше, неочищенный человек начинает развивать в себе самом свое падение.

В современной обстановке развитие падения может быть достигнуто способом более, чем удобным. К услугам человека – медийные технологии, наркорынок, ряды бутылок в супермакете. Ему даже не надо напрягаться, пытаясь соткать в уме соблазнительные образы. Сейчас вынесено на экран то, что раньше ум сочинял в себе. Психоактивные вещества разбудоражат сердце, снимут этические цензы с деятельности ума.

Если человек не воспринял евангельские заповеди как основу своей жизни, то он нередко приходит к экрану и психоактивным веществам. Он воспринимает их как средства, которые доставляют уму и сердцу хотя и паталогическую, но – возможность двигаться. Человек возвращается с работы, ходит по квартире и чувствует, что «что-то – не то». Не зная, как унять это свербящее чувство, он открывает холодильник, достает баночку пива, садится перед ТВ и начинает потягивать алкоголь.

Потихоньку возникает привычка находиться в измененном состоянии сознания. По мере укрепления привычки состояние трезвости воспринимается уже как нечто ненормально-некомфортное. Человек, возможно, даже и не отдавая в том себе отсчета (на первых порах), начинает думать над способом изменения своего «психологического статуса».

Сказанное, особенно, относится к женщинам. Особенно, – к одиноким. Придя домой после утомительного рабочего дня, некоторые из них пытаются расслабиться через осушение бокала горячительного напитка. Со временем они начинают обнаруживать, что даже если день был и не утомительным, желание осушить бокал все равно стучится в сознание. Еще чуть позже они замечают, что мысль во время работы становится трудно удержать на обдумывании необходимых действий. Она упорно убегает в область вечера. Рождается предвкушение процесса осушения бокала. Мысль-предвкушение постепенно усиливаясь, становится доминирующей. Отныне практически любая информация, поступающая в сознание, стекается к этому очагу возбуждения. Практически любое событие становится поводом выпить (о возникновении очага возбуждения и о способе преодоления паталогической доминанты рассказывается в цикле бесед «Обращение к полноте»).

***

Множество есть причин вхождения в алкоголизацию. И множество есть причин вхождения в наркотизацию. Есть общие положения в данных вопросах, которые касаются всех. Есть частные случаи, нюансы, которые для кого-то актуальны, а для кого-то – нет. Вопрос о выходе из алкоголизации и наркотизации решается путем приобщения человека к цельному мировоззрению. Через призму цельного мировоззрения человеку следует посмотреть на свою жизнь и на свои проблемы.

Помочь человеку осмыслить как свои проблемы так и пути выхода из них призваны материалы, размещенные на сайте Соловецкого монастыря в разделе «Беседы о проблемах личности». Тема вовлечения человека в алкоголизацию поднимается в цикле «О путях выхода из состояния тирании мозга» (всего 11 бесед). Что понимается в контексте этого цикла под понятием «тирания мозга»? Присутствие в сознании труднопереносимого ощущения, от давления которого человеку хочется освободиться через оглушение сознания (снижение порога восприятия). Продолжением этих бесед является цикл «Женщина и мужчина. Одиночество и счастье» (всего 5 бесед).

Знакомство с материалами, призванными помочь человеку преодолеть наркотическую тягу, можно начать с лекций «Через любовь вырваться из замкнутости», «Две доминанты». Затем идут циклы (можно сохранить указанный порядок при прослушивании): «Что делать и как жить?», «Большее и меньшее», «Обращение к полноте».

В цикле «Обращение к полноте» в беседе 1.10 разбирается вопрос о взаимодействии людей с родственниками (и не только), употребляющими алкоголь и наркотики. Люди нередко (часто?) не понимают, как себя вести с родственниками, зависимыми от стремления изменить свое сознание с помощью химического вещества. Распространен вопрос: говорить родственникам что-либо или молчать? Вопрос поставлен в той плоскости, в которой разрешить его невозможно. Этот вопрос показателен, и вот почему.

Пока люди были молоды, пока они учились, осваивали профессию, они были готовы к встрече с новым знанием. Они могли настроить себя на изменение образа жизни, преодоление трудной ситуации. Но с годами (не всегда и не обязательно, но так бывает) поведение людей начинает принимать все более и более шаблонный характер. Развитие, как таковое, останавливается. Какой-то работы относительно осмысления своей жизни проводить не хочется. Тем более, – нет желания что-либо менять в своем жизнеустройстве.

На фоне такого настроения проблема пьющего или принимающего наркотики родственника тоже воспринимается несколько (совсем?) шаблонно. Возникает идея линейного воздействия на родственника. Ставится вопрос: что сделать, чтобы он перестал принимать психоактивное вещество (ПАВ)? В результате люди изо дня в день повторяют с раздражением родственнику несколько шаблонных фраз. На эти фразы родственник реагирует также с раздражением. В качестве реакции с его стороны возможны даже поступки, совершаемые «назло».

Агрессия, направленная в сторону зависимого родственника, порождает агрессию с его стороны. Когда речь заходит о зависимом человеке, то в некоторых случаях заходит речь о человеке, который владеет техникой манипулирования другими. На человека, освоившие базовые техники манипулирования, не действуют уговоры, построенные по принципам того же манипулирования. Попытки давить на психику зависимого человека и попытки манипулировать его поведением не приводят к возможности установлению диалога. Единственный подход, при котором с зависимым человеком можно о чем-то начать договариваться, – это любовь.

Слово, сказанное с любовью и терпением, отсутствие гнева в отношении зависимого – все это лишает его плацдарма для проявления агрессии. Шестерни маховика его агрессивного поведения не могут провернуться, потому что у них попросту нет точки опоры. Но, чтобы суметь сказать что-то с любовью и удержаться от проявления гнева, человек сам должен стремиться к духовной жизни. Если он привык молиться, если он участвует в Таинствах, то колкие слова зависимого родственника не прошивают его насквозь. Он чувствует их так, как можно почувствовать пули, остановленные бронежилетом. Удар ощущается, но сквозного ранения нет, пуля не проходит навылет. Если же человек не молится, то любое колкое слово бьет его словно по оголенным нервам. «Сколько ты будешь надо мной издеваться?» – спрашивает он в истерике у своего пьющего родственника. Но того, вопросы такого рода иногда только подзадоривают. Он видит, что в нем видят «алкаша», а не человека, и платит соответствующим поведением за проявленное к нему презрение. Но если он почувствует, что в нем видят человека, то в нем начинает пробуждаться то лучшее, что есть в его душе.

Чтобы в общении с родственником, употребляющим ПАВ, произошел положительный перелом, человек сам должен начать жить духовной жизнью. Его будни общения с зависимым родственником также должны «высветиться изнутри», в них должна появиться глубина. Должна быть осознана следующая закономерность: «Преодолевая собственный гнев в общении с родственником, я становлюсь более способным к полноценному общению и с другими людьми. А закрывая для него свое сердце, я ожесточаюсь и теряю способность к установлению эмоционального контакта с другими». Ненависть, поселившаяся в сердце в отношении одного человека, заразит своим ядом и остальные части сознания человека. Они начнут окрашиваться цветом ненависти. Тот, чье сердце отравлено ядом ненависти, сумеет ли войти в Жизнь Вечную? Жизнь вечную святые отцы понимали, в том числе, и как предельное раскрытие внутреннего мира человека. Движения, поселившиеся в сердце человека, получат по исходе из условий земного существования бесконечное развитие[7]. Поэтому преодоление ненависти к пьющему или употребляющему наркотики человеку является заданием, результаты выполнения которого имеют значение для всей жизни в целом.

Перелом в общении с родственником, употребляющим ПАВ, может произойти по благодати Божией. Если есть молитва, значит, есть надежда. «Материнская молитва со дна моря достает», – и это не пустыне слова, что явственно показывает пример блаженной Моники – матери блаженного Августина. Если есть молитва, то в ситуации, нерешаемой по суждению человеческому, начинают происходить какие-то положительные сдвиги. Словно в глухой стене открывается дверь.

Чтобы выйти из тупика человек должен начать молиться, вдумываться в ситуацию, читать, советоваться. Приобретая знания по поводу решения интересующей его проблемы, человек пытается применить их на практике. После применения знаний на практике он оценивает результаты своих действий, вносит корректировки в свои взгляды на возможные пути выхода из затруднения. Он развивает перспективные направления и отказывается от неперспективных.

Как выстраивать взаимодействие с родственником, употребляющим ПАВ? Этот вопрос равносилен вопросу: как боксеру вести себя на ринге? Ответ боксеру таков: тренируйся, совершенствуйся, вырабатывай навыки. На ринге эти навыки будут работать на тебя, и ты поймешь, что тебе делать, ты сумеешь сориентироваться в ситуации.

Мысли, изложенные в беседе 1.10, могут быть дополнены мыслями, изложенными в беседах о воспитании и принципах общения с трудными людьми. Есть некоторые принципы общения, следование которым облегчает возможность установления контактов с людьми. В данный раздел входит 3 беседы: «Беседа с сотрудниками центра свт. Василия о принципах общения с трудными подростками», «Бесполезно ли воспитание?» и «Беседа с родителями и родственниками трудных подростков». Некоторые мысли насчет вхождения членов семьи в зависимое поведение и взаимодействия с ними содержатся в беседах с 15 по 17 («Наркотики и семья) цикла «Познать свое призвание и следовать ему».

Указанные беседы находятся в органическом родстве с рядом ответов, помещенных на сайте Соловецкого монастыря в разделе «Пастырская страничка», а подразделе «Ответы пастыря». По ключевым словам «Пьянство» и «Наркомания» можно найти ответы, данные насчет выстраивания отношений с родственниками, употребляющими ПАВ.

Если в предельно сжатой форме еще что-то добавить к сказанному, то отметить можно два момента. 1) Наше состояние передается другим, чувствуется ими. Если в сердце живет ненависть к зависимому человеку, то он не откликнется на наш призыв. Некоторые мысли насчет преодоления гнева приводятся в цикле «Обращение к полноте», в беседе 1.4. 2) Нужно разжать кольцо из однообразных изматывающих мыслей типа: «Как он может так со мной обращаться?», «Почему он наконец-то не бросит пить?». Как только подобные мысли приходят на ум и начинают свою изматывающую работу, то нужно изо всех сил пытаться не входить умом в рассмотрение их. Своими силами противостоять натиску гипнотических разрушительных мыслей возможно ли? Здесь выход – зафиксировать свой ум на словах молитвы. Тогда Сам Господь поможет сохранить душевное равновесие. Стоит же лишь остановиться вниманием на тревожных мыслях, как смущение входит в сердце. За смущением – гнев в отношении родственника. За гневом нередко следует ссора. Ссоры, происходящие ежедневно, создают ощущение пребывания в аду, рождается чувство безысходности. Если же человеку удастся прикоснуться к душевному миру, то само наличие этого состояния начнет многому учить. Начал человек что-то говорить с раздражением, как вдруг чувствует, что мир души отходит от него. Такое положение дел как бы говорит: «Будь осторожен, в данный момент ты делаешь что-то неправильно». Если к этой подсказке прислушаться, конфликта может и не произойти. Если же человек находится в состоянии мысленного «загона», то к подсказкам такого рода он может со всеми вытекающими отсюда последствиями и не прислушаться.

В каком-то смысле в этой точке пути зависимых и их родственников сходятся. И те и эти, как в прямом, так и в переносном смысле, начинают сходить с ума, попав в кольцо из ложных мыслей. Вот пример такого кольца: «Чтобы работать и зарабатывать деньги, мне нужна машина. Машина сломана, чтобы ее починить, нужны деньги. А чтобы заработать деньги, мне нужна машина» (у родственника подобное кольцо: «Чтобы быть счастливым, я должен иметь возможность быть спокойным. Я не могу быть спокойным, так как рядом со мной постоянно находится пьющий человек. Он не хочет бросать пить, поэтому я не могу быть счастливым»). Человек, попавший с состояние мысленного «загона» теряется в этом кольце, как персонаж фольклора – в трех соснах. Сутками он крутит и крутит одни и те же мысли по кругу. Постепенно он чувствует, как в его голове начинает, образно выражаясь, закипать серое вещество. Не видя выхода из создавшегося положения, он решается воспользоваться старым проверенным способом отключения сознания – он напивается (родственник же срывается «на истерику»).

Такое положение дел может показаться смешным. Но лишь тому, кто в нем не находился. Когда теряется душевный мир, теряется способность видеть очевидное. Например, то, что на планете Земля есть различные способы заработать себе на дневное пропитание. И не все эти способы связаны с вождением автотранспорта (в случае с родственником: состояние душевного мира может быть достигнуто и при наличии неблагоприятных факторов, как то показал опыт новомучеников и исповедников российских; в годы гонений на Церковь они прошли через тюрьмы и ссылки, сохраняя присутствие духа, самим делом показывая неложность обетования Спасителя – «радости вашей никто не отнимет у вас» (Ин 16–22).

О том, как человек попадает в кольцо ложных мыслей, рассказывается в цикле «Обращение к полноте», в разделе 4. Не повторяя изложенного в нескольких беседах четвертого раздела, хочется напоследок отметить следующее.

Если бы человек в течение жизни воспитывал бы в себе способность понять ближнего, то и в критическую минуту «загона» он имел бы больше шансов подметить скрывшееся из поля зрения. Вслушиваясь в ближних, стремясь к деятельной любви по отношении к ним, человек не только приходит к радости социального общения. Он формирует в себе новую доминанту, которая способна потягаться и потягаться успешно с доминантой паталогической. Любовь здесь понимается не столько как эмоция, сколько деятельная устремленность внимания к Другому. Этого Другого православный ученый – академик Ухтомский понимал, как личность, пришедшую в историю, чтобы никогда и никем более не повториться[8].

От личности другого человека нас часто отделяют наши представления о нем. Мы видим свои концепции, но часто не видим самого ближнего. Наши концепции отделяют нас от него словно стеной. Любовь, внимание к нему, попытка войти в его положение с Божией помощью помогают нам оторваться от собственных концепций и увидеть его. Если мы его увидим, не как «бомжа» и «алкоголика», а как человека, то тогда открывается и возможность диалога с ним. Но чтобы вести диалог, мы сами должны быть причастны состоянию внутреннего мира. Если же не так, то вместо диалога опять произойдет срыв «на эмоции». Помочь ближнему, пьющему или употребляющему наркотики, родственники могут только тогда, когда имеют мир в сердце (см. «Беседу с родителями и родственниками трудных подростков»).

[1] Выражения заимствованы из сочинения Ивана Ильина «Будни» (см. книгу «Я вглядываюсь в жизнь. Книга раздумий»).

[2] См. главу 14 «О вырождении религиозного опыта» из книги И. А. Ильина «Аксиомы религиозного опыта».

[3] Иван Ильин. «Будни».

[4] На этот счет, см., например: «Самотрансценденция как человеческий феномен» из книги В. Франкла «Воля к смыслу».

[5] См. «Введение. Душевное делание естественно человеку и составляет неотъемлемую принадлежность его» из книги святителя Игнатия (Брянчанинова) «Приношение современному монашеству».

[6] См. раздел «Возмездие» из книги патриарха Сергия (Страгородского) «Православное учение о спасении»; см. книгу Е. Тихомирова «Загробная жизнь или последняя участь человека».

[7] «Проходящий мимо тебя человек дан тебе однажды, чтобы никогда и ничем не замениться и не повториться для тебя» [«Жизнь с человеческим лицом (1923–1924) из сборника творений Ухтомского А.А. «Доминанта. Статьи разных лет. 1887–1939»].

Тип: Соловецкий листок