Прокопий (Пащенко), иером. КОНЦЕПЦИЯ материалов о преодолении ЗАВИСИМОГО ПОВЕДЕНИЯ, подготовленных иеромонахом Прокопием (Пащенко). Ч. 3.11: Сращивание с позицией аддикта

Раздел 20. Инфантилизм и растворение чувства вины. Слом рефлексии

Особая ментальность как фон атомизации общества

В части 3.2 мы говорили о том, что концепция созависимости появилась на фоне определенной ментальности. Эта ментальность уже сама по себе предполагает индивидуализацию людей и их эмоциональную разорванность. И поэтому то, что для общества, например, Соединенных Штатов является обычным делом, для нас обычным делом не является.

Когда российский предприниматель Игорь Ашманов давал интервью писателю Дмитрию Пучкову, он рассказывал о причине, по которой не переехал в Штаты, куда его приглашали как серьезного IT-специалиста. Ашманов сказал, что люди в Штатах, по его мнению, – это даже не атомы, а ионы с содранными оболочками, которые вступают во взаимодействие друг с другом, только когда речь идет о каком-то совместном развлечении.

Однажды мне довелось переписываться с одним знакомым дипломатом на тему этики. Когда я готовил беседы на тему «бирюзовых корпораций», он как раз занимался наймом людей в крупную компанию. Меня интересовал вопрос: действительно ли «бирюзовая компания» – это такой общемировой тренд, который присутствует не только в России? Помимо прочего, этот человек отметил, что самые тяжелые условия для работы – в американских компаниях. Несмотря на то, что со стороны условия работы выглядят очень привлекательно, на самом деле климат тяжелый. Очень высокая конкуренция, очень высокая вероятность того, что ты будешь уволен. Это ни в коем случае не камень в сторону Запада, это лишь штрих к тому, чтобы понимать, на фоне каких условий появилась концепция созависимости, постулирующая сепарацию как единственный возможный выход.

О «бирюзовых компаниях» и том, что за этим термином может скрываться спорные концепции – см. цикл бесед «Современная компании и человек. Бирюзовые корпорации и новая духовность New Age». На основе бесед подготовлен ряд одноименных текстов[1].

И еще пример. Однажды довелось беседовать с молодым человеком, который работал в крупной ИТ-компании[2]. Он рассказал, что до какого-то момента у них даже был термин, сформированный из названия компании[3], то есть особый настрой, предполагающий коммуникабельность, креативность. То есть вроде бы это постулировалось как ценность компании, но ввиду кризисов, локдаунов и прочего что-то поменялось. Прошли массовые увольнения, и при этом людей даже по-человечески не уведомили о том, что они уволены. То есть им просто ночью приходило электронное письмо об увольнении, утром они шли в офис, а электронные ключи не работали. Конечно, люди, долго строившие общество, в котором такие вещи считаются приемлемыми, уже выработали определенные паттерны поведения в ситуациях, когда возникают какие-то трения в отношениях.

«Токсичные люди». Ложный путь избегания

Один из вопросов, ответ на который мы искали в части 3.2, – насколько такие западные методики применимы к нашему обществу, которое развивалось на основе вообще иной ментальности. Здесь можно упомянуть теорию историка Н. Я. Данилевского, который говорил, что основой исторического процесса является цивилизация, и для цивилизации характерен свой взгляд на мироздание.

Для примера рассмотрим некоторые тезисы книги американской писательницы и психолога Шахиды Араби «Токсичные люди. Как защититься от нарциссов, газлайтеров, психопатов и других манипуляторов». Человеку с православным мировоззрением эту книгу будет читать весьма затруднительно, потому что она пронизана идеями, выросшими на почве чуждой нам ментальности. Несмотря на то, что книга позиционируется как некий рецепт самозащиты, на самом деле она предлагает только один механизм – избегание, при этом почти полностью усекая самого человека.

Книга «Токсичные люди» появилась как результат большого количества отзывов на статью Шахиды Араби «20 отвлекающих маневров, с помощью которых нарциссы, социопаты и психопаты манипулируют вами и затыкают вам рот». Сами манипулятивные приемы там были разобраны хорошо. Но проблема состоит в том, что из всех методов защиты предлагался только один – разрыв контакта. То есть если человек делает вот так-то и так-то (перечисляются двадцать маневров), то вы с ним не общайтесь.

Может быть, хорошо, что кто-то эти приемы разобрал, потому что, когда мы о них читаем на бумаге, мы понимаем, что это нам не просто кажется, это не просто наши подозрения, а что действительно есть какая-то проблема, которую надо решать. Но что, если человек, например, вынужден работать в компании, где эти приемы встречаются, например, не в чистом виде, а в усеченном, в каком-то процентном соотношении? Ведь надо как-то продолжать работать, как-то искать с окружающими общий язык.

Из-за того, что статья вызвала такой резонанс, Шахида Араби продолжила развивать свои мысли. И вот, например, свои рекомендации женщинам, которые попали в ловушку нарцисса-психопата, она начинает с утверждения, что женщины так сильно привязываются к нарциссам, потому что те эмоциональные качели, на которые нарцисс их подсаживает, сопровождаются выбросом дофамина, серотонина и окситоцина.

Здесь нужно отвлечься на предупреждение, которое профессор Роберт Хаэр, канадский психолог, специалист по психопатическим расстройствам, сделал в своей книге «Лишенные совести. Пугающий мир психопатов». Он отметил, что писал эту книгу не для того, чтобы читатели ставили диагнозы, потому что постановка диагноза – это вопрос трудоемкий. Существует определенная форма тестирования, и если неподготовленные люди начнут ставить диагнозы, то может случиться очень неприятная ситуация, например, следующего рода. Человек не является психопатом, но вы решаете, что он психопат, и начинаете вести себя с ним соответственно. И он, видя ваше странное специфическое отношение, начинает вести себя согласно вашему предубеждению. Получается, что вы начинаете провоцировать его вести себя как психопат, думая, что он психопат, хотя, может быть, если бы вы не ставили диагноза, а смотрели бы на него просто как на обычного человека, какой-то конструктивный контакт и был бы найден.

Сводится ли человек к нейромедиаторному обмену?

Вернемся к Шахиде Араби и ее советам женщинам, пытающимся выйти из отношений с «нарциссом-психопатом». Говоря о эмоциональных качелях и выработке определенных гормонов в мозгу, автор все сводит к проблеме нейробиологии, а это популярная тема, которая нередко поднимается в литературе по зависимостям. Но сводить всю проблематику человека только к нейромедиаторному обмену – это очень спорный подход.

Один знакомый нейробиолог поделился со мной двумя статьями: на тему мужского сексуального поведения и женского сексуального поведения. Действительно, в обеих статьях исследователи отмечают действие определенных нейромедиаторов, но сам процесс представляется очень сложным. В частности, автор статьи о женском сексуальном поведении отмечает, что при исследованиях нужно учитывать в том числе и социальные факторы: кто вообще доказал связь между состоянием женщины, которая оказывается в ловушке у нарцисса с какими-то аномальными скачками данных нейромедиаторных обменов?

Итак, Шахида Араби считает, что эмоциональные качели, которые устраивает женщине нарцисс-психопат, – это то, что женщину привязывает, потому что они сопровождаются выбросом в мозгу определенных веществ. Но если человека бьют сапогом в лицо, то списывать все на действие веществ – это ли не опрометчиво?

В чем вообще задача дофамина? Это положительное подкрепление. То есть если человек сделал что-то полезное, что признается полезным в рамках его системы ценностей, то это действие может сопровождаться выбросом дофамина. Но если человек в рамках своей системы ценностей признает полезным играть, то, когда он сидит за компьютером, у него также происходит выброс дофамина. Но если, например, сказать человеку, что за каждую игру он проведет год рабом на какой-нибудь нелегальной стройке, будет ли у него выбрасываться дофамин? Вряд ли, потому что возможность быть в безопасности – это, наверное, более серьезная ценность, чем желание провести время в игре. Поэтому, когда люди говорят о влиянии дофамина, почему-то за скобки выносится та система представлений, которая имеется у человека.

Текст «Депрессия и выход из неё».

Или другой пример. Если не принимать во внимание какое-то высшее измерение жизни, включающее божественное призвание, то есть смотреть на человека с точки зрения биологии, то можно сказать, что основная, базовая задача женщины – это родить ребенка. Даже если современная либеральная повестка и отрицает эту задачу женщины, то ее биология все равно остается настроенной на деторождение. И если женщина обильно употребляет алкоголь, курит, что негативно сказывается на ее детородных возможностях, если у нее в 16 лет было уже больше 10 мужчин (а московский акушер-гинеколог Роман Гетманов делился наблюдениями, что если у женщины было больше 10 мужчин, то у нее повышается риск бесплодия), то будет ли ее организм подкреплять дофамином такой образ жизни? Можно предположить, что организм будет всеми доступными средствами свидетельствовать ей, что что-то в жизни происходит не то, и поэтому может возникнуть депрессия.

И действительно, может быть, такому человеку кто-то и скажет, что у него ноль дофамина, потому что он идет в принципе не туда. Но в то же время, где та норма дофамина, от которой мы могли бы отталкиваться? Есть люди флегматичные в силу своей конституции. У них, может быть, нет каких-то больших всплесков радости, но у них другая история: они могут сидеть, например, в библиотеке, и их может полностью удовлетворять этот мир книг. Им не нужны прыжки с парашютом, не нужны сплавы по горным рекам, и тогда объяснение Шахиды Араби по поводу эмоциональных качелей к этим людям неприменимо.

Кстати, даже если на секундочку встать на ее точку зрения, то можно добавить еще и кортизол, хотя, конечно, поведение человека представляет из себя гораздо более сложную систему, чем система, которая регулируется только одним нейромедиатором. Например, мы можем предположить, что хулиганские типы мужчин женщинам могут нравиться на фоне большого уныния, потому что, когда такой хулиганский типаж вторгается в мир женщины, подверженной унынию, он вносит в этот мир какое-то разнообразие. Но, опять же, надо разбираться, почему она вошла в уныние.

В части 3.2 мы вспоминали Екатерину Ивановну из романа Достоевского «Братья Карамазовы», где о ней было сказано, что это «великого гнева женщина». Мы можем предположить, что она была достаточно одинока, потому что в «великого гнева» женщине трудно допустить способность к какой-то дружбе. Хотя она восклицала, мол, как Митя не понимает, что она для него друг[4], а Иван Карамазов замечал, что Митя ей таким и нужен. То есть он ей изменял, общался с другими женщинами, в общем, вел себя эпатажно. Но, возможно, у Екатерины Ивановны вследствие контакта с Митей, видимо, появились какие-то жизненные содержания, которые уже можно было обдумывать, обсуждать и которыми можно было питаться.

«Вы именно любите его таким, – сказал Иван Карамазов Екатерине Ивановне о Мите, – каким он есть, вас оскорбляющим его любите. Если б он исправился, вы его тотчас забросили бы и разлюбили вовсе. Но вам он нужен, чтобы созерцать беспрерывно ваш подвиг верности и упрекать его в неверности. И все это от вашей гордости. О, тут много принижения и унижения, но все это от гордости…»

Пользуясь случаем, здесь можно привести часть монолога Екатерины Ивановны, в котором отчетливо описано то, что пытаются выразить авторы концепции созависимости. Речь идет не о заботе, а о надрыве, о некоем, как можно предположить, ментальном идоле, который Екатерина Ивановна сама в себе придумала. И речь даже не о том, что Митя стал такими идолом, идолом стали, как можно предположить на основании текста романа, созерцание собственных переживаний специфического плана.

Примечательно, что подобные переживания некоторые сторонники концепции созависимости идентифицируют как заботу. Возникает ощущение, что отказ от культурного пласта, наработанного культурой и верой, и ориентация исключительно на психологические модели формирует неспособность отличить подлинную заботу от гордости, которая прикрывается заботой.

Гордость, как отмечает Достоевский устами своих персонажей, стояла за фейерверком эмоций, которыми Екатерина Ивановна блистала в сторону Мити. «Она свою добродетель любит, а не меня»[5], – сказал в отношении Екатерины Ивановны сам Митя. «Дмитрия надрывом любите… внеправду любите… потому что уверили себя так…»[6], – так высказал свою точку зрения Алеша в лицо самой Екатерине Ивановны.

А вот, что она сама говорит о себе: «…мне сердце сказывает про это непреодолимое чувство, и оно непреодолимо влечет меня. Все, впрочем, в двух словах, я уже решилась: если даже он и женится на той… твари, – начала она торжественно, – которой я никогда, никогда простить не могу, то я все-таки не оставлю его! От этих пор я уже никогда, никогда не оставлю его! – произнесла она с каким-то надрывом какого-то бледного вымученного восторга. – То есть не то чтоб я таскалась за ним, попадалась ему поминутно на глаза, мучила его – о нет, я уеду в другой город, куда хотите, но я всю жизнь, всю жизнь мою буду следить за ним не уставая. Когда же он станет с тою несчастен, а это непременно и сейчас же будет, то пусть придет ко мне, и он встретит друга, сестру… Только сестру, конечно, и это навеки так, но он убедится, наконец, что эта сестра действительно сестра его, любящая и всю жизнь ему пожертвовавшая. Я добьюсь того, я настою на том, что наконец он узнает меня и будет передавать мне все, не стыдясь! – воскликнула она как бы в исступлении. – Я буду богом его, которому он будет молиться, – и это по меньшей мере он должен мне за измену свою и за то, что я перенесла чрез него вчера. И пусть же он видит во всю жизнь свою, что я всю жизнь мою буду верна ему и моему данному ему раз слову, несмотря на то, что он был неверен и изменил. Я буду… Я обращусь лишь в средство для его счастия (или как это сказать), в инструмент, в машину для его счастия, и это на всю жизнь, на всю жизнь, и чтоб он видел это впредь всю жизнь свою! Вот все мое решение! Иван Федорович в высшей степени одобряет меня».

Иван же Федорович считал, что не был ей другом «ни разу, ни одного дня». Он говорил, что «гордая женщина» не нуждалась в его дружбе. Она держала его при себе, по его мнению, только для мщения за те оскорбления, которые она сносила от Дмитрия. И самая первая их встреча осталась у ней на сердце как оскорбление. «Вот каково ее сердце!» Иван только и делал, что выслушивал о ее любви к Мите.

В отношении патетики Екатерины Ивановны можно указать на одно из писем святителя Игнатия (Брянчанинова), в котором точно описана, как нынче модно говорить, «структура чувств» Екатерины Ивановны, в частности. И сам феномен так называемого созависимого поведении, в общем. Как об этом письме, так и о том, какими образом то поведение, которое обозначается как созависимое, связано с гордостью рассказывается в статье автора «О развитии монашества, о теории “созависимости” и о прочих психологических подходах к решению личностных проблем».

В письме святителя описываются те грани созависимых отношений, которые характеризуются навязчивым желанием одного человека контролировать поведение другого человека. Письмо, о котором идет речь, адресовано «брату, занимающемуся умной молитвой» и начинается со слов «Первое письмо твое от 7-го сентября я получил». Корень разрушительного воздействия – собственная эгоцентричность. Этот брат, пытаясь спасти другого, забыл, что есть Промысл Божий. Больное сердце брата представило ему «Бога покинувшим бразды Ему Единому принадлежащие». Исцелить болезненные отношения с N. святитель советовал брату с помощью часто повторяемой молитвы: «Господи! N., которого я думал так любить, думал так уважать, – называл, обманываясь, моим, – Твой, Твое создание» (и далее по тексту).

О том, почему женщина может нуждаться в навязчивом стремлении контролировать поведение мужчины, который ее унизил, некоторые мысли приводятся в другой статье автора – «Кто любит, тот любим». Дело в том, что при погружении в уныние (а от погружения в унынии гордый человек вряд ли сможет защититься) за проблеск жизни воспринимается любая эмоция. Даже – воспринятая в результате унижения. На фоне внутреннего ощущения омертвения такая эмоция воспринимается как то, за что надо цепляться, а также – как то, за что надо сражаться. Иначе чувствовать и иначе жить гордому человеку трудно, ведь чтобы найти альтернативу, необходимо сделать шаг в сторону другого. Тогда появляется основании для преодоления ощущения внутреннего омертвения и скуки, мир обретает глубину. Становятся доступными иные переживания, о чем рассказывается в тексте автора «Преодоление игрового механизма», в части первой «Игра и стимуляция».

В тексте приводятся размышления из одного работы по аддиктологии в отношении вопроса: почему аддикты, стремясь получить удовольствие, идут на риск и тратят много денег? Ответ заключается в том, что для аддиктов аддиктивная деятельность является единственным гарантированным способом получения удовольствия. Аддикты – одиноки несмотря на то, что могут производить впечатление открытых, наполненных оптимизмом людей. «Им несвойственна глубокая привязанность, проявление участия и сопереживания», «их качественный мир беден, скуден и маловыразителен». Они лишены способности доверять окружающим и не ждут от завтрашнего дня ничего хорошего. «Они знают, что завтра им будет так же плохо, как сегодня, т.к. завтра они будут так же одиноки»[7].

И если эти размышления приложимы к Екатерине Ивановне и ей подобным, то становится очевидной дискуссионность предлагаемой зарубежным автором стратегии. Шахида Араби предлагает не столько какое-то осмысление того образа жизни, в результате которого женщина пришла к аномальным отношениям, а поиск альтернативного возбуждения. То есть вопрос осмысления как будто просто выносится за скобки и вместо него предлагается поиск альтернативного возбуждения, а также выстраивание границ, которые женщину отделили бы от людей того типа, что приносит ей какое-то унижение. И возникает ощущение некой цикличности: если собственное поведение, которое привело к аномальным отношениям, не было осмыслено, но человек пытается выйти из этих аномальных отношений через альтернативное возбуждение, то мы можем предположить, что он опять придет к какому-то яркому переживанию, на которое подтолкнет его какой-нибудь очередной так называемый нарцисс или зависимый.

См. ответ «Любовная зависимость. Девушке, у которой все начало сыпаться» (в ответе указаны иные материалы по теме). А также цикл бесед «Любовная зависимость».

Преодолеть инфантильность

И здесь первое, с чем должен решаться вопрос, – это инфантильность. Пример такой инфантильности мы видим в фильме «Формула любви» (СССР, 1984), во фразе, ставшей крылатой: «Хочешь большой и чистой любви? Приходи на сеновал». Но у героини фильма хватает ума рассказать все кузнецу, и она решает прийти на сеновал вместе с ним. Все-таки человек преодолевает инфантильность, когда у него появляется христианское достоинство. Но, конечно, не то достоинство, которое проявляется в чопорности. По мысли Н. О. Лосского, христианское достоинство – это несводимость человека к импульсам, поступающим из окружающей среды и из его внутреннего мира. Например, в мозг передаются импульсы голода, но это не значит, что мы теперь должны становиться зверями.

Один человек, который в прошлом употреблял психоактивные вещества и был скорее тем, от кого Шахида Араби пытается защитить своих читательниц, после серьезного жизненного кризиса все-таки пришел к переосмыслению своей жизни. Он отказался от своего психопатического стиля поведения, перестал издеваться над людьми, использовать их, манипулировать ими. Он начал жить по евангельским заповедям и даже стал своего рода миссионером среди друзей. Некоторые его друзья остались в сфере тех увлечений, в которые он тоже раньше был погружен. И вот, один товарищ как-то поделился с ним, что на день рождения его друзья подарили ему абонемент в публичный дом. Тогда первый, изменившийся, человек ему сказал: «Ну что, тебя мама для этого, что ли, родила?» Эти слова так растрогали товарища, что у него даже навернулись слезы. Он сказал: «Нет, не для этого меня мама родила», и как-то пересмотрел свою позицию.

Когда у человека появляется какая-то картина мира, понимание его жизненного пути, он вырастает из своих детских штанишек, преодолевает инфантильность. Даже если вспомнить о дофамине, то можно сказать, что когда мы духовно и культурно обогащаемся, то на уровне физиологии мы развиваем кору головного мозга. И даже если дело действительно было в дофамине – хотя дело не только в нем – то все равно можно говорить о том, что могут перестраиваться пути передачи дофамина. Но каким образом?

В книге преподобного аввы Дорофея «Душеполезные поучения» рассказывается, что было время, когда у него не было любви к чтению. Когда нужно было прикоснуться к книге, авва Дорофей чувствовал себя как человек, который должен прикоснуться к дикому зверю. Но постепенно, понуждая себя к чтению, он приобрел к нему такой навык, что от сладости чтения стал забывать даже о еде. То есть, по сути, доминанта любви к чтению стала тормозить даже базовую потребность в питании. Он ел то, что товарищ готовил для него, но при этом даже не отвлекался от книги.

На ум также приходят кадры из фильма «Операция Ы и другие приключения Шурика», та трилогия, в которой была серия «Наваждение». Студенты Шурик и Нина готовятся к экзамену и читают конспект лекций – и они едят, ходят, не отрываясь от чтения.

Итак, авва Дорофей чувствовал сладость чтения. Можно предположить, что эта сладость, помимо реализации какого-то духовного аспекта, тоже сопровождалась выработкой дофамина. Здесь также можно в качестве примера привести персонажа одного фильма, который когда-то был таким разбитным итальянским сердцеедом. По сюжету он знакомится с главной героиней в некоем доме отдыха и буквально сразу, после первого знакомства, хочет попасть к ней в номер. Но она что-то ему объяснила, закрыла дверь, и эта неудача привела к тому, что он стал многое в своей жизни пересматривать, понял, что он жил как-то неправильно, стал читать, и потом он вышел на связь с этой девушкой, стал писать ей письма и приехал уже к ней другим человеком с серьезными намерениями.

Когда же мы обращаемся к книге Шахиды Араби, то возникает ощущение, что речь идет о ситуации, когда, находясь на инфантильном уровне, девушка входит в какие-то отношения и, оставаясь на этом же уровне, из них пытается выйти. Ей как бы говорят: «Ты хочешь большой и чистой любви? Приходи на сеновал», а она даже кузнеца с собой не берет… Она пытается выйти из болезненных отношений через клубы, через эмоции, даже не пытаясь выбраться на конструктивную плоскость.

Человек продолжает вести себя как маленький ребенок, но не в евангельском контексте «будьте как дети», а в плохом смысле этого слова. Ситуация, когда человек по уму – как ребенок, видится угрожающей. Такой человек ведет себя как маленький ребенок и не ищет причины крена.

Что не так с советом стать волонтером

Какие альтернативные эмоции предлагает Шахида Араби? Она предлагает, например, записаться в волонтерскую организацию. Но если развернуть этот тезис, можно сказать, что не все так просто: чтобы волонтер действительно радовался, реализуя какие-то свои задачи, ему необходимо иметь систему серьезных убеждений или, хоть это и не очень удачная формулировка, человек должен быть очень мотивирован. Когда говорят, что человек мотивирован – это, конечно, очень большое упрощение. Если у него не будет серьезных убеждений, которые помогут ему справиться с трудностями, то он может столкнуться с такой проблемой: он придет весь такой восторженный, с желанием помогать людям, чтобы вырваться из ловушки общения с психопатом, социопатом или нарциссом, а столкнется с грязными бинтами, с кровью.

Есть люди, которые в качестве волонтеров по две недели проводили в госпитале на Донбассе. Они рассказывали, что некогда было даже пообедать: привозят с передовой раненых бойцов в военной форме, у них огнестрельные раны. Задача волонтеров – разрезать ножницами эту одежду, обмыть тела, транспортировать их, кого-то в кресле отвезти на рентген. Один волонтер рассказывал, как он нес мешок с окровавленной одеждой на выброс, и вдруг кто-то вспомнил, что в мешке лежит ступня, и надо было эту ступню найти, чтобы отдельно ее запаковать и отнести в морг… А у него уже настолько не было сил искать эту ступню, что он поставил пакет на землю и пошел спать, потому что эмоционально уже просто не справлялся с ситуацией.

Один священник рассуждал о том, в чем причина выгорания людей, которые работают в социальной сфере. Человек идет в такую сферу, рассчитывая на какие-то духовные дивиденды, но их не получает. Применительно к нашей теме можно привести такой пример: женщина, которая обеспокоена неудачами на личном фронте, хочет как-то компенсировать их ля себя другими эмоциями; она приходит в социальную сферу и думает, что сейчас все кругом будут ее любить и уважать. На деле же она сталкивается с конфликтами между сотрудниками, и плюс никто не пытается ее отблагодарить за то, что она помогает. Ну помогла и помогла.

Истина как альтернатива сильным эмоциям

Как-то мы с миссионером Сергеем Комаровым проводили в Сретенском монастыре беседу о зависимостях. Речь шла в том числе о наркотической зависимости.

Проект «Говорим». Современные зависимости и их преодоление. Иеромонах Прокопий (Пащенко).

Мы говорили о том, что, если человек, который был заточен на употребление наркотиков, будет пытаться уйти от них в область альтернативных эмоций, он не выйдет из этого патологического круга. Он переключится, например, на парашюты, и, прыгая с парашютами и ища адреналина, он все равно постоянно будет вспоминать, что в его жизни были эмоции гораздо более сильные, чем те, которые дают ему прыжки с парашютом. И на каком-то этапе прыжки с парашютом ему надоедят, а в голове будет маячить память о том, что можно еще все вернуть на круги своя. Поэтому важно выйти в ту плоскость, где важны не эмоции сами по себе, а смыслы, Истина.

Человек, обретший истину, приходит к тому, что у некоторых авторов называется эвдемонизмом, – когда человеку доставляют радость не какие-то прямые действия, влекущие за собой эмоции, а смыслы. То есть тот же самый волонтер, который работает по 12 часов без перерыва на обед, если понимает, что он делает нужное дело, то есть если его действия увязаны с его картиной мира, с его ценностями, то, может быть, он и не испытывает того, что кто-то мог бы классифицировать как удовольствие, но он испытывает полное, стопроцентное удовлетворение, можно даже сказать счастье.

Соответственно, вот этот совет найти альтернативную эмоцию в волонтерской деятельности без выстраивания какой-то картины мира, системы ценностей, может не привести человека к тому, что он почувствует себя радостным. Антуан де Сент-Экзюпери, разбирая подобную тему, говорил, что, чтобы почувствовать радость от игры в шахматы, ты должен знать правила, иначе ты просто не сможешь понять, чем занимаются люди, которые играют в шахматы, почему они так сосредоточены? А если ты этого не понимаешь, для тебя единственной возможностью испытать радость становится просто ударить по шахматам ногой или дубинкой. Шахматы разлетятся в разные стороны, и это все, что сможет тебя порадовать.

Выработка окситоцина основана на любви

Концепция Шахиды Араби состоит из следующего: человек привыкает к одному возбуждению, потом пытается компенсировать его другими переживаниями. Действительно, первая часть этого тезиса может быть применена к созависимым людям. Например, человек жил какое-то время в семье, где было очень много эмоциональных скачков, например, все ругались или что-то такое делали совместно, или это была какая-то наркоманская тусовка, где шел постоянный «движ», и человек с детства привык к этому «движу», он выходит из этой тусовки и испытывают скуку.

Одна в прошлом зависмая рассказывала 15 причин, по которым зависимые люди употребляют наркотики. Среди прочего она упомянула, что, когда она была в наркоманской тусовке, она чувствовала себя как бы внутри маленькой вселенной, в которой всегда что-то происходило. И теперь она, выйдя из этой тусовки, скучает по этому движению.

Про 15 причин, в связи к которыми происходит обращение к аддикции.

Беседа 10. «Что люди ищут в игре и в наркотиках? Разбор пятнадцати причин. Желание закрыть глаза, избавиться от страха, одиночества. Серость жизни, бессмысленность существования».
Беседа 11. «Что ищут в игре и в наркотиках. 15 причин. О страхе».

Шахида Араби предлагает компенсировать нехватку окситоцина поглаживанием собаки. Этот совет нас сразу подводит к мысли, что более-менее порадоваться, когда ты гладишь собаку, можно только тогда, когда тебя с этой собакой что-то связывает. Здесь можно вспомнить историю, рассказанную Экзюпери в сказке «Маленький принц». На планете принца была роза, с которой его что-то связывало. Когда он прилетел на Землю, он увидел огромное количество точно таких же роз, с которыми при этом его ничего не связывало.

Действительно, если вникать в истории людей, можно увидеть, что и собаки, и контакты со старыми друзьями помогают людям. В частности, Достоевский в своих воспоминаниях «Записки из мертвого дома» рассказывал, как он жил в заключении, и собака помогала ему оставаться человеком. Мне доводилось общаться с заключенным, который рассказывал, что, когда он понял, что стал совсем ожесточаться, он попросил достать ему на зоне котенка, чтобы он мог за ним ухаживать. Также я знал одного бойца спецподразделения, который в 90-е ушел в криминал, и, когда он понял, что уже совсем падает на дно, он тоже достал собаку, стал с ней заниматься, дрессировать, и у него появился повод уходить с пьянок, с гулянок, потому что надо было выгуливать собаку.

Но эти и другие подобные истории показывают, что речь идет не о том, что человек просто гладит случайную собаку, а о том, что он вступает с ней в какие-то отношения, сопереживает ей. Только тогда эти отношения начинают его выводить из состояния эмоционального оцепенения. То есть, чтобы выйти из эмоционального оцепенения, он должен эту собаку полюбить.

У Экзюпери была такая история с Лисом. К маленькому принцу обратился Лис и сказал, что на данный момент их ничего не связывает, но, чтобы у них появилась какая-то связь, маленький принц должен его приручить. Он должен был приходить каждый день в одно и то же время и садиться с каждым разом все ближе к Лису, чтобы он привык к нему… И потом, когда маленький принц прощался с Лисом, тот плакал. Но Лис объяснял, что слезы – это не плохо, а то, что им тяжело прощаться, значит, что между ними появилась любовь.

То, что предлагает Шахида Араби, а именно использовать собаку просто как агрегатор для выработки окситоцина, очень напоминает то, что пытались делать члены общины Миллбрук, которую создал Тимоти Лири. Вместе со своими единомышленниками он был озабочен идеей преодоления принтингов – неких социальных отпечатков, нанесенных на человека. Члены общины Миллбрук экспериментировали и пытались преодолеть эти социальные обусловленности. Например, у них не было устойчивых пар. Они пытались делать яичницу из яиц черного цвета, то есть постоянно вводить себя в состояние недоумения, шока. В том числе у них были какие-то сексуальные эксперименты. Еще они экспериментировали с детьми, то есть приводили детей в общину. У них была идея, что, если они будут нянчиться с детьми, они смогут абстрагироваться от своих шаблонных моделей поведения, но это не сработало. Почему? Потому что дети воспринимались как агрегаты, как механизмы.

Норман Дойдж в своей книге «Пластичность мозга»[8] отмечал, что, когда отношения между мужчиной и женщиной действительно основаны на любви, ведущей к рождению детей, то окситоцин помогает им перестроить уже устоявшиеся в мозгу связи. То есть, например, если бы какой-то холостяк со своими закосневшими привычками вступил бы в брак и у него родился бы ребенок, то ребенок рос бы без папы, потому что тот не отказался от своих привычек. И поэтому, по мнению Нормана Дойджа, окситоцин, который ассоциируется у людей с чувством любви, помогает перестроить имеющиеся в сознании связи, чтобы этот закосневший холостяк смог бы достаточно быстро изменить свои привычки.

Подробнее см. в главе «Ядро травматического опыта и его растворение» из части 2.2 текста «Преодоление травматического опыта: христианские и психологические аспекты».

Так же и с девушками. Старец Паисий говорил, мол, была вот капризная девочка, девушка, но с рождением ребенка у нее полностью изменился образ жизни, и она не видит в этом проблемы, она даже счастлива, когда ночью приходится вставать, чтобы ухаживать за ребенком, потому что она его любит.

Но если любви нет, то не факт, что эта перестройка будет происходить.

От инфантильности – к зрелости

От темы инфантильности можно перейти к теме зрелости. Ведь, если вдуматься, мы не столько учим человека переключаться на результативные эмоции, сколько формируем его личность, помогаем ему стать зрелым. И тогда человек выходит на ту плоскость жизни, где для него эмоции, которые раньше имели значение, перестают быть какими-то триггерами.

Например, тот самый человек, который пришел в православие из хулиганского образа жизни, раньше имел много свободных отношений с женщинами. Но, когда он стал христианином, он понял, что грех – это реальность и что, совершая грех, ты теряешь ту связь с Богом, которая помогала тебе чувствовать полноту жизни. И, соответственно, вот эта реальность греха, этот опыт обретения и потери божественной благодати – помогли ему перестроить свои отношения с женщинами. Он решил так: либо у него будет настоящий брак, либо не будет никаких связей вообще. И действительно, несколько лет он не вступал ни с кем в отношения, даже взял для себя за правило те слова, которые высказывал протоиерей Валериан Кречетов: не приходить в дом к той девушке, на которой он не собираешься жениться. И поэтому этот молодой человек даже не развивал отношений с девушкой, если он заранее понимал, что не будет на ней жениться, – зачем тогда вводить себя в соблазн.

И когда, как уже было сказано, человек обогащается духовно-культурно, у него возникают, если говорить даже просто о биологии, какие-то новые связи, происходит положительное подкрепление. И тогда он начинает испытывать удовлетворение даже от тех дел, которые внешне выглядят неприглядно, и инфантилизм уходит.

При инфантилизме вещи воспринимаются сами по себе. Человек видит, например, красивую девушку, вступает с ней в какое-то взаимодействие, не думая о последствиях ни для себя, ни для нее. Или видит что-то красивое – взял, съел, а что это такое и как оно повлияет на жизнь, он не думает, как произошло с Евой. Увидела, что плод красив и годен к употреблению, и съела. Человек на этом инфантильном уровне так же приходит и к наркотикам. Ну, употребил, тебя «штырит», тебе прикольно, а что дальше будет – неважно. А дальше – конкретная зависимость.

Если человек не приходит к зрелости, а остается на инфантильном уровне, но при этом ищет компенсацию в альтернативных переживаниях, то возникает риск перехода в секты, потому что как раз там хорошо отработаны методики формирования эйфории на том инфантильном уровне, на котором человек находится. Такие же методики – например, по удержанию работников – сформированы и в современных компаниях.

Психологические методики сект по формированию эйфории и удержанию людей

Люди, которые вышли из сект, рассказывают, что очень большое влияние на них оказал так называемый «конгресс» – мероприятие, во время которого ты оказываешься на стадионе, где находится несколько тысяч членов этой секты. Все хорошо одеты, все друг другу улыбаются, друг друга любят, и тебя просто накатывает волна эйфории. Ты видишь, что вот есть такие счастливые люди, и тебе хочется подражать им. Ты можешь даже понимать, что их взгляды странные, чуждые тебе, но, видя, насколько они все друг друга любят, ты готов менять свое мировоззрение, заниматься реформированием собственного мышления, чтобы в своем мышлении оказаться таким же, как они.

В чем еще состоит сектантский принцип? Чем отличается сектантский принцип радости от той радости, которую человек находит в православии? В православии человек испытывает радость от того, что он на самом деле находится в общении с Богом, что у него действительно, реально восстанавливаются связи с окружающими. В сектантском же варианте человек надумывает что-то в своем воображении, ставит себя на какой-то пьедестал, пытается убедить себя, что он достиг этого и этого.

Такие убеждения могут быть поддерживаемы при условии, что человек общается с себе подобными, находится в какой-то группе. Потому что вне группы постоянно убеждать себя в чем-то ложном очень трудно, если вообще возможно, потому что окружающая реальность постоянно разбивает твои фантазии. Но если человек находится в группе, в постоянном взаимодействии с людьми, которые точно так же, как и он, пытаются искусственно конструировать эти эмоциональные состояния, то они друг друга индуцируют этими переживаниями.

Может быть, следующая цитата одного анонимного созависимого покажется не очень уместной, но она – примерно о том переключении, о котором мы говорили выше: «Каким бы травмирующим ни показалось ваше прошлое или безнадежным ваше настоящее, в программе Анонимных Созависимых есть надежда на новый день. Вам больше не надо полагаться на других как на силу, более могущественную, чем ваша. Вместо этого здесь вы обретете новую внутреннюю силу быть таким, каким задумал вас Бог, – Любимым и Свободным». Примечательно, кстати, что если человек не религиозен, то в качестве высшей силы, более могущественной, чем он, он может принять группу. То есть, может быть, эту фразу и нельзя использовать как полноценный комментарий на тему переключений, но в то же время смысл ее таков: вам больше не надо полагаться на других людей как на силу более могущественную, чем ваша. Но в группе вы обретете то, на что можете положиться как на силу, более могущественную, чем вы.

Ростислав Прокопишин – автор, который изучает кризисные состояния и манипулятивные технологии, используемые в том числе сектами, на канале «Точка Опоры» в контексте беседы с бывшими саентологами отмечал, что человек воспринимает движение по схеме, сходной с сектантской, за свои реальные достижения[9]. Это важно понимать, потому что один автор, изучающий действие программы 12 шагов, как раз говорил, что люди в рамках программы делятся не настоящими методами взаимодействия с реальностью, а своим прохождением шагов, то есть своим движением в рамках той системы, которая сконструирована в этом сообществе. «Каждый член культового сообщества делится своим лучшим видением мира, исходя из своей проработки шагов, а не результата трезвой жизни в обществе»[10].

Почему опасно отказываться от чувства вины

Также, если человек остается на инфантильном уровне, у него возникает специфическое отношение к чувству вины. Тема вины и тема 12-шаговой программы – это отдельные глубокие, поэтому здесь мы не будем их сильно расширять. В частности, эта концепция болезни, которая сводится только к идее нейромедиаторного обмена, создает как раз такое впечатление, что призывает человека растворить в себе чувство вины. Мол, это не ты пьешь, а это болезнь пьет за тебя.

В обществе «анонимных» существует сборник, можно сказать, сентенций, в котором постулируются некоторые принципы отношения к ошибкам прошлого. Идея этих сентенций в том, что никаких ошибок в прошлом не было, потому что в прошлом (говорится от имени первого лица), мол, я исходила из лучшего[11]. И здесь уже есть некоторая неправда, потому что такой формулировкой люди пытаются снивелировать чувство вины. Можно предположить, что в рамках 12-шаговой программы чувство вины является объектом уничтожения, хотя по идее чувство вины нужно для того, чтобы толкать нас к переменам к лучшему. То есть чувство вины, по идеям программы, растворяется убежденностью в том, что в прошлом мы исходили из лучшего, поэтому не надо сейчас испытывать вину.

Иногда действительно бывает так, что, например, нам нужно совершить какой-то поступок, и мы взвесили его, все варианты со всех сторон, и советовались, и вникали, и читали, и молились, и в результате стороннего анализа мы предприняли ряд осторожных шагов, и все равно так сложилось, что кто-то пострадал. Но нужно понимать, что в таких ситуациях наша совесть все равно знает, что мы старались сделать все максимально с лучшей стороны.

Еще один пример. Однажды авве Дорофею была поручена забота о братии обители в монастырской больнице. Он спрашивал наставника, как быть, если, например, ты дал тому или иному брату врачебное средство, а состояние его после этого ухудшилось. Наставник сказал, что если ты действительно старался помочь человеку, а врачебное средство подействовало иначе, то в этом твоей вины нет. Но если тебя кто-то предупреждал, что есть другое, лучшее средство, а ты не обратил внимания на совет и поступил по-своему – то это уже твоя вина, потому что ты не прислушался по гордости.

Положа руку на сердце, мы не можем сказать, что чаще всего поступаем вот так взвешенно. Огромное количество решений в нашей жизни принимается на скорую руку, мы бежим по жизни, нам некогда вникать, или не всегда есть желание вникать. То есть мы не всегда находимся на высоте, когда принимаем какие-то решения.

Например, в книге «Шантарам» описывалась ситуация, когда произошла трагедия, потому что человек был нечутким к тому, что происходит. А ситуация была как раз близкая к теме зависимости-созависимости. В районе Дхарави (это нищенский квартал в Бомбее), где происходила большая часть описанных событий, один мужчина пил. И он уговорил свою супругу продать почку, убедив ее, что, если она это сделает, он откроет какое-то заведение, пойдет прибыль, и он будет о ней заботиться, и эта прибыль поможет им обоим. Она послушала, продала почку, и он на эти деньги стал пить. И тогда брат этой женщины убил мужчину, затем добровольно заявил на себя в полицию и попал в тюрьму. Сам же рассказчик, от имени которого ведется повествование, Шантарам, сам был когда-то в этой тюрьме, и он знал, что там – полный ужас. Он хотел выкупить из тюрьмы брата той женщины, но тот отказывался, потому что он правда хотел понести наказание за совершенное им убийство.

И Шантарама это жгло. Почему? Потому что до убийства этот мужчина, брат той женщины, хотел поговорить с Шантарамом, но так сложилось, что Шантарам, работая на мафию, разбогател, и ему тогда показалось, что этот человек просто хочет денег. Шантарам попытался поговорить по-быстрому, мол, хочешь денег – на тебе денег, но мужчина отказался от такой подачки и ушел. А потом стало понятно, что он хотел обсудить как раз то, что происходит у него с сестрой. И Шантарам понял, что, если бы тогда он выслушал его, – может быть, эта трагедия с продажей почки и с последующим убийством и не случилась бы. Чтобы забыть это происшествие, Шантарам стал накачивать себя наркотиками. Более подробно эта история описана в статье «Преодоление игрового механизма», в части 5-ой «Скорбная радость забвения».

Беседы и тексты, в которых поднималась тема чувства вины:
– «Как простить себя и надо ли?». Видео-ответ, данный на портале «Экзегет».
– Текст «Боевые действия», часть 10 «Печать войны: Чувство вины, ПТСР, флешбеки».
– Глава 7 «Чувство вины и прощение» из части 1-ой текста «КОНЦЕПЦИЯ материалов о преодолении ЗАВИСИМОГО ПОВЕДЕНИЯ, подготовленных иеромонахом Прокопием (Пащенко)».
– Цикл бесед «Проблема отклоняющегося поведения: родственникам, родителям, педагогам».
4g. О чувстве вины и о преодолении его. Кризис – призыв к развитию и выходу из спячки. Еще раз о т.н. созависимости.
– Текст «Отношения, общение с зависимым родственником. О чувстве вины, о концепции т.н. созависимости».
– Ответ «Любовная зависимость. Девушке по поводу депрессии после расставания с человеком, который высасывал и поедал ее. Ч. 1».
– Ответ «Любовная зависимость. Ч. 2».
– Ответ «Любовная зависимость. Ч. 3: О чувстве вины и связи со странным человеком».
– Глава «Чувство вины и прощение» из части 1-ой текста «КОНЦЕПЦИЯ материалов о преодолении ЗАВИСИМОГО ПОВЕДЕНИЯ, подготовленных иеромонахом Прокопием (Пащенко)».
– Цикл бесед «Разноголосица мыслей», пункт 12. «Травма. Виновата ли мама? Чувство вины и бред. Загоны мысли насчет веры»: Аудио, видео.
– «Чувство вины – созидает или разрушает?» (совместно с Pravoslavnaya7ya, ч.9)
– Эфир. «ОКР. Чувство вины. Общение. Отношения. Родители и дети. Предназначение. Целостность. Духовная жизнь».

23:38 Здоровое и невротическое чувство вины. Заповедь о не осуждении и к себе применима? Важность здорового чувства вины для саморазвития и рефлексии. Манипулятивное поведение и зависимость, отсутствие здоровых представлений о реальности. Формирование правильной картины мира и смысловой вертикали для противостояния манипуляциям и зависимости. Чувство вины и его влияние на отношения. Важность рефлексии и понимания своей роли в ситуации, а не поиск виноватых.
– Цикл бесед «Доминанта жизни и самоубийство».
17а. Потеря благодати. Пожилые люди (пересмотр жизни). Подростки (тоска). Родственники (чувство вины). Суцид в семье. Потеря горения
– Цикл бесед «Разноголосица мыслей».
12. Травма. Виновата ли мама? Чувство вины и бред. Загоны мысли насчет веры
– Цикл бесед «Преодоление травматического опыта. Христианские и психологические аспекты».
9a. Переживание опыта смерти (С позиции вечности. Люди, знавшие, есть жизнь вечная. Чувство вины
9b. Переживание опыта смерти (Прожить потерю. Чувство вины. Умирание детей. Заботиться друг о друге).
24c. Чувство вины и его преодоление.
– Ответ «Смерть. Девушке, которая перестала встречаться с зависимым человеком. Он умер, и она себя винит».
– Ответ «Созависимость. Ходит на группы созависимых, чтобы разграничить ответственность с мамой, победить обиду и чувство вины».

Осознание причин или затаптывание проблемы?

Вернемся к теме инфантилизма. Представим, что женщина ходит на группы для созависимых, где читает эти речовки как некие мантры о том, что в прошлом у нее не было ошибок, потому что она старалась как лучше, и в будущем этих ошибок тоже не придет, ведь будет просто другая ситуация. То есть она, находясь на каком-то инфантильном уровне, грубо говоря, пошла на сеновал, связалась с человеком, который теперь мучает ее. Она пытается вырваться из этой ситуации через поиск альтернативных переживаний, начинает ходить в клуб какой-то, а Шахида Араби прямо советует ей ходить на тусовки, флиртовать, чтобы переключиться на другие переживания. И рано или поздно эта женщина снова вляпается в похожую историю – свяжется с тем, кто снова будет ее мучать. Но, видимо, чтобы чувство вины ее не жгло, она читает эту речовку-мантру о том, что если в будущем случится схожая ситуация, то это не будет ошибкой, это будет просто новый, другой опыт. В итоге складывается такое впечатление, что в анонимном движении какие-то психологизмы, используемые в подобных случаях, нацелены не на осознание корневых причин происшедшего, а на некое «затаптывание» проблемы. Что такое затаптывание, будет сказано в будущем.

Еще несколько слов про осознание. Обратимся к примеру из книги Николая Блохина «Из колодца памяти» (некоторые выдержки из его истории приводятся в статье «Внешняя жизнь и мир мыслей», часть 3.2). В этой автобиографической книге много внимания уделяется описанию того, как автор в советские годы находился в заключении. В годы борьбы с верой он был репрессирован за то, что в подполье печатал молитвословы, духовную литературу. Было указание о том, чтобы ему давали новый срок, как только старый будет подходить к концу. Также был запрет на оказание ему медицинской помощи. По идее он должен был в заключении умереть.

Блохин рассказывает, что в одной пересыльной тюрьме он столкнулся с такой картиной: мужчины с одного этажа с помощью веревочек передавали записки на женский этаж, а женщины передавали записки мужчинам. Николай Блохин понял, что в тюрьме полным ходом идет передача какой-то порнографии. И когда он уже не выдержал, то написал одной женщине какое-то вразумление и предложил составить для нее молитву к ее святой, спросив, как ее имя. Он написал молитву святой с таким именем. И потом он несколько суток писал молитвы всем желающим. Несколько суток он писал, не прерываясь на еду и сон. И он говорил, что это время было самым счастливым в его жизни. Когда его вызвал оперуполномоченный, он стал кричать на него за то, что Николай Блохин якобы развращает заключенных. Но потом, перегнувшись через стол, оперуполномоченный спросил, может ли Николай написать молитву и для него тоже.

Одна женщина написала Блохину записку о том, что в ее жизни не было настоящей любви, были только одни «хахали». А он на ее жалобу ответил, что она, видимо, и не искала настоящей любви, то есть, если продолжить его слова, она искала только fast love. А что искала – то и находила.

Вот эта установка на затаптывание чувства вины как раз показана в фильме «Мастер», где в завуалированном виде рассказывается о создателе организации саентологов, которая в некоторых странах признана сектой. В фильме показаны сайентологические приемы, среди которых – постулирование идеи, что никаких ошибок в прошлом не было. Дескать, ты всегда действовал исходя из лучших побуждений, и если ты что-то и считаешь ошибкой, то только потому, что со временем ты познакомился с новыми взглядами на реальность, и сейчас, уже как бы осознавая прошлое, ты видишь в этом ошибку. Но тогда ты ошибки в этом не видел. Эта установка – ложная, потому что тот, кто чуток к себе, часто в момент совершения действия понимает, что его не надо совершать, но иногда бывает, что мы просто «прем», потому что хочется что-то доказать или употребить.

Когда люди употребляют наркотики, если их совесть еще не совсем задавлена, у них все внутри бунтует. Совесть говорит: не надо, остановись, что ты делаешь, но человек просто пытается отключить свою совесть. Чувство вины по-настоящему проходит только тогда, когда человек меняет те условия, на базе которых он вошел в зону аномальных поступков.

Довелось как-то общаться с одним мужчиной, который изменил супруге, много раз каялся в этом на исповеди, но успокоения не получал. Когда мужчину спросили, почему он изменил супруге, он ответил, что ему казалось, что супруга недостаточно эмоциональна. Тогда ему было сказано, что его грех – это не только измена, но и – гордыня, то есть он других меряет по себе. И поэтому его покаяние должно заключаться не в том, что он исповедует свою измену, а в том, что он должен быть готов к тому, что другие люди могут иметь какие-то иные взгляды на реальность, что другой человек может не быть очень эмоциональным, но нужно понимать, что другой человек может при этом сильно любить, хоть и без эмоций. Не нужно другому человеку навязывать свое представление о необходимости проявления эмоциональности.

Если, например, мы разозлились на то, что человек что-то не понял, мы чувствуем себя плохо. И вот эта злость порождает чувство вины, и чувство вины нам показывает, что мы сейчас делаем что-то не то. Если мы не только покаялись, но и в следующий раз попытались с человеком поговорить ласково, то это чувство вины проходит. Все, оно как бы выполнило свою задачу, оно нам указало на то, где мы ошиблись.

«Почему в России пьют», или психологизмы в литературе для созависимых

По поводу чувства вины еще можно предположить, что в литературе для созависимых тоже используются некие психологизмы. Ниже не ставится задача возложить всю вину на женщину. Ставится вопрос о разумной рефлексии на тему выражения «ладошка одна не хлопает».

Одна автор пишет, снимая с повестки, вопрос о возможной рефлексии пишет[12]: «алкоголизм происходит по многим причинам, но одно я знаю твердо – не жены являются причиной алкоголизма мужей». Примечательно, что у старца Фаддея Витовницкого есть прямо противоположная мысль: «Никто еще не озлобился от добра. Приходит женщина, жалуется на мужа – пьет, обижает ее. Я говорю ей: “Не запил же он от домашних пирогов”. Нет, наверно, было что-то, что огорчало его, и чтобы как-то смягчить переживания, он стал понемногу выпивать, становилось легче. Но вот втянулся, привык и теперь не может бросить»[13].

В похожем ключе преподобный Порфирий Кавсокаливит дал пояснение по поводу отчаяния одной женщины, у которой муж пристрастился к дурному времяпрепровождению. После работы он шел в кафе и домой возвращался после полуночи. Женщина протестовала, ругала его, но в знак протеста он приходил домой еще позже, чем обычно. И вот, что преподобный Порфирий Кавсокаливит сказал ей: «Я вижу его недостатки, у него сложился комплекс. Поэтому он допоздна засиживается в кафе, чтобы все забыть. К тому же ты постоянно ворчишь, и он совсем не хочет возвращаться домой. Чем больше ты на него ворчишь, тем позже он приходит. Теперь ты будешь поступать наоборот. Чем дольше он будет задерживаться, тем больше ты будешь молиться за него, любить его и стараться ему услужить. Тогда он мало-помалу начнет меняться, его все больше будет тянуть в дом, к жене, детям, и твоя проблема разрешится».

«Я словно проснулась после кошмарного сна, – так женщина описывает результат воздействия на нее услышанного совета. Какой же я глупой была все это время. Своим ворчанием я едва не разрушила семью и не понимала этого». Она точно следовала услышанным наставлениям и в скором времени вернула своего супруга в семью[14].

У одного современного светского автора есть беседа «Почему в России пьют». Он приводит пример: мужик приходит домой, ну, не все у нас блогеры, не все могут писать посты и так отдыхать, а мужик хочет просто расслабиться, лечь и что-то посмотреть, хоккей какой-нибудь. А жена решила огород учредить и говорит, давай, мол, сейчас на огород съездим или давай сейчас шкаф отвезем какой-нибудь родственнице. И так происходит изо дня в день. Конечно, есть и другие причины, нельзя все сваливать только на жену, но эта причина тоже может иметь место. И тогда муж начинает врастать в работу круглосуточно. А если еще жена всем недовольна, он начинает выпивать, чтобы, приходя домой, более-менее спокойно воспринимать ее недовольство.

Таким образом, если указанная выше сторонница концепции созависимости заранее утверждает, что никто никогда не пил из-за своей жены, то у женщины изначально забирается сама возможность вообще подумать. Может быть, действительно правду народ говорит: «Одной рукой в ладошки не хлопают». Здесь, как было выше отмечено, не предлагается все свалить на жену. Но, может, женщине стоит как-то задуматься, был ли здесь и какой-то ее вклад в проблему.

Есть документальный о насилии по отношению к женщинам[15]. Предыстория этого фильма такова: когда ведующую спросили о причинах насилия над женщиной, она сказала, что, может быть, сама женщина его и спровоцировала. За это высказывание она была подвергнута остракизму. Тогда ведущая сняла этот фильм, чтобы показать тем, кто ее «забанил», что она изменила свою точку зрения. Поэтому в фильме показана другая точка зрения – мужчина во всем виноват, и постулируется идея, что если было совершено насилие, то виноват всегда совершивший насилие вне зависимости от того, провоцировала его женщина или нет [тогда непонятно как быть с теми случаями, когда, доведенная до отчаяния женщина, зарубила мужа топором; согласно логике фильма виноват совершивший насилие, вне зависимости от того, провоцировали его или нет; согласятся ли авторы фильма с такой постановкой вопроса?].

Тогда этот фильм неплохо было бы дополнить еще одной мыслью. Как известно, в тюрьмах очень много женщин сидит за убийство мужа. То есть муж настолько допек женщину, что эта женщина, не видя никакого другого выхода, просто взяла топор и убила мужа. Но, если пользоваться логикой этого фильма (что совершивший насилие виноват всегда на сто процентов), тогда, получается, вот эти женщины, которые сидят за убийство мужа, – виноваты они и только они. В фильме проговаривается мысль, что нельзя обвинять женщину в совершенном над ней насилии. Виноват мужчина. Также в этом фильме было показано, как вот это негативное самоощущение пытаются убрать с помощью психологизмов. В фильме негативность трактовалась как остатки родительских предписаний – мол, девушке, пока она была еще девочкой, ее мама говорила, что она плохо моет посуду, плохо учится, и у нее осталось в памяти негативное отношение к маме. И, когда она выросла, это негативное материнское предписание стало выражаться в низкой самооценке, в том, что она считает, что ничего не получится, что она плохо что-то делает. В фильме давался такой совет: просто пойми, что это всего лишь родительские предписания, и поэтому убери все эти «голоса» из своей головы.

Но, во-первых, здесь происходит обесценивание матери. А во-вторых, мы сталкиваемся с темой риска утраты способности к рефлексии. Действительно, иногда бывает так, что, когда что-то происходит внутри нас, возможно, это след чьей-то негативной оценки в наш адрес. Но мы также должны помнить, что в нашем сознании есть и инстинкт самосохранения. Насим Талеб в своей книге «Антихрупкость» высказал мысль, что то, что иногда называют прокрастинацией, – это вообще действие инстинкта самосохранения. Например, человек хочет вложить деньги в какой-то бизнес, но все не может решиться. А ему говорят, что ты, мол, прокрастинируешь? А это, может быть, и не прокрастинация, может быть, это голос здравого смысла, а многие этого предупреждающего инстинкта самосохранения не слушают, вкладываются, например, в криптовалюту и теряют очень многое. Сейчас мы не обсуждаем, нужно вкладываться в криптовалюту или нет, мы говорим о том, что некоторые люди идут наобум и остаются глухи к голосу разума.

Голос совести и голос Ангела Хранителя

Также мы знаем, что существует и голос совести, и голос Ангела Хранителя. Некоторые говорят, что голос совести – это и есть голос Ангела Хранителя, но все-таки мы их разделяем. Бывает, голос Ангела Хранителя слышен в какие-то экстремальные минуты. Схиигумен Савва (Остапенко) говорил, что в экстремальной ситуации можно совершить три поклона и спросить совета у Ангела Хранителя. Невозможно все свести к «родительскому предписанию», когда человек понимает, что в его сознании много разного: есть голос соблазна со стороны инфернальных сил, есть голос Ангела Хранителя, есть собственная совесть. Есть память, которая включается и тоже подает голос. Кстати, у преподобного Исаака Сирина есть упоминание, что помыслы бывают от различных причин – это зависит и от устроения человека, и от того, что он раньше усвоил.

В общем, есть масса причин, по которым у нас могут возникать те или иные мысли, и сводить все к родительскому предписанию – чем это грозит? Тем, что эта женщина, которая, может быть, устала от этих оценок ее поведения, одним ударом просто обрубит всю рефлексию. Но кто знает, может быть, действительно что-то изнутри ей говорило, что она ведет неправильный образ жизни, что надо выбираться из той ямы, в которой она оказалась?

Один психиатр рассказывал, что иногда к нему на прием приходят женщины, у которых дорогие машины, шубы, бриллианты, они замужем за мужчиной, который их избивает, они плачут, хотят уйти, приходят к нему за советами. И в то же время эти женщины понимают, что, если они уйдут, придется оставить эту роскошную жизнь, все эти поездки, начать самой работать, чтобы быть свободной. И, все взвесив, эти женщины возвращаются обратно в ситуации, где их избивают, унижают, но зато у них есть деньги, машины, поездки.

Объективное или неоправданное чувство вины – нужен взгляд со стороны

Одного духовника спросили, как же быть женщине с чувством вины, ведь оно может быть и объективным. Но проблема есть и в том, что, например, женщина что-то сделала, получилась плохая история, очень болезненная, или, наоборот, она ничего не делала, она просто старалась делать все как лучше, а муж говорит, что он напился из-за нее, это она виновата во всем, она его подтолкнула к алкоголизму. И вот, она пытается, может, найти у кого-то помощи, спросить, как лучше. А ей говорят – ну да, вот ты там мужа не раздражай… И получается, что она может начать потихоньку верить этому ложному нарративу, который транслирует муж, что, мол, виновата во всем она.

Но, с другой стороны, и ее душа может подсказывать, что она действительно, объективно где-то что-то сделала не то, и поэтому здесь все-таки очень важен взгляд со стороны. Если у женщины есть возможность посоветоваться с хорошим духовником, он может помочь разобраться, была ли действительно ее вина в какой-то ситуации. Конечно, в каком-то отношении она бывает, но другой вопрос – много ли мы сделали для того, чтобы другой человек сорвался. Может быть, мы как-то не так себя повели. Конечно, духовник не возьмет и не снимет с нас чувство вины. Но он взглядом со стороны, из своего духовного опыта, может помочь нам разобраться в ситуации. К тому же, настоящий духовник, в отличие от лидеров сект, никогда не будет пользоваться своим духовным авторитетом для того, чтобы заставить нас поверить в то, чего нет.

Хочется привести такой пример. Одна девушка, очень впечатлительная, познакомилась с молодым человеком, и он ей сделал предложение буквально через несколько дней. Потом он неожиданно ее заблокировал, и у нее осталось огромное чувство вины, давил огромный ворох всяких эмоций и переживаний, который просто доводил ее до истерики, потому что она понимала, что иногда она, может быть, поступала не так. Например, он приглашал ее погулять, а она отказывалась. Но являлась ли она при этом провокатором в разрыве отношений? Она пришла посоветоваться к священнику, и после того, как они вместе все разобрали, стало понятно, что та скорость, с которой молодой человек сделал предложение, и некоторые другие факторы свидетельствовали о том, что он был все-таки в не очень адекватном состоянии. Скорее всего, речь шла о человеке, у которого, возможно, достаточно серьезные проблемы с психикой. Возможно, что и с ее стороны были какие-то моменты, которые можно было бы реализовать в более совершенной манере, но все-таки именно здесь, наверное, не та ситуация, не надо как-то избыточно беспокоиться, потому что этот человек такого склада, что он все равно, наверное, выбрал бы себя, может быть, не в этот раз, так в другой.

Контрсепарация вместо сепарации

Как говорит один современный автор, гордый человек всегда выберет себя. И, соответственно, настоящий выход – не в сепарации, а, если так можно сказать, в «контрсепарации». Нужно, чтобы у женщины, которая выходит из зависимых отношений, появилась радость жизни – она должна искать не того, чтобы, например, гладить собаку, а того, чтобы у нее появились связи, основанные на конструктивных принципах, на какой-то все-таки взрослой позиции.

Мы знаем, чем закончился «Маленький принц» – герой решил вернуться на свою планету, к своей розе. Понятно, что речь идет не о том, что женщина должна вернуться к мужчине, если он действительно совершал недопустимые действия по отношению к ней. Маленький принц сказал о своих отношениях с розой: «Мы были молоды и не умели любить». То есть он был молод и не понимал того, что роза его мучила, потому что она просто не умела себя вести по-другому. Она тоже была, может быть, не взрослая, но она хотела ему понравиться, и поэтому она рассказывала какие-то небылицы про себя, и, чтобы не показать себя беззащитной, она говорила, что у нее есть шипы, и она может защищаться от тигров. А он слишком близко к сердцу принял эти слова, не поняв, что на самом деле под ними был спрятан страх беззащитности. А когда он это понял, он решил вернуться. Маленький принц понял, что с розой его что-то связывало, он понял это после знакомства с Лисом, который попросил его себя приручить.

Если человек настраивается на сепарацию как на единственный выход из сложившейся ситуации, то что происходит? Очень быстро ко всему вырабатывается привычка. То есть ты решил сепарироваться от одного человека, тебе понравилось: вроде раз – и все проблемы как бы решены. От второго тоже сепарируешься, от третьего, ну, а потом ты на каком-то этапе остаешься один. И таким образом ты приучил себя решать вопросы через избегание, ты остаешься один в квартире, может, кто-то даже живет в этой квартире, кроме тебя, но ты сепарируешься и от него, потому что ты уже потерял основу для конструктивного решения вопросов. И эта злость не оставляет в покое человека, даже когда он один остается в своей комнате, он продолжает злиться на свой организм, что он урчит, что он вовремя не встает или хочет спать, и эта злость обращается на самого человека.

В одной из песен песне группы «25/17» сказано, что вначале люди поубивают друг друга, а потом, если кто-то останется один, он перегрызет себе запястье. Здесь можно привести массу аналогий. Например, в Штатах существует эпидемия синтетических опиоидов, то есть мощных обезболивающих, которые можно прописать в больших количествах при любом недомогании. Или, например, убийство, когда человек решил, что все в жизни можно решать через пистолет. В какой-то стычке он взял и употребил этот метод раз, потом второй. Вроде, да, все тебя боятся, слушаются, а потом к тебе приезжает группа спецназа и вяжет тебя. Надо помнить, что есть рабочий коллектив, есть рабочие моменты. Невозможно сепарироваться от всех людей, с которыми произошло малейшее неприятное взаимодействие!

Шахида Араби считает, что нужно рвать отношения с человеком, который что-то неприятное сделал в отношении вас больше трех раз. Но мы же понимаем, что в большом коллективе бывает всякое – люди ссорятся, мирятся. Если человек не учится жить, не учится устанавливать здоровые связи, в итоге в его жизни становится еще больше тревожности, которую он пытается избегать с помощью сепарации.

Для чего человеку необходим некоторый уровень тревожности

На ум приходит такая аналогия. Один нарколог говорил, что некий уровень тревожности человеку просто необходим. Когда мы делаем что-то не то, тревожность в нас свидетельствует о том, что сейчас надо что-то в своей жизни исправить. И вот, человек, например, взял и погасил эту тревожность с помощью марихуаны или синтетического опиоида. И в итоге он не совершил необходимое действие, которое помогло бы исправить ему ситуацию. Он не развивается как человек, и в его жизни какие-то связи начинают рушиться, он никуда не двигается в своем познании.

Например, человек на конференции сказал что-то не то, у него возникнет чувство дискомфорта, и это чувство зовет его в библиотеку повысить интеллектуальный уровень, а лучше – подготовить доклад. А он вместо этого взял и покурил и не пошел в библиотеку. В итоге на каком-то этапе у него разовьется еще больше тревожности, потому что он, например, будет отчислен из института за неуспеваемость. Также и здесь – если человек привыкает глушить свое чувство вины или свое дискомфортное состояние психологизмами, то он никуда не двигается.

С другой стороны, есть люди, у которых чувство вины зашкаливает настолько, что это уже либо искусственно нагнетаемое чувство, либо человек чего-то в жизни совсем не понимает. И здесь нужно как-то помочь ему выстроить картину мира. Но сейчас речь не об этих исключительных случаях.

Однажды довелось готовить ответ для девушки, которая считала, что у ее зависимости генетическое происхождение. Ответ состоял в том, что когда человек не вступает в здоровые социальные отношения, которые призывают к развитию, то на этом фоне у него остается какое-то инфантильное сознание. А на фоне этого инфантильного сознания, в свою очередь, человек ощущает тягу к психоактивным веществам и к аномальным отношениям гораздо более сильно, чем человек, который куда-то двигается. Потому что у человека, который строит какие-то социальные связи в своей жизни, если и возникнет желание употребить, то у него есть по крайней мере возможность как-то иначе провести время. А человеку, который ничего не читает, ни с кем не общается, ночью не спит, потому что он, например, живет в каком-то учебном заведении и ему там скучно, и единственное, что у него есть – это смартфон и возможность, например, делать ставки и брать кредиты, – такому человеку практически невозможно удержаться.

Так же и вот эти эмоциональные скачки́, которые влекут некоторых женщин к аномальным отношениям, могут быть связаны с этой инфантильностью мышления, когда слишком мало каких-то жизненных содержаний, на которые можно опереться в момент эмоциональной вспышки. Но эти жизненные содержания мы находим в том числе и тогда, когда улавливаем сигналы, которые мы классифицируем как чувство вины, чувство неудовлетворенности. И в то же время современная культура сепарации, культура ультиматума становится нормой. Например, есть один московский психолог, который берет 90 тысяч за час, постулирует, что он общается с клиентом на своих правилах, а не нравится – до свидания. Долго ли человек вообще протянет в социуме при таком отношении к жизни?

Еще раз – о ложном пути сепарации

Бывает, что жена или муж начинают общаться со второй половинкой по принципу ультиматума. Мол, я сказал, что будет так, а если не нравится – до свидания. Сможет ли человек быть счастлив при такой позиции? Нужно всегда смотреть, какая вокруг среда, что за люди тебя окружают, какие у тебя реакции, какие – у них, потому что есть риск того, что, если человек не замечает ситуацию, он застревает в какой-то одной своей реакции, о которой он где-то услышал, и у него формируется социальный контакт по типу психопатичного. То есть он становится человеком, который не является психопатом с точки зрения психиатрии, но при этом ведет себя как психопатизированная личность. И вместо того, чтобы понять, что вообще не так, где произошел в жизни крен, он приходит к какому-то извращению социального контакта. И поначалу может показаться, что что-то решается, потому что такой человек начинает нахраписто гнуть свою линию, но на самом деле он только усугубляет свои проблемы.

Например, этот извращенный социальный контакт происходит в некоторых семьях: ему говорят: «не трогай», но он не понимает смысла этой просьбы, и, пока он живет дома, – он еще держится. Но как только меняется обстановка, а смысла в этом правиле он так и не понял – он срывается. Например, один человек, который был в монастыре, пока он был там, не мог совершать какие-то вещи страстного плана, потому что сама среда не одобряла такие действия. Но как только он выезжал из монастыря, он сразу скатывался к каким-нибудь страстным действиям, потому что он, видимо, так и не понял смысл духовной жизни.

Человек, который привыкает к установке на сепарацию, потом просто теряет способность гармонично вести себя в человеческом сообществе. Например, на занятия группы трезвости при храме приходил один человек из общества анонимных, слушал какое-то время, потом молча вставал и уходил, что вызывало недоумение всех участников собрания. А потом он рассказал, что привык уходить всегда, когда ему становится некомфортно. Так ведут себя психопатизированные личности – они ставят свои желания во главу угла, их совершенно не волнует, как на их действия реагируют другие. Если человек, который, как ему кажется, в зависимых отношениях страдает от действия психопатизированной личности, пытается вырваться из этих отношений, но при этом остается на своем инфантильном уровне, он начинает вести себя точно так же, как эта психопатизированная личность.

Проблема сращивания с позицией аддикта

Была одна семья, которая, к сожалению, распалась. На каком-то этапе женщина стала ставить ультиматумы, которые не предполагали никаких обсуждений. Но как строить совместную жизнь, если вторая половинка вообще не хочет обсуждать никакие варианты? В книге Шахиды Араби есть такая мысль, что «нет» – это законченное предложение. Здесь словно смыкаются два направления. Например, аддикт может считать, что кругом враги, он пьет и никому ничего не объясняет. И, например, его жене, которая считает себя зависимой и начинает ходить на группы, могут предложить точно такой же вариант действия – ты делай то, что считаешь нужным, это называется ассертивным поведением, и никому ничего не объясняй.

То есть происходит сращивание с позицией аддикта. Аддикт никого не слушает, он не просит прощения, ничего не объясняет, у него нет критического отношения к своим поступкам. Складывается такое ощущение, что эта позиция постулируется в некоторых версиях концепции созависимости. И в советах Шахиды Араби тоже постулируется стратегия аддикта, то есть своя личность, свои желания объявляются сверхценностью, словно ничего другого человеку для жизни не нужно. Постулируется, что жить так – нормально, нормально – не реагировать на другого. Араби пишет, что, если тебя кто-то не поддерживает, значит, этот человек токсичный, но ведь точно так же может думать и аддикт. Если, например, супруга его не хвалит, не восторгается тем, что он пришел домой трезвым, то она плохая.

Я наблюдал за одним человеком, который пришел домой трезвым и считал, что, раз он пришел трезвым, дома должен быть праздник. И вдруг он узнал, что его жена в этот вечер пошла в театр. Просто жена привыкла, что муж приходит пьяный или вообще не приходит, и решила провести вечер вне дома. Для него это была трагедия – он-то пришел трезвым, и поэтому вокруг него должно быть какое-то положительное движение, а жена ушла и его не поддержала.

Или научная работа. Научный руководитель – как духовник, ведь он же иногда говорит вещи, которые нам, может, неприятны. Научный руководитель может сказать, что вот здесь работу нужно подтянуть, вот здесь мало доказательств, вот здесь нужны источники, там – нужно еще поизучать.

От прочтения книг типа книги Шахиды Араби складывается ощущение, что всем людям дается одна схема, словно нет культуры, опыта человечества. Но ведь, когда мы приобщаемся к опыту человечества в лице лучших его представителей, мы все-таки становимся способны различать градации – где можно пойти навстречу, где – нельзя, а где – можно, но не во всем, а только в пункте первом и шестом, например. И тогда вопрос переформулируется, он становится вопросом не столько о близком человеке, который «токсичен» или который втягивается в созависимые отношения, сколько об утрате способности приобщаться к общечеловеческой культуре в лучшем смысле этого слова. Вопрос в том, что человек зачастую остается в рамках своего суженного восприятия.

Приведем пример суженного восприятия. Один мужчина рассказывал, что его жена очень переживает, у нее большой стресс, и она много работает. И когда возник вопрос, как она вообще время проводит, оказалось, что она ведет онлайн-уроки иностранного языка и вообще не выходит из дома. А когда у нее есть свободное время, она перед этим же, наверное, экраном смотрит сериалы. Но простой жизненный опыт показывает, что если человек просто на улицу выйдет, пройдется, то уже это напряжение спадет.

Что такое аддикция

Можно обратиться к смыслу понятия «аддикция». Аддикция – это непреодолимая тяга к чему-либо. Эта тяга приводит человека к определенным действиям, и мышление аддикта иногда похоже на бред. И этот бред, действительно, может быть индуцирован женщине. То есть, например, человек зависимый может начать внушать свою позицию своей супруге. И понятно, что такой женщине нужна помощь. Но возникает, соответственно, законный вопрос: можно ли данные, полученные по поводу реально индуцированных женщин (и не факт, что это многочисленные данные), перенести на всех женщин вообще? То есть, если, например, женщина пьет с мужем или смотрит на мир его глазами, носит ему бутылку, то ее действительно можно назвать созависимой, но насколько данные анализа поведения этой женщины можно перенести на тех матерей, которые действительно в каком-то здоровом ключе обеспокоены состоянием здоровья своих детей?

И если мы утрачиваем вот это измерение общественной культуры, мы теряем возможность как-то объяснить данное явление тем, что накопила эта культура. Зачем называть созависимостью то, что уже описано, например, в терминах ПТСР? Если даже и не брать психиатрическое описание ПТСР, можно взять, например, такое выражение, как аномальная адаптация. То есть человек, например, оказался в тюрьме, и он понимает, что, чтобы в тюрьме выжить, ему нужно быть жестким. [Хотя это не факт. Например, Николай Блохин выживал по-другому, не изменял своим принципам, оставался человечным.] Соответственно, заключенный выходит из тюрьмы, в тюрьме его учили, что в этом случае надо сразу драться. Но он начинает драться в гражданской жизни и попадает в тюрьму. Или, например, человек оказался на фронте, и для выживания на фронте срабатывала определенная модель поведения. Но когда он вернулся в гражданскую жизнь, эта модель поведения перестала работать, она оказалась дезадаптивной.

В некоторых странах даже есть некая буферная зона – когда срок заключения еще не закончился, но заключенный уже потихоньку учится жить среди гражданского населения, потихоньку учится отходить от своих тюремных моделей.

Так и в отношении общения с созависимым – у человека были выработаны определенные навыки. Эти навыки и стратегии поведения, которые, может, каким-то образом помогали ему адаптироваться к непереносимой ситуации домашнего ада, потом переносятся на всех остальных людей, с которыми он общается. Но проблема в том, что если, например, женщину учить только сепарации, то, может быть, ее и удастся отрезать от пьющего мужа, но навыки-то останутся.

О навыках, которые остаются с человеком

Один автор, который разбирал идею ПТСР, говорил, что с помощью определенных методик можно приглушить, например, память об ужасах войны. Но ведь модели, которые сформировались на фронте или под воздействием воспоминаний о самих ужасах войны, остаются с человеком и после войны. Например, человек пережил ужасы войны, и когда он вспоминает об этих ужасах, то начинает пить, а с помощью определенных полуоккультных практик ему как бы «подстирают» эти воспоминания, но навык-то к алкоголизму остается. И теперь уже алкоголь его зовет сам по себе, вне связи с воспоминаниями о войне.

О том, что не стирание памяти помогает, а иной подход – в тексте «Посттравматический рост и опыт христиан, переживших гонения. Между памятью и забвением».

Также и в отношении сепарации – связь с зависимым порвалась, но и те навыки, которые привели к общению с ним, возможно, остались, и те навыки, которые у него сформировались при совместной жизни с ним, тоже остались. Соответственно, чтобы человека вывести из этого состояния, нужно дать ему картину мира, понимание того, как преодолеть гнев, как общаться с коллегами и вообще с людьми в какой-то созидательной плоскости. Как начать интересоваться жизнью не с целью получить от жизни какой-то эмоциональный драйв, а с целью все-таки приобщиться к тем содержаниям, которые несет жизнь, чтобы эти содержания как-то обогащали человека. И тогда, когда человек начинает обогащаться, повышается его духовно-культурный уровень, он становится способным выйти из той колеи, которая раньше несла его к каким-то негативным последствиям.

Вполне вероятно, что эта позиция женщины, которая пытается пройти реабилитацию в группах для зависимых, станет в какой-то момент неотличимой от позиции аддикта. Ведь у аддикта эта позиция – это тоже форма какой-то реакции на происходящее, на то, что ему больно. Например, на заводе его гнобят, ему там тяжело, больно. Какую стратегию поведения он выберет – я напьюсь и буду говорить всем, что они уроды, и не буду никого бояться, потому что мне – все равно! Примерно этому же учат женщин, мол, ты гни свою линию, сепарируйся от тех, кто тебе не нравится, и не глядя говори то, что считаешь нужным, будь нелогичной, никому свою позицию не разъясняй и ни перед кем не оправдывайся.

Может быть, в тех обществах, где уже нет никаких других культурных возможностей для кого-то возрастания, сепарация и является каким-то единственным вариантом для женщин. Например, в тюремной камере это возможно – просто перестать общаться с кем-то. Но мы все-таки живем не в таких жестких условиях, да и в тюремных камерах тоже возможны другие варианты.

Логические ошибки в теории сепарации

Говоря о нарушении логики в этом концепте зависимости, можно заметить, что, с одной стороны, с женщины снимают чувство вины, говоря, что ее муж пьет только потому, что он аддикт, а женщина не виновата, поэтому даже не должна беспокоиться об этом, а должна думать только о себе. Но! В то же время ей говорят, что она должна ходить на группы, потому что, если она не будет на них ходить, она своим поведением будет толкать мужа к зависимости. И все, у женщины начинается раздвоение. Это логическая несостыковка, при этом те люди, которые уже пропитались концепцией, не видят здесь никакого противоречия. То есть в одном случае утверждают, что женщина ни в чем не виновата, но, с другой стороны, если она не будет ходить на группы, она будет толкать мужа к зависимости. Понятно, что каждое из этих утверждений преследует свою цель, а будучи сложенными вместе, они порождают противоречие. И это противоречие не единственное.

[1] Часть 1 «Введение. На чем основано единство?», часть 2 «Компания как “материнское лоно”», часть 3 «Концлагерь побеждается человеческими отношениями», часть 4.1 «Бирюзовые компании и философия New age», часть 4.2 «Бирюзовые компании и философия New age», часть 4.3 «Два прочтения метамодерна и идеи единства. Бирюзовые компании и философия New Age», часть 4.4 «Два прочтения метамодерна и жизнь в сообществе», часть 5. «Духовное делание и иммунитет».

[2] Google.

[3] Googleness.

[4] «Нет, он не хочет верить, что я ему самый верный друг, не захотел узнать меня, он смотрит на меня только как на женщину. Меня всю неделю мучила страшная забота: как бы сделать, чтоб он не постыдился предо мной этой растраты трех тысяч? То есть пусть стыдится и всех и себя самого, но пусть меня не стыдится. Ведь Богу он говорит же все, не стыдясь. Зачем же не знает до сих пор, сколько я могу для него вынести? Зачем, зачем не знает меня, как он смеет не знать меня после всего, что было? Я хочу его спасти навеки. Пусть он забудет меня как свою невесту!» [глава «Обе вместе»].

[5] Глава «Исповедь горячего сердца. “Вверх пятами”».

[6] Глава «Надрыв в гостиной».

[7] См. «Неудовлетворенная потребность как причина аддиктивности» из книги Ц.П. Короленко, Н.В. Дмитриевой «Психосоциальная аддиктология» («Олсиб», 2001).

[8] «Пластичность мозга. Потрясающие факты о том, как мысли способны менять структуру и функции нашего мозга». Норман Дойдж.

[9] Точка Опоры: Сайентология – техники подчинения людей. Часть 1. Точка Опоры: Сайентология – техники подчинения людей. Часть 2.

[10] Джек Тримпи. Анонимные Алкоголики: конечно, это – секта!

[11] НИКТО НЕ ВПРАВЕ ЗАПРЕТИТЬ ЧЕЛОВЕКУ ЖИТЬ ТАК ПЛОХО, КАК ОН ТОГО ХОЧЕТ!

…3. Я люблю себя достаточно для того, чтобы помнить, действия прошлого были самыми лучшими действиями, которые я мог сделать в то время, при условиях, которые существовали.

…14. Я люблю себя достаточно для того, чтобы желать, иметь новую дружбу и позволить раствориться старой.

15. Я люблю себя достаточно для того, чтобы помнить, что всё будет по-другому - не лучше и не хуже, просто по-другому.

[12] В. Д. Москаленко в своей книге «Зависимость. Семейная болезнь».

[13] См. «Как нам научиться послушанию» из книги поучений старца Фаддея Витовницкого «Мир и радость в Духе Святом».

[14] См. раздел «Супруги, брак» из книги поучений преподобного Порфирия Кавсокаливита «Цветослов советов».

[15] Фильм Регины Тодоренко «А что я сделала, чтобы помочь?»