Прокопий (Пащенко), иером. «Духовная жизнь и перестраивание травматического рефлекса (духовные авторы и академик Павлов)». Ч. 4: «Не столько внутренний диалог, сколько молитва»

В данной части продолжается разбор темы внутреннего делания, способствующего преодолению травматического переживания.

Помилование Божие и загробное «возмездие»

Что духовные авторы включают в вопрос помилования Божия? Патриарх Сергий (Страгородский) говорит, что это не Бог нам выписывает помилование, а что мы избавляемся от какого-то греха и поэтому становимся способными воспринимать божественный свет. В его книге «Православное учение о спасении» так объясняется идея загробного возмездия.

Подробнее о том, что духовные авторы понимали загробные муки как развитие того состояние, которое человек сформировал в себе при жизни, см.:

– В главе «Цель и смысл христианской жизни» из части первой текста «Преодоление травматического опыта: христианские и психологические аспекты».
– В главе «В чем суть такого явления как посмертное воздание» части второй текста «Мировоззренческий сдвиг – детонатор наркотического бума и распада общества».
– В главе «Православное учение о загробной жизни» из книги «“Победить свое прошлое”: Исповедь – начало новой жизни».
– Текст «Только православные спасутся? А как же – другие?»

Загробное возмездие – это не значит, что Бог нам мстит и отсылает нас в огонь. Это значит, что тот, кто выбрал зло, еще здесь, на земле, мучается и, соответственно, не имеет вечной жизни как внутреннего состояния. И в этом устроении он переходит в вечность.

Соответственно, чтобы быть помилованным, надо устранить то, что стоит между тобой и Богом. А что сейчас стоит между тобой и Богом? Твое уныние, в частности.

Когда был болен преподобный Паисий (Величковский), в годы своей юности, его мама так сильно скорбела, что хотела отказаться от еды, и ей было видение грозного ангела, который хотел исторгнуть ее душу. Он вразумил маму, показав, что так убиваться по ребенку – неразумно, потому что душа вечна. А если мать не ценит свое земное бытие и готова себя уморить голодом, то тогда ее заберут из этой жизни.

Навык перетолковывания событий святителя Феофана Затворника

Основание для подобной практики мы также находим в книге святителя Феофана Затворника «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться» (см. письмо 51 «Как обращать житейские дела и вещи на духовную пользу»). Чтобы духовно возрастать, святитель советовал перетолковывать какие-то события своей жизни. Например, мы знаем общеизвестную у христианских авторов мысль, что тот, кто нас оскорбляет, является нашим благодетелем, потому что он нам помогает увидеть наши грехи и избавиться от них.

Святитель Феофан советовал перетолковывать соседей и прочие обстоятельствах жизни. Может быть, слишком масштабно к такому деланию подходить не каждый решится, потому что уж слишком мы можем перегрузить свой мозг и, может быть, даже оторваться от действительности. Но какие-то скорбные обстоятельства, которые вызывают у нас сильную тревожность, – почему бы и не начать видеть их иначе? Но, опять же, не просто иначе, потому что если мы пытаемся создать какую-то фиктивную картину мира, несуществующую, и просто себе говорим, мол, все будет хорошо, то у таких фиктивных фраз нет силы нас целить.

Например, когда схиархимандриту Виталию Тбилисскому сказали что-то про ругающихся людей, он сказал, что не видит ругающихся людей. По его мнению, так один читает канон, а другой – акафист. Или, видя человека курящего, он говорил, что у того во рту свечка. Можно также вспомнить старца Паисия, который видел немецкий самолет с крестами и думал о Кресте Христовом.

На данный подход не стоит ставить в один ряд с прокачиванием самооценки говорение себе у зеркала «Я люблю себя! Какой я классный!». Стоит пояснить еще один принцип, который может позволить более адекватно понять эту святоотеческую практику, рекомендованную святителем Феофаном Затворником.

Градация взаимоотношений человека с Богом

У преподобного аввы Дорофея есть следующая градация взаимоотношений человека с Богом. Когда человек только обращается к Богу, он вначале находится на стадии раба. Некоторые люди, которые утопали во грехах, действительно, может быть, имели видение Страшного суда, и поначалу они чувствуют эту внутреннюю муку, которая начинается здесь и перерастает в вечность. Они начинают следовать евангельским заповедям из-за страха мук. Но потом, постепенно укореняясь в добре, эти люди начинают следовать евангельским заповедям, уже желая награды. Это – стадия наемника. Постепенно, опять же, развиваясь в добре дальше, человек настолько укореняется в самом добре, что начинает творить добро ради самого добра. И это – стадия сына. Сын уже не беспокоится, отдаст ли папа ему наследство, потому что, если отец и сын любят друг друга, этот вопрос даже вообще не обсуждается.

И поэтому, конечно, когда мы еще используем вот этот святоотеческий подход, надо помнить слова святого праведного Иоанна Кронштадтского, который говорит, что Крест Христов помогает нам только тогда, когда мы верим в догматы православия. То есть когда для нас Крест Христов – это не просто какой-то эзотерический символ, вроде варианта пентаграммы, а то, что действительно после Распятия стало орудием нашего спасения. Крест Христов неотделим от подвига Иисуса Христа и всей Его жизни, а подвиг Христа неотделим и от Ветхого Завета, и от пророков, которые предсказали пришествие Мессии. И только когда человек принимает всю эту полноту, когда он отдает себе отчет, кем для него является Христос, тогда и Крест Христов действительно оказывает ему могучую помощь.

Но поначалу человек, конечно, может произносить эти фразы из Священного Писания, не до конца принимая всю эту полноту, если мы возвращаемся к метафоре раба или наемника. И только со временем он уже приходит к полноценному принятию всей этой картины мира, которая активируется с помощью какой-то строчки из Священного Писания. И тогда, вспоминая одну строчку, человек одновременно переходит и к прочим смыслам, содержащимся в Священном Писании.

Святитель Феофан Затворник в своей книге «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться», в упомянутой главе также упоминал книгу святителя Тихона Задонского «Сокровище духовное, от мира собираемое». Святитель Тихон тоже предлагает какие-то варианты перетолкования.

Опасность внутреннего диалога

Возвращаясь к Джорджу Бонанно, стоит отметить, что он указывал на пользу целенаправленного диалога. Опять же, указывал на своем уровне, который больше напоминает идею эмоционального капитализма (когда собственные эмоции рассматриваются как объекты для инвестиций). Например, чтобы активировать мотивирующий эффект оптимизма, по его мнению, мы можем сказать себе, что в будущем все будет хорошо. Или можем сказать, мол, у меня есть навыки, необходимые для выполнения работы. Или – чтобы сориентировать себя в представлении задачи, мы могли бы сказать: «Я сделаю то, что необходимо».

Но, кстати, личный опыт каждого подсказывает, что, наверное, многие находились в ситуации, когда мы что-то такое себе говорили, но в ситуации запредельной скорби мы просто забываем об этом, потому что эти слова не имеют внутренней силы. Святитель Игнатий (Брянчанинов) дает понять, что внутреннюю силу имеют именно те смыслы, которые мы черпаем из Священного Писания.

Если все-таки не обращаться к картине мира, основанной на истине, то можно прийти к абсурдному подходу. Например, молодой человек, у которого отнималась рука, пришел к врачу, а врач посоветовал ему гладить свою руку и говорить себе: «Я хороший парень» (реальный случай).

Джордж Бонанно считает, что, когда мы намеренно применяем эту технику внутреннего диалога и думаем о природе наших контекстуальных требований и о том, как мы могли бы лучшим образом отреагировать на ситуацию, мы мысленно спрашиваем себя, например, что происходит и что мне нужно делать. Комментируя эту мысль, можно сказать, что она может развиваться в двух направлениях. Первое – это стимуляция второй сигнальной системы, это активация нашей воли. И это хорошо, потому что мы просыпаемся от летаргического сна и спрашиваем себя: «Так, надо собраться и что-то начать предпринимать». Но все-таки, если у нас не выстроена какая-то созидательная духовная жизнь, то попытка какие-то встречные проблемы решить внутренним диалогом может увести нас во внутреннее бормотание.

Можно вспомнить эпизод, который произошел со старцем Ефремом Филофейским, когда он был на святой горе Афон. Ему стали приходить дурные мысли о его духовнике старце преподобном Иосифе Исихасте, хотя сам Ефрем и ехал-то на гору Афон, чтобы быть именно под его духовным руководством. И преподобный Иосиф посоветовал ему не то чтобы бороться с этими мыслями, а пресекать их молитвой, вообще не вступая с ними в диалог. Но некоторое время Ефрем все-таки пытался с ними бороться внутренним диалогом. И скоро он понял, что потерял молитву, потому что полностью переключился на борьбу с этими мыслями.

У преподобного Иосифа была икота, в отношении чего старца Ефрема штурмовали мысли, что ее старец – бесноватый, а икота якобы была тому подтверждением. Отец Ефрем пытался противоречить помыслам, то есть, как можно понять, пытался победить их словопрениями, спорами с ними.

«Не расстраивайся, дитя мое, – наставлял преподобный Иосиф, – пусть он [враг рода человеческого, демон] говорит что хочет. Не придавай этому никакого значения. Произноси Иисусову молитовку, дитя мое. А он пусть себе болтает. Он тебе еще много чего скажет. В одно ухо вошло, из другого вышло. Рвота ада бесконечна. Никто не может легко справиться с диаволом. Не начинай с ним спорить, ибо ты еще мал. Вошло – вышло. Ты только презирай эти помыслы, твори Иисусову молитву, и они сами уйдут».

Но отец Ефрем продолжил дело по-своему. «И это был даже не бокс, а нечто худшее, продолжавшееся целыми часами. Он говорил мне, я – ему, он – мне, я – ему. Я вел бесконечную полемику, не понимая, что со мной происходит, потому что я вообще многого не знал. Меня просто отличала природная отвага, и я ее проявлял, хотя и сам я, и мои знания были малы. Я пытался доказывать противоположное, а это было делом зрелых людей. Мне следовало бы избегать этой войны с помощью презрения к помыслам, чтобы быстро от них избавиться.

Эта битва продолжалась многие дни. Лукавый крепко бил в одну точку и усугублял положение. Он воровал у меня часы, предназначенные для бдения, заставляя меня биться с ним».

У святителя Игнатия (Брянчанинова) есть два сочинения: «Первый образ борьбы с падшими ангелами» и «Второй образ борьбы с падшими ангелами». Он считает, что эти аномальные, дикие мысли, усеваемые инфернальными силами, святые люди могли принять в себя, рассмотреть со всех сторон и исторгнуть. Но мы, немощные, видя приближение аномальной мысли, не должны вступать с ней в диалог, а должны тут же пресекать воздействие этой мысли на свою душу с помощью молитвы.

То есть человек, который надеется только на какие-то фразы, рискует запутаться. Конечно, когда мы находимся в более-менее равновесном состоянии, пусть мы и скорбим, но все-таки мы не потеряли еще окончательно равновесие, мы можем направлять свой ум на какую-то правильную стезю. Но, если мы чувствуем, что какие-то аномальные идеи нас просто давят со всех сторон, тогда уже надо переключиться на Иисусову молитву.

Как говорят бойцы одного из спецподразделений: «В рукопашном бою побеждает тот, у кого больше патронов». То есть врага не подпускать на ближний бой.

См. подробнее главу о борьбе с помыслами «С “террористами” в переговоры не вступать! Или открытие сознания для воздействия демонического мира» из текста «Преодолеть отчуждение (в том числе, – и о депрессии)», часть 4 «Депрессия как состояние сознания».

Джордж Бонанно также описывает так называемый дистанцированный разговор с самим собой. Он ссылается на исследование психолога, который показал, что такой вид разговора эффективен при решении эмоциональной ситуации. Имеется в виду, что в случае дистанцированного разговора, молодой человек по имени Джон вместо того, чтобы спрашивать себя: «На что я способен?», – спрашивает: «На что способен Джон?» или: «Джон, на что способен ты?»
Мысль, которая является одной из центральных в данной статье, заключается в отличии двух подходов.

Если Джордж Бонанно пытается свою стратегию развить на использовании определенных качеств как инструментов, и развитие этих качеств он пытается запустить с помощью фраз, но при этом не всегда понятна в целом та система, в рамках которой существуют эти качества и эти фразы. А православный подход предполагает все-таки ориентацию на какую-то масштабную панораму действительности, в рамках которой фразы из Священного Писания являются только каким-то сегментом общей картины мира.

Внутренний диалог как инструмент связи со Христом

Примеры того, как люди пытались опереться на интеллектуальную деятельность в условиях давления приводились в тексте «Интеллектуальная деятельность как стратегия выживания в условиях тотального давления». Чтобы не сойти с ума в условиях лишения возможности поддерживать деятельность ума некоторые пытались вспоминать что-то, например, из школьного обучения, кто-то считал, сколько кирпичей нужно для постройки такого-то дома. Такие стратегии не виделись Бруно Б. перспективными, так как информация, к которой люди обращались, не была глубоко связана с ними лично. Информация носила характер внешнего по отношению к личности знания, и потому такие стратегии наслаивались на стратегию администрации концентрационного лагеря.

Администрация, как показано в статье, стремилась подавить сознание заключенных с помощью, в том числе, запретов на общение и человеческую реакцию на страдание другого (и прочее).

Если сознание человека определенное время не получало стимуляции, то оно настраивалось на в плохом смысле этого слова адаптацию к тем сигналам, которые транслировались обстановкой лагеря. Лагерь предписывал человеку внешний по отношению к его личности регламент. И потому стратегия человека, стремящего выжить, но не «включавшего человека», наслаивалась на стратегию лагеря.

В статье приводится стратегия иного рода, которая нацелена не только на стимуляцию деятельности сознания (деятельность сознания не сводится к деятельности мозга, но в данном случае можно сказать и – «деятельность мозга»). Человек стремится сохранить внутренний мир, осуществляемый через деятельно реализуемую связь с Христом, помня, что то состояние, которое формируется сейчас, он перенесет с собой в вечность. И, если речь идет, например, о ненависти или апатии, то ясно, что с этими состояниями бороться нужно уже сейчас, так как в вечности, развившись, они станут основой для вечного страдания. Если твоя связь с Христом нарушилась, подумай, почему так произошло, как исправить положение, сделай шаг в данном направлении. Таким образом в тебе будет пульсировать жизнь, даже если тебя изолируют от внешних сигналов.

Конечный вывод статьи заключался в следующем. «Ни интеллектуальная деятельность сама по себе, ни наука не способны дать человеку истинной опоры. Неправильно воспринятая деятельность, а также излишнее погружение в нее могут послужить во вред, привести к потере личных качеств, к уходу в грезы. Интеллектуальная деятельность может способствовать выживанию даже в условиях запредельного стресса только в том случае, если она глубоко связана с центром человеческой личности, а также если в человеке живы совесть, любовь и вера».

Примеры неудачных дистанцированных диалогов

Действительно, есть в жизни определенные практики, которые работают, но так устроена аналитическая работа, что анализ выхватывает работающие подходы и пытается абсолютизировать их в отрыве от той питательной среды, которая придает этим подходам смысл. Здесь можно привести примеры дистанцированных диалогов, которые не приводят к успеху.

Первый пример – из повести Куприна «Поединок», в которой описывается подпоручик Ромашов, запутавшийся в своих переживаниях и ставший жертвой жесткой манипуляции. Ромашов сам себя окружал романтическим ореолом, и у него была привычка в отношении самого себя использовать определенные фразы с романтическим подтекстом. Куприн пишет: «И так как у Ромашова была немножко смешная, наивная привычка, часто свойственная очень молодым людям, думать о самом себе в третьем лице, словами шаблонных романов, то и теперь он произнес внутренно: “Его добрые, выразительные глаза подернулись облаком грусти…”». Можно предположить, что именно этот постоянный дистанцированный разговора с самим собой, скорее всего, и оторвал человека вообще от контакта с действительностью.

Второй пример, конечно, может быть оспорен как нереалистичный. Есть известный роман «Бойцовский клуб», на основе которого был снят не менее известный одноименный фильм. Главный герой поселяется в доме Тайлера Дёрдена и в этом доме находит тексты, представляющие собой монологи, производимые от имени одного из органов Джека.

Фильм показывает, как главный герой пытается остановить террористический акт. В итоге его схватывают его же сотрудники, и они пытаются привести в исполнение тот приказ, который он им дал ранее в бессознательном состоянии. Сейчас мы не будем разбирать, как можно интерпретировать образ Тайлера Дёрдена, этот вопрос разбирался в некоторых беседах «Мужская тема»[1].

Главный герой вырывается из рук своих сотрудников, которые в этот момент уже перешли в статус мучителей. И, когда он бежит от них, он говорит себе: «Я – страдающее сердце Джека». Но фильм, кстати, оказывается более оптимистичным, чем роман. В фильме главный герой выживает, а в романе злая сила, которая представляется в виде Тайлера Дёрдена, загоняет его на крышу во время террористической атаки на небоскреб. То есть главный герой погибает, а фразы, которые он использовал, ему никак не помогли.

Чтобы фразы помогали, они должны связывать человека не с ним самим, а с Богом, как бы пафосно эта мысль ни звучала. Фразы могут и не содержать в себе молитвенного обращения, но подразумевать его, подталкивая к нему, имея его как бы в себе.

О том как молитва помогала некоторым воинам выжить, см. текст «Воин и молитва».

Роль социального опыта в травмирующей ситуации

В качестве примера дистанцированного разговора Бонанно приводит историю Пола. Пол был избит и после этого боялся выйти на улицу, потому что ему казалось, что его мучители следят за ним, высматривают его. Но он сказал себе, мол, давай, Пол, возьми себя в руки, ты сможешь преодолеть это, ты умный парень, ты со всем разберешься.

Примечательно, что Джордж Бонанно делает ставку именно на фразы, а не на те социальные отношения, которые уже были у Пола. Его история показывает, что к нему хорошо относились коллеги, у него были очень длительные отношения с девушкой. Когда его коллеги узнали, что на него было совершенно нападение, все проявили к нему очень большое участие, что, кстати, не так уж часто встречается в нашей жизни. То есть, возможно, выйти на улицу Полу помогли не столько фразы, сколько социальный опыт, который был у него сформирован в результате социального взаимодействия.

Действительно, когда мы общаемся с людьми, мы же постоянно сталкиваемся с конфликтными ситуациями, даже со ссорами. Бывает, когда в первый раз проходишь через ссору с близким человеком, тебе кажется, что отношения разрушены навечно. Но потом – ты только делаешь какой-то первый шаг и видишь, что и раны зарастают, и люди охотно готовы идти на контакт. И благодаря реализации социальных отношений у тебя формируется опыт того, что многое преодолимо. А с Богом вообще, наверное, все преодолимо.

И вот вопрос – если бы у Пола не было этих социальных отношений, помогли бы ему сами по себе эти мотивирующие фразы?

Опасность диалога с самим собой, не основанного на высших смыслах

Бонанно отмечает, что люди могут создавать собственный диалог с самими собой. На самом деле, опять же, если здесь нет опоры на какую-то масштабную панораму действительности, собственный диалог с самим собой может оказаться провальной стратегией.

Когда Джед, потерявший ногу (тоже один из описанных Бонанно пациентов), пытался прийти к каким-то высшим смыслам, он записал, что́ думает о Боге и о Вселенной. Но впоследствии он уничтожил свои записи и вовсе распрощался с желанием найти какие-то высшие смыслы.

«Он прочитал в литературе по травматологии статьи о важности поиска смысла жизни. Он попробовал это сделать. Он записал свои идеи о Боге и Вселенной. Он привел их в соответствие. Но несчастный случай и последовавшая за ним длительная борьба изменили все. Джед заново открыл себя. «Мне пришлось выбросить это из головы. Я сделал это добровольно. Это было осознанное решение, типа “Я больше не могу так думать”. Я перестроил свое представление о причинно-следственной связи. Вы знаете, “Плохие вещи случаются”. Я изменил свое мировоззрение и заменил его любовью к семье и людям, а также служением, вы знаете, преданностью делу, науке и карьере, стремлением быть полезным”. Когда его жизнь стабилизировалась, он нашел способ выразить свое мировоззрение в работе, которую он проводил – и продолжает проводить – с людьми, пережившими травмы.

Нужно заметить, что в этой ситуации видна некая спорность самого подхода. Возможно, здесь стоит сделать шаг в сторону и упомянуть небольшую лекцию протоиерея Олега Стеняева о том, как расцерковлялся Запад[2].

Если сократить лекцию буквально до нескольких смыслов, то стоит сказать, что с течением истории западное общество сделало акцент на разум. И в какой-то момент разум встал над Священным Писанием. А потом стали более важны эмоции, чем Священное Писание. А потом – и свои мысли. То есть, по этой логике, если человек не понимает догмат о Пресвятой Троице, то этот догмат становится не нужен. И, возможно, то обилие сект, которое есть в Соединенных Штатах, и то количество протестантских деноминаций – как раз каким-то образом коррелируют с этой описанной практикой внутренних диалогов.

В общем, Джед в своих размышлениях не замечал фундаментальной ошибки – что его собственные мысли о Боге и Вселенной вовсе не обязательно отражают реальное положение дел. Ведь Бог является Личностью, с Которой ты вступаешь в реальные отношения. Представьте, например, что у вас есть коллега, и вы хотите сделать ему приятное, подарить ему какое-то блюдо на день рождения. Но при этом вас не интересует, что ваш коллега любит, а что не любит, и вы дарите то блюдо, от которого ему вообще плохо.

Так же и мы вступаем в отношения с Богом и узнаем о Нем из Священного Писания. Например, мы узнаем, что Господь призывает людей к милосердию. То есть, если ты хочешь вступить в отношения с Богом, как ты можешь это сделать? Пророк Исаия говорит: «Научитесь делать добро, ищите правды, спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову. Тогда придите – и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, – как снег убелю; если будут красны, как пурпур, – как волну убелю» (Ис 1. 17–18). То есть – подготовь свою душу ко встрече с Богом милосердием, и тогда у тебя больше будет шансов познать Творца. Также Бог через пророка Исаию говорит: «Мои мысли – не ваши мысли, ни ваши пути – пути Мои, говорит Господь. Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших» (Ис 55. 8–9).

То есть то, что Джед писал о Боге, возможно, не отражало адекватного положения дел, и эти мысли, конечно, не могли его напитать, они не могли стать для него высшим смыслом. Поэтому, если человек устраивает собственный диалог с самим собой, основанный в некоторых случаях и на нарциссических идеях, это ни к чему конструктивному не приведет. И, кстати, если у тебя нет какой-то разумной картины мира, то тебе и не распознать, где у тебя нарциссические идеи, а где – разумное дерзновение.

Если у человека нет знаний о Боге, основанных на Откровении, то он не может из своего интеллекта вывести всю картину мироздания. Потому что возникает масса вопросов, на которые человеку трудно ответить, не зная каких-то истин веры. Например – если Бог есть, откуда в мире зло, почему умирают дети? Ну, и так далее. Здесь можно сослаться на некоторые ответы, которые были подготовлены для различных людей.

Ссылки на нижеследующие и иные материалы представлены здесь:

Ответы на тему веры:
«Вера. Сомнения в Вере».
«Вера. О страдании и Промысле».
«Вера. О Вере».
«Трудности и Вера».
«Вера и социальная жизнь. Духовность, радость и предметный мир».
«Вера. Приходящей к Церкви о Царстве Божием и Образе Божием в человеке».
«Вера. Приходящей к Церкви о происхождение зла (также – о страдании, падших духах)».
«Вера. Приходящей к Церкви – о Новом Завете и о Христе (что же совершил Христос?)».
«Вера. Приходящей к Церкви – о Священном Писании и о Иисусе Христе (на вопрос о поклонении и служении)».
«Молитва. Зачем нужен храм и богослужение, если Богу надо кланяться духом и истиной?»
«Богопознание. Нужны ли Храмы и книги. Говорит, что и так чувствует любовь».
«Вера. Печаль и туга сердечная, кажется, что жизнь в вере не удалась (в 3-х частях)»
«Зло. Вера и вопрос о происхождении зла. Почему Бог попускает быть страданиям, искушениям, в том числе – инфернальным?»
Ч 1 «Почему Бог попускает быть страданиям и искушениям?»
Ч. 2 «Как относиться к страданию?»
Ч. 3 «Обретения ясности понимания с точки зрения Истины».
Тексты на тему веры:
«О вере»
Часть 1 «Откуда берется религиозный экстремизм: О чем спросил мусульманин, посетивший Соловки?»
Часть 2 «Чем отличаются православие и католицизм и протестантизм: О чем спросили француженки, посетившие Соловки?»
Часть 3 «Как познать Истину?: Что спросил паломник из Великобритании?»
Часть 4.1 «Познание Истины и состояние ума».
Часть 4.2 «Преодоление внутреннего раскола через связь со Христом».
Часть 5 «О вере и кризисе веры».
«Только православные спасутся? А как же – другие?»
Про отличие от восточных религий: текст «Цикл бесед “Восточный цикл” и входящие в цикл беседы про буддизм»

Трудно сказать, что Джед на самом деле думал в отношении Бога. Опять же, возможно, он думал, что, раз есть Бог, то Он должен быть Тем, кто на всех ниспосылает благодеяния вне зависимости от того, как эти люди живут. Некоторые люди считают, что Бог им чем-то обязан, в то время как они сами ничем не обязаны по отношению к Богу. И, соответственно, когда возникает какая-то трудность, появляется протест, даже ропот на Бога. Но это уже отдельный большой разговор, когда ставится вопрос о том, что, если Бог есть, почему Он допускает зло. Некоторые ответы на эту тему были приведены выше.

Здесь можно привести в пример еще ответы про изнасилование.

«Изнасилование. Девушка подверглась изнасилованию,
Ч.1. «Тяжесть на душе, женское умерло»
Ч.2. «Тяжесть на душе, женское умерло»
Ч.3. «Про прощение и вопрос “За что?”»

Можно также отметить, что те люди, которые вообще выводят Бога за скобки и сосредоточиваются на карьере, на каком-то этапе сталкиваются с ощущением пустоты. Ты достигаешь высот в карьере, достигаешь всего, чего ты когда-то хотел достичь. Но в то же время ты понимаешь, что это не сделало тебя счастливым, это не сделало тебя наполненным.

Здесь можно упомянуть одного человека, который работал в крупных корпорациях. Однажды он оказался в Африке один, без телефона, а он много чего продумывал в своей жизни, и, начав выбираться из того опустошенного состояния, в котором он находился, он в какой-то момент обратился к православию. И, так как он имел аналитический склад ума, он вскоре понял, что не встречал более гармоничной системы, чем православная вера. Он понял, что догматы православия – выстраданы и что все они каким-то удивительным образом сочетаются друг с другом. Тогда как эзотерические мысли, например, распадаются и не могут быть встроены в цельную систему.

«Лицемерие и цинизм, боязнь непредсказуемых сил приводит к хаосу, а, следовательно, к попытке найти хоть что-то стабильное, то есть – цивилизацию. Этот страх порождает рабство, причем всех: и цезарей и последнего раба. Я думаю, что в ближайшем времени мы будем вынуждены жить в условиях “ожидания нашествия варваров”, то есть постоянных апокалиптических новостей, периферийных войн и очевидным разделением по цеховым, родовым, племенным, или иным признакам, обеспечивающим ощущение защищенности в условиях глобального хаоса пусть и ценой потери свободы.

Но так оно уже было в мире.

Теперь о Христианстве, точнее моему обращению. Чернышевский мог бы не умствовать в камере, а наклеить надпись “Что делать?” на Новый Завет. Мне кажется мне следует отдельно рассказать об этом, если будет интересно, не перегружая и без того длинный патетический текст. Могу только сказать, что, относясь совершенно легкомысленно к Вере, я начал просто с утренней молитвы, затем эпизодического посещения Литургии и приобщением к Таинствам. Затем вдруг все драматически поменялось, казалось, что жизнь рухнула. Я оказался один, без работы, с перспективой потерять семью. Тогда я поехал в Африку. Там был, мягко сказать, стресс. Я испытал панику, страшную панику, когда, лежа на газоне, перед домом, мне казалось, что все – сердце останавливается и бессмысленно хвататься руками за воздух. Но этого оказалось не достаточным, чтобы вразумиться. Я смог заново отстроить свою профессиональную жизнь и получил достаточно средств, чтобы чувствовать себя свободным, но главное – не так сильно переживать хотя бы за материальный достаток моей дочери, если со мной что-то случиться. И вот здесь я получил окончательное, надеюсь, вразумление.

Что-то мистическое в этом есть, конечно. Произошло это весьма банально: я был в Намибии, город Свакопмунд, бывшая немецкая колония, и я впервые остался один – вообще один, без коммуникации, телевидения, без всего. Я подумал, что это хорошая идея, надо решить, что делать дальше, надо побыть одному. И я испытал шок. От самого себя. Мне первые дни было очень страшно. Я ночью не мог заснуть. Пошел гулять по океану, а у нас там океан суровый. Атлантика, открытая вода – следующая суша это уже берег Бразилии. Я шел и размышлял, о том, как я поеду на охоту, что дальше делать по работе, как выстраивать отношения в семье, которой, как мне казалось уже не было, прочие бытовые какие-то бессмысленные дела. И вдруг мне как обухом ударило по голове. В голове звенело: какой же я дурак, просто глупец. То, что казалось важным – это все иллюзии, фокусы.

То, что я считал наказанием, было вразумлением, а я с упорством, достойным иного применения, скакал на тех же граблях. То, что я считал в себе мудростью, способностью к любви и мужеством, по сути своей было хитростью, сластолюбием и осторожностью. Я понял, что мне страшно оставаться наедине с собой и первостепенная задача – разобраться в себе и понять, в какой реальности я живу. Еще я вспомнил, что всю жизнь какая-то невидимая сила постоянно пыталась отвести меня от глупости, от греха. Словно внутренний голос говорил, если ты это сделаешь – будешь страдать. Я делал и страдал.

Я понял, что должен благодарить Бога за то, что имею, что получил вопреки собственному скудоумию. Тогда я начал пытаться благодарить: хотя бы читать утренние и вечерние молитвы, прочел учебник Закон Божий, слушал лекции по Священному Писанию, читал Писание, нашел ваши видео беседы.

Я был удивлен, что в США после ковида взрывной рост прихожан Православной церкви. Нашел их канал на youtube на английском. Это дало мне другой взгляд на америку и западный мир. Сначала мне было сложно сфокусироваться на церковно-славянском языке. Казалось нудным и бессмысленным. Я все же выучил азбуку и стал читать правила на церковно-славянском. Я понял, что это правильно, нужно идти к знанию, а не только получать его в доступной оболочке, хотя с удовольствием смотрю и популярные толкования на Экзегете, или Фоме.

Теперь, если я вдруг возвращаюсь в “старый мир”, перестаю соблюдать правила, начинаю опять упражняться в пустословии и чревоугодии – дня два-три и всё – на меня накатывает волна отчаяния и пустоты. Я её боюсь и стараюсь избегать теперь всеми возможными способами. Для меня чудесным откровением было то, что на службе в Шардже я встретил своего знакомого, который добился всего, что хотел в карьерном плане, уехал, как казалось, на пенсию в Монако, а вот теперь служит дьяконом и наконец то успокоился.

Я могу много рассказать об Индуизме, или Исламе, которые исповедуют мои друзья в Дубае, но для себя я понял, что Православное Христианство – это подлинная красота логики и Истина».

Когда этот человек читал молитвы на церковнославянском языке, он понял, что надо изучать этот язык. И со временем ему удалось выйти в состояние равновесия. И он отмечал, что, когда он начинает умничать, он опять сталкивается с состоянием пустоты, отчаяния. Он этого состояния боится и старается, чтобы оно не наступало.

О том, как себя удерживать в этом состоянии равновесия, нужно поговорить отдельно. Эта тема была поднята в восьми ответах, ссылка на которые будет приведена.

«Наркомания. Девушке, которая не удержалась и опять покурила ПАВ. Ч. 1: О срыве и одиночестве»
«Наркомания. Девушке, которая не удержалась и опять покурила ПАВ. Ч. 2»
«Наркомания. Девушке, которая не удержалась и опять покурила ПАВ. Ч. 3»
Помыслы. Ч. 1. Голоса (инфернальное ли или психика), в прошлом хаотичный интим
Помыслы. Ч. 2. Голоса, которые уничтожают изнутри
Помыслы. Голоса (Ч. 3). Девушке, которую хотели затянуть в аномальные отношения. О секте «Нексиам» и взломе психики
Помыслы. Голоса (ч. 4). Голоса, которые уничтожают изнутри
Помыслы. Голоса, которые уничтожают изнутри. Ч. 5. В прошлом ПАВ и хаотичный интим.

Здесь можно привести в пример еще одного человека, который на каком-то этапе понял, что его жизнь слишком пуста, и ему захотелось, чтобы в жизни появился какой-то смысл. Он знал, что есть такая практика – кумиротворение. И он выбрал себе в качестве цели одну певицу. Он думал, что будет узнавать про нее все, и так у него появится какое-то внутреннее содержание. Достаточно быстро ему эта практика надоела. Потому что, если в твоем внутреннем диалоге нет истины, он не способен тебя напитать. И святые отцы свидетельствуют, что все, что делается по страсти, человек рано или поздно бросает.

Внутренний диалог, основанный на истине

Во всех этих ситуациях можно предложить внутренний диалог, основанный на истине. И здесь можно расширить наше представление о практике святых отцов в отношении использования фраз из Священного Писания. Например, некоторые не понимают, для чего мы читаем Псалтирь, мол, Псалтирь – это чужие слова, а хочется молиться своими словами. Но дело в том, что, если у нас нет опыта молитвы, мы не знаем, сколько и как молиться своими словами.

Проблема еще в том, что во время экстремальной ситуации мысль о молитве, если она не переросла в навык, подавляется страхом, ужасом, и мы вообще можем забыть о молитве. Многие люди, которые имели опыт столкновения с инфернальными силами, говорят, что в такие моменты у тебя как будто рот заклеивается, ты не можешь вспомнить слова молитвы, потому что ужас тебя подавляет.

И здесь можно сослаться на сочинение святителя Игнатия (Брянчанинова) «Слово о келейном молитвенном правиле». Он говорит, что святая Церковь в молитвенном правиле дает нам подсказку, включая в него молитвы святых. А опыт показывает, что, если мы со вниманием прочитываем тексты святого человека, мы хотя бы немного приближаемся к тому состоянию, в котором находился святой, который этот текст написал. Соответственно, тексты, которые святые люди писали в моменты своих молитвенных озарений, хотя бы на микрон приближают нас к тому состоянию, в котором находились они.

А еще из молитв, которые составлены святыми, мы как раз узнаем что-то о Личности Бога, узнаем об определенных принципах, которые позволяют нам вступить в общение с Ним. Мы готовимся к покаянию, к очищению своей души. До нас доносится идея, что, чтобы вступить в общение с Богом, нужно отказаться от грехов.

Также стоит отметить мысль одного автора, который говорил, что люди, читающие Псалтирь, иногда вдруг начинают испытывать ощущение, будто псалмы говорят о них лично. Слово Божие обладает таким непостижимым эффектом. И, соответственно, слова псалмов, которые касаются каких-то очень глубоких струн, со временем становятся как бы нашими личными словами. Они не то, чтобы заменяют наши мысли, но, как писал Иван Ильин, – в Законе Божьем человек узнает свою мечту. Мечту не в смысле фантазии, а в смысле какой-то главенствующей цели. Ту мечту, которая тебя ведет по жизни.

И, соответственно, слава псалмов, как-то оформляют наши стремления и окрыляют нас. И получается, что, если у нас есть навык чтения Псалтири и в экстремальной обстановке наше сознание подавляется – ужасом, шоком, бессонницей или усталостью, – слова псалмов сами собой всплывают, включаются в работу нашей мысли. И тогда наш собственный внутренний диалог с самими собой переводится в какую-то более высокую степень. Это уже не диалог на тему отчаяния и того, что все пропало, а диалог, который призывает к какому-то конструктиву.

Джордж Бонанно отмечает, что целенаправленный разговор с самим собой доказал свою эффективность в отношении навыков, связанных с компонентами, на базе которых формируется гибкость, идея которой было озвучена выше. Речь о таких навыках как «регулирование оценок, укрепление уверенности, содействие принятию стратегических решений, увеличение усилий, контроль эмоций и изменение или корректировка использования стратегии».

Выше уже не раз отмечалось, что, когда мы все-таки знаем, что Промысел Божий есть, то мы понимает, что, если Господь нам дал какую-то ситуацию, в этой ситуации есть смысл. Если Господь дал нам эту ситуацию, значит, она будет для нас посильной. То есть, если мы верим в Промысел Божий, у нас сама собой рождается мысль о том, что мы сможем пройти то, что нам ниспослано.

Также отмечалось, что, с точки зрения духовных авторов православия, возмездие в вечности является не решением Бога в отношении нас, а развитием того внутреннего состояния, которое мы воспитали в себе при жизни. То есть если мы воспитываем в себе злобу и ненависть и с этими качествами переходим в вечность, то мы заготавливаем себе вечные страдания. Соответственно, человек, понимающий, в чем стоит возмездие, если он и оказывается в негативных переживаниях, то он все-таки может встрепенуться, понимая, что сейчас надо принимать какие-то усилия, чтобы ни в коем случае не дать этим состояниям закрепиться в виде негативных навыков, то есть в виде страстей. И у такого человека уже сам собой возникает некий посыл, направляющий его к конструктивной регуляции эмоций.

То есть то, что Джордж Бонанно предлагает делать с помощью целенаправленной речи, в православной культуре достигается через построение масштабной картины мира, в которой этот диалог является только частью или сегментом.

Евангелие как руководство к построению жизни вокруг истинной доминанты

Также можно предположить, что современным психологам очень не хватает понимания принципа работы физиологии мозга. Академик Павлов как раз говорил, что там, где знание физиологии мозга может снабдить нас четким пониманием происходящего, психология предлагает лишь туманные решения (здесь не абсолютизируем мысль Павлова и не отвергаем психологию, в предыдущей части пояснялось, что Павлов строил свои выводы на данных, полученных в узких экспериментальных условиях, см. главу «Сводил ли академик Павлов человека к рефлексам?»).

Бонанно пишет, что «гибкость предполагает координацию различных навыков, их отслеживание, а также корректировку и изменение по мере продвижения, и эти процессы требуют, по крайней мере, некоторого осознанного контроля». Без него наша способность быстро адаптироваться снижается.

Идея координации различных навыков и представляет саму идею доминаты. Домината в едином марше выстраивает работу всех систем организма. И, соответственно, для христианина домината – это связь со Христом. Вокруг нее строится и духовная жизнь, и жизнь социальная. А руководство к духовной и социальной жизни – это Евангелие.

Чтобы сохранить духовную искру, необходимо развиваться. И то, что появляется в результате такого развития, становится частью иммунитета, противостоящего травматическому воздействию. О том, как именно хранение связи с Христом помогает создать основу для обретения и удержания равновесия, – в приведенных текстах и в иных, ссылки на которые даются в начале первого.

Текст «О вере».
Часть 4.2 «Преодоление внутреннего раскола через связь со Христом».
Часть 5 «О вере и кризисе веры».

Евангельский образ жизни достигается не через использование одной какой-то фразы или одного какого-то действия, как и гибкие движения организма достигаются не через работу одной мышцы, одной косточки, а – через совокупную работу всего: и нервной системы, и костно-мышечного аппарата. А вот доминанта как раз все многообразие системы направляет на достижение одной цели. И, соответственно, если эта главная цель не выяснена и не понята человеком, то и гибкость становится очень труднодостижимой.

О методике «наилучшего из возможного»

Джордж Бонанно отмечает, что гибкий подход предполагает три взаимосвязанных убеждения: оптимизм, уверенность и способность справляться с трудностями. Эти три убеждения помогают не сдаться перед решением сложных задач. Также он описывает методику «наилучшего из возможного», при которой люди представляли себя в будущем, в котором все сложится настолько хорошо, насколько это возможно. То есть люди записывали свои навыки, желания, цели, которые хотели бы достичь в будущем, а затем продолжали представлять себя такими самостоятельными. Через две недели участники данной методики становились более оптимистичными, чем раньше.

Опять же, одним из центральных спорных моментов всех этих методик, которые описывает Джордж Бонанно, является их виртуальный характер. Все-таки исследования проводятся над людьми, которые смотрят фильмы, что-то записывают, потом замеряют свои ощущения. Исследования не проводятся на бойцах, которые проходили бы определенные методики до нахождения на фронте, а потом специалисты замеряли бы их состояние после возвращения домой.

Как уже было сказано, создавая вариант «наилучшего из возможного», можно оторваться от действительности и на каком-то этапе чувствовать себя очень хорошо. Ты можешь представлять, что, продавая то-то и то-то, ты заработаешь столько-то и столько-то, купишь себе дом, и ты будешь себя чувствовать прекрасно. Но не факт, что, столкнувшись с суровой действительностью, ты сохранишь в себе все то, что ты себе наработал.

В качестве понятного примера можно привести просмотр боевика. Один знакомый рассказывал, что, когда в России начались показы первых боевиков и появились первые видеомагнитофоны, он, будучи мальчишкой, выходил во двор с таким чувством, что он может «решить любой вопрос», – просто потому, что посмотрел боевик. А квартал, где он жил, был рабочий, и драться приходилось очень часто. И понятно, что, чтобы выживать, необходимо было все-таки развивать в себе реальные бойцовские навыки, а не просто фильмы смотреть.

Ведь если ты просто посмотрел фильм и начал себя ассоциировать с главным героем, который раскидывает накачанных противников пачками, то, действительно, во время просмотра ты можешь себя чувствовать очень оптимистично. Но, когда ты увидишь реальных противников, у тебя активируются страх, тревога.

Есть даже такая бойцовская сентенция, что в критических обстоятельствах боец падает до низшего уровня своей ежедневной натренированности. Потому что есть дни, в которые ты работаешь в зале на пике своей активности, а есть дни, когда ты устал, подавлен и тренируешься через силу. И ты не знаешь, в каком состоянии тебя настигнет экстремальная ситуация. Поэтому нужно быть готовым к тому, что нападение на тебя будет совершено именно тогда, когда ты будешь подавлен.

Поэтому методики, которые искусственно поднимают оптимистичность, могут оказаться провальными. То, что несет в себе разрыв с действительностью, может заставить человека заплатить большую цену. То, что он чувствует себя оптимистично, игнорирует те сигналы опасности, которые вообще надо бы оценивать, – может привести к печальным последствиям.

О действии Промысла Божия в экстренных ситуациях

В качестве альтернативы той методике, которую предлагает Джордж Бонанно, можно было бы посоветовать чтение мемуаров христиан, прошедших гонения. Это уже упомянутые «Милосердия двери» Алексея Арцыбушева, и «Сколько стоит человек» Евфросинии Керсновской, и «Россия в концлагере» Ивана Солоневича, и «Молодежь и ГПУ» Бориса Солоневича, и «О действии благодати Божией в современном мире» монахини Елены (Казимирчак-Полонской). И, конечно, «первые 40 лет моей жизни» протоиерея Михаила Труханова, а также «Крутой маршрут» Евгении Гинзбург.

Читая эти мемуары, мы видим, как люди оказывались в ситуациях, которые по человеческим меркам вообще невозможно было разрешить. В этих ситуациях не было ни одной зацепки, чтобы совершить хоть какой-то осмысленный выбор. Но тем не менее они как-то для себя разгадывали эти жизненные ребусы, им помогал Промысел Божий.

И, вникая в эти мемуары, мы видим, что Промысел Божий реально существует. Но также мы понимаем, что Промысел Божий порой несколько отличается от того, что мы принимаем за Промысел Божий. Часто мы представляем себе Бога как такого Санта-Клауса, который всем должен обеспечить по подарку. Но иногда для того, чтобы помочь человеку избавиться от страстей, которые помешают ему в вечной жизни, чтобы помочь человеку сформировать добродетели, Господь позволяет ему погрузиться в тяжелую ситуацию. Но мы знаем, что Господь не оставляет человека в этой ситуации одного, Он дает ему мудрость, силы, стойкость.

Итак, читая воспоминания христиан, прошедших гонения, мы понимаем, что, где бы ты ни оказался, что бы с тобой ни случилось, Господь будет рядом с тобой. Если ты, конечно, сам будешь стремиться к соединению с Ним через жизнь по заповедям Евангелия, сам не отступишь от Него.

Память о благодеяниях Божиих

Джордж Бонанно рассказывает, что в одном из подходов для повышения уровня уверенности использовались письменные упражнения, в ходе которых участники описывали случаи, когда они эффективно справлялись с переживаниями или трудностями.

В отношении этого подхода можно вспомнить наставление преподобного Марка Подвижника, помещенное в первом томе «Добротолюбия». В своем послании некоему аскету Марк Подвижник советовал ему вспомнить обо всех благодеяниях, которые были в его жизни. Также преподобный Марк советовал особо отметить факт выживания этого аскета в кораблекрушении, где выжил только он, а все остальные погибли. По мысли преподобного, память о благодеяниях Божьих побуждает человека к преодолению уныния и отчаяния: если Господь помогал раньше, значит, и впредь ты не будешь лишен милости Божьей.

Кстати, в совете преподобного Марка решается и тягостный для некоторых людей комплекс выжившего, если так можно его назвать. Потому что человек, выживший в какой-то экстремальной ситуации (как аскет – в кораблекрушении), начинает мучиться вопросом: почему я выжил, когда все погибли. В творениях преподобного Марка дается ответ, что, если Господь дал выжить, значит, в этом была разумная цель.

Что делает все трудности преодолимыми

Джордж Бонанно отмечает, что «чувство мастерства, которое мы испытываем, как правило, сохраняется и влияет на последующее выполнение задачи. … Экспериментальные исследования также показали, что простого инструктажа участников воспринимать ожидаемый стресс-фактор как вызов может быть достаточно, чтобы активизировать физиологический процесс преодоления стресса».

Уже было отмечено, что вера в Промысел Божий уже изначально ориентирует человека на восприятие трудности как вызова. Поразительные высказывания на этот счет приводятся в конце статьи «Посттравматический рост и опыт христиан, переживших гонения. Между памятью и забвением». Среди прочего там приводится мысль епископа Василия (Родзянко) о том, что не надо бояться трудностей, потому что через эти трудности Господь оказывает нам благодеяния духовного порядка. Но, опять же, если у тебя нет какой-то высшей цели, цельной картины, то стремление воспринять трудность как вызов еще неизвестно куда заведет.

Анализируя кризис внутреннего состояния, с которым люди сталкивались во время пандемии, Бонанно отмечал, насколько была необходима опора на поддержку других людей и на связь с близкими. Он также замечал, как необходимо было получение информации, но при этом без чрезмерного потребления медиа. «НЕКОТОРЫЕ СТРАТЕГИИ оказались особенно подходящими для борьбы с карантином в условиях пандемии. К ним относятся, например, опора на поддержку других людей; установление связей с близкими людьми; получение информации, но не чрезмерное потребление МЕДИ … Как уже начали показывать исследования, было особенно важно свести к минимуму изоляцию, проводя совместные семейные мероприятия и поддерживая связь с друзьями и коллегами по телефону, видеочату или любыми другими доступными способами».

Но выше уже отмечалось, что, если мы понимаем, для чего мы используем медиа, они не переориентируют нас на себя. Если же, напротив, мы не управляем процессом вовлечения в медиа, то они начнут управлять нами, и тогда мы столкнемся с аддиктивной фиксацией на медиа.

Смирение – от слова «мир»

У Джорджа Бонанно были также интересные мысли по поводу смирения. Иногда можно услышать раздраженные отзывы в отношении христиан о доброте и смирении, мол, христиане – терпилы. Потому что некоторые люди ошибочно воспринимают смирение как пассивность и апатию, хотя в корне слова «смирение» находится слово «мир».

Человек воспринимает ситуацию смиренно, исходя из внутреннего мира, и, находясь в спокойном уме, он начинает принимать какие-то решения. Кстати, опыт показывает, что, когда ты находишься в состоянии смирения, ты можешь принять наилучшее решение.

Предваряя размышления Джорджа Бонанно о смирении, можно вспомнить автора, который далеко отстоял от христианского понимания жизни, – Лоуренса Гонсалеса. В своей книге «Остаться в живых. Психология поведения в экстремальных ситуациях» Гонсалес попытался создать обоснованную систему выживания. Но, опять же, вследствие того, что современным авторам не всегда дается понимание масштабной панорамы действительности, в которой живет человек, сама западная мысль работает, скорее, на расчленение реальности на сегменты, нежели на объединение сегментов в целостное полотно. Поэтому, описывая какие-то истории выживших, Гонсалес не всегда может дать им идеальную интерпретацию. Но некоторые из его идей видятся справедливыми.

В частности, Гонсалес отмечает, что главным качеством для выживания является смирение. Люди типа Рэмбо в реальности погибают первыми. При этом смирение не означает, что, если человек оказался на необитаемом острове, он сразу опускает руки. Наоборот, Гонсалес отмечает, что способность к выживанию тесно связана со способностью к быстрой смене карты. То есть ты понял, что идешь не по маршруту, но ты быстро переориентировался.

Примерно то же самое, кстати, пишет и Бонанно об анализе контекста. Когда мы находимся, в какой-то ситуации и анализируем контекст, мы видим, работает ли стратегия, которую мы используем, или нет.

Это важно потому, что, бывает, ты идешь каким-то путем или что-то строишь, и вдруг понимаешь, что идешь не туда и строишь не то. И тут может срабатывать такой психологический эффект, что человеку трудно распрощаться с потраченными усилиями, и он продолжает дальше заниматься ошибочным проектом. То есть ему трудно смириться с мыслью, что он столько денег и времени потратил впустую.

И, соответственно, несмиренный человек, оказавшись на необитаемом острове, начинает метаться, он не может признать факт совершившегося. А пока он мечется, наступает ночь и возникает риск встречи с хищными зверями. А пока человек бегал по острову, он потерял ружье и забыл, где вообще находится его стоянка с необходимыми вещами.

Но человек, обладающий качеством смирения, может мгновенно осознать, что он оказался на необитаемом острове. Это произошло. То чудовищное, чего он боялся, произошло. И поэтому сейчас, пока не наступила ночь, нужно срочно приготовить себе какое-то убежище и дальше уже действовать по обстановке.

В отношении смирения Джордж Бонанно приводит уже упомянутого Джеда, который потерял ногу. Раньше Джед строил себе планы, у него были различные стратегии. И как раз здесь Бонанно показывает, что то, что Джед раньше считал эффективным, теперь не работает. Со временем здоровье Джеда ухудшилось, и то, что Джед думал о будущем, все менее и менее имело шансов сбыться.

Его здоровье ухудшалось, он испытывал сильную утомляемость. «Джед постепенно пришел к осознанию того, что его новые трудности могут быть постоянными, что, вполне возможно, их невозможно исправить. И если это было правдой, то, как бы сильно он ни желал обратного, у него не было другого выбора, кроме как смириться с тем, что он есть, и идти дальше».

Опять же, смириться – это не значит опустить руки. В данном случае это значит признать, что у тебя теперь нет ноги, есть постоянные боли, есть куча проблем, которые вообще непонятно, как решать. И это – твоя стартовая точка, с которой ты начинаешь. Можно сколько угодно мечтать о будущем, видеть себя уже исцеленным, с двумя ногами, махом решающим кучу проблем. И он сосредоточился, соответственно, на более эффективном способе лечения тех проблем, которые у него были на данный момент. Он направил свои силы на улучшение того, что еще можно было улучшить.

И далее мы снова сталкиваемся с необходимостью понимания того, насколько важен социальный контакт. Когда Джед почувствовал себя хуже, он решил, что у него нет сил, чтобы общаться с людьми. Он ограничил свой круг общения самыми близкими. Но потом, по мере ухудшения здоровья, он понял, что нужно вернуться к тому, что его поддерживало, вернуться к общению.

Но здесь, опять же, надо еще раз вспомнить идею эмоционального капитализма. В книге Джорджа Бонанно рассказывается о человеке, который находился в самолете и решил, что ему нужно как можно больше общаться, чтобы не испытывать тревоги. Все-таки в православном понимании любовь к людям первична. А возникающее общение – это то, что происходит, когда у тебя есть внимание к другому человеку. И тогда общение действительно приносит благие плоды.

Человек с тобой делится какой-то информацией, своими подходами. Что-то из его истории тебя вдохновляет. Но в случае с эмоциональным капитализмом для тебя важны только свои эмоции, тебе важно самому проговорить что-то или комфортно провести время полета, а человек, сидящий рядом, воспринимается тобой просто как инструмент. При таком подходе социальный контакт может не дать тех плодов, которые должны рождаться из социального контакта.

Итак, Джед все-таки вернулся к людям, и плюс он начал экспериментировать с физическими упражнениями. Поначалу физические нагрузки только усугубляли его симптомы, но затем он обнаружил, что для него все-таки возможны кратковременные занятия на велотренажере. Он постепенно увеличивал свои занятия, «укрепил свою выносливость, и со временем физические упражнения стали незаменимым средством для поднятия настроения».

О воспитании в себе созидательных навыков

Здесь можно вспомнить книгу преподобного аввы Дорофея. В его, казалось бы, простых заметках содержатся очень глубокий опыт и знания о природе человека. Хотя в этой книге не упоминаются какие-то термины изучения физиологии мозга, но, по сути, все то, что пишет преподобный, коррелирует с учением о физиологии мозга.

Авва Дорофей постоянно вращается к теме навыков. Он рассказывает, что было время, когда у него не было навыка к чтению, и, когда ему нужно было обратиться к книге, он чувствовал себя как тот, кому нужно прикоснуться к дикому животному. Но со временем, понуждая себя к чтению, он развил в себе такую тягу, что от сладости чтения он даже забывал о еде. И один доверенный ему человек просто готовил для него, что считал нужным, а авва Дорофей ел то, что находил приготовленным. И когда авва уже поступил в монастырь, он вспомнил этот опыт обретения навыка чтения, и этот опыт его воодушевил. Он понял, что если тогда упражнение в чтении привело его к тому, что он начал читать с легкостью и сладостью, то и духовные добродетели могут так же быть воспитаны по принципу навыков.

Со временем, когда Джед потихоньку втянулся в созидательный процесс, у него начались так называемые хорошие дни, когда головные боли не причиняют беспокойство. И эти небольшие передышки он использовал, чтобы приблизиться к своей прежней жизни. Он возобновил работу над несколькими проектами, в которых принимал участие. Также он обнаружил, что, когда нагрузка становилась труднопереносимой, ему помогал короткий отдых. Он уходил к себе, ложился на кровать, потом возвращался к делам. «Постепенно, благодаря приобретенным инструментам, он мог выдерживать все более и более длительные периоды обучения».

Постепенно он смог работать в клинике. К определенному времени его голова раскалывалась, ему трудно было удерживать полноценную нагрузку, но постепенно время, которое он мог отдавать работе, все более и более увеличилось. Со временем у него сформировалась способность выдерживать все бо́льшую нагрузку. «Я не могу вспомнить все это в точности, но, Боже, это было потрясающе. Это было большое событие, просто быть активным и вовлеченным. Я не могу вам сказать. Я был, знаете ли, немного не в себе. Мое настроение. «Когда я вернулся на работу, мое настроение сразу изменилось. Это как бы привело мою голову в порядок, вернуло меня в нужное русло. Я почувствовал, что снова могу быть самим собой. Я снова мог быть эффективным».

Пример Джеда показывает, что даже тяжелые обстоятельства не должны быть поводом для отчаяния. Если у тебя что-то не получается в данный момент, не факт, что в будущем у тебя ничего не получится. Как говорил один духовник: «Сегодня не получилось, завтра не получилось, а послезавтра все равно получится».

Один молодой человек, находясь в депрессии, спрашивал, что ему делать, ведь ничего не получается. Духовник говорил ему: «Ничего страшного! Главное – не сходить с этого пути». И молодому человеку казалось, что духовник его обманывает, чтобы просто утешить, но на самом деле никогда ничего не изменятся. Но постепенно, по мере формирования здоровых навыков, депрессия стала отступать.

То есть имеет значение многократное повторение последовательных действий. В принципе, как и в рукопашном бою. Важно повторять и повторять прием. В рукопашном бою есть так называемые тысячники – когда ты повторяешь какой-то прием сотни тысяч раз, он уже записывается на подкорку, и ты выполнишь его в любых условиях.

Но Джордж Бонанно справедливо замечает, что идея гибкости предполагает использование различных стратегией. Если во время ковида казалось, что важен социальный контакт в любой форме, то со временем все-таки стало понятно, что люди, находящиеся в условиях изоляции, нуждаются в то же время и в каком-то уединении. «Поначалу казалось, что социальные связи важны практически для всех. Но со временем, когда семьи оказались запертыми в тесных помещениях, стало ясно, что необходимо также найти способы обеспечить конфиденциальность и личное пространство для уединения или спокойных размышлений».

История, чем-то перекликающаяся с историей Джеда, рассказывается одним молодым человеком в его многочисленных публикациях в ВК. Он рассказывает о том, как с верой в Бога и с помощью спорта не сдается и идет своим путем. Хотя в прошлом был и алкоголь, и на пустое потраченное время. Но его история в некоторых подробностях радикально отличается от истории Джеда. Чем именно – о том – в следующей части.

[1] МУЖСКАЯ ТЕМА – под таким общим названием были задуманы темы, которые сложились из сигналов, собранных с разных концов.

Светские авторы – один их них – Филипп Зимбардо в своей книге «Мужчина в отрыве» рассказывает о том, что мужчины падают ниже «плинтуса». Также он ставить вопросы: как и почему? Многие из них десоциализированы, не знают, что им делать. Не понимают, в чем выражается мужская идентичность и каковы основные принципы ее формирования. Порно, игры, психоактивные вещества – те пути, на который «сбрасываются» те, кого «зашатало» по жизни. Но мало ставить вопросы и регистрировать негативные сценарии, избираемые некоторыми мужчинами, если не даются ответы и не описываются конструктивные пути.

Монахиня Нина (Крыгина), получившая в свое время степень кандидата психологических наук, отмечала, что поиск мужественности, если он сопровождается без опоры на духовность, может привести к агрессии, деспотизму.

Действительно, какой путь бросается в глаза, воспринимается как очевидный для того, кто озабочен поиском мужской идентичности? Накачать «банки», иметь деньги, машину, грубый голос, брутальные манеры, нарочитую грубость и пренебрежение всеми правилами, до которых можно дотянуться. Среди перечня – пренебрежительное отношение к женщинам («они, мол, во всем виноваты, но я им покажу, кто – хозяин»). В итоге, такой мужчин, не понимающий действия духовных законов (мы развивается, во многом, благодаря конструктивному социальному взаимодействию) углубляет внутреннюю раздробленность, ставится заложником бушующих инстинктов. Но чтоб стать мужчиной, необходим период становления и не факт обращения к каким-то атрибутам «брутальности».

В поиске становления может показаться соблазнительным путь, показанный в фильме «Бойцовский клуб». Интернет пестрит роликами на тему того, что в фильме показан путь освобождения раба и превращения его в человека свободного. Мол, Тайлер Дерден дает мужскому духу свободу, полет, силу, смелость, вследствие, в том числе, «разблокировки агрессии» (так называемой) и пр.. Возможно, обилие роликов и отзывов связано с тем, что одноименный роман Чака Поланика, по которому был снят фильм, был так и не прочитан. Фильм оптимизировал ту версию, которая была показана в романе. По роману Тайлер Дерден подчинил себе молодого человека, от имени которого шло «повествование» и загнал его на крышу дома, который вот-вот должен был взорваться. Короче говоря, рассказчик погиб, не имея возможности освободиться от влияния Дердена.

В этом фильме дается имитация ответа на мужской вопрос. Многие из вопросов, сгустившиеся в комок и ставшие в горле, как будто бы разрубаются Дерденом через уход в агрессию, насилие, отъезд на войну под знаменами терр. сообществ. Подобным образом, пытаются разрубить свои вопросы и те, от имени которых звучат строки в песне «Патологии» (группа «Соль земли»):

«Да всё я понимаю, брат. Бабы – это ад.
Уж лучше – Ясир Арафат. Автомат. Багдад.
Я буду одинок, как конченный торчок под перцем.
Как в фильме Балабанова – беру бинокль и берцы».

Чтобы в конструктивном ключе развязать этот клубок, нужно многое понять, многие навыки должны быть выкованы. Что дает человеку следование ценностям? Что такое духовность и почему в ней – основа? Каковы отношение между полами? И почему так складывается, что между полами иногда – война? Каков ответ на пресловутый вопрос о «второй щеке»? И что такое смирение? Смирение – не есть унижение и пассивность, а способность, в конкретном случае, к примеру, отодвинуть свой субъективный страх и пойти навстречу трудностям, – эти и многие другие вопросы поставлены в список для рассмотрения в цикле бесед «МУЖСКАЯ ТЕМА».

Начало разбора некоторых вопросов было положено в циклах бесед «Радикализация молодежи: Компьютерные игры, экстремизм, неоязычество, неофашизм», «Сектанское не только в сектах» (если человек не приходит к конструктиву, его сносит в патологию).

Что-то прозвучало в материалах, объединенных в подборку «Трудным подросткам о трудных подростках» (здесь кратко рассказывается, в том числе, и о цикле «Сектантское не только в сектах»).

Если совсем кратко представить суть одной из основных идей цикла бесед «Мужская тема», то с этой задачей справляется «Агрессии и исцеление. Мужество и духовность».

P.S.: Разговоры о духовности могут вызывать усмешку. На беседах 1.1–2.2 присутствовали воспитанника центра во имя святителя Василия Великого. В центре проходят реабилитацию подростки, находящиеся в конфликте с законом. В течение определенного периода, до своего попадания в центр, они двигались в том жизненном русле, в котором слова о духовности воспринимаются как аномальный или пустой звук.

Под конец беседы 2.2 пошла речь о том, что многих современных представителей мужского класса гложет страх. Страх не соответствовать тренду; стандартам, которые ассоциируются с мужчиной (но что такое быть мужчиной – не всем понятно); страх оказаться не на высоте во время общения с девушкой, страх не успеть туда, не сделать того; страх самого страха («а вдруг тогда, в самый нужный момент, мне станет страшно?»).

И кто-то пытается закрыться от страха маской брутальности. Но как бы man не прятался под маской куража и лихости – страх есть, торчат его уши.

Когда человек живет в соответствии с определенными принципами морали, когда его жизнь основана на смысле и вере – страх уходит.

В общем, под конец беседы что-то «проискрило». Ребята, присутствовавшие на беседе, поначалу демонстративно спали. Среди ребят были те, в которых заметно стойкое неприятие «всяких-там-разговоров». Но когда стала развиваться тема страха, они стали просыпаться.

Но надо продолжать развивать тему, не обращая внимание на то, что спят. Со временем просыпаются. Если говорить по делу – начинают слушать. Все равно внутри человека идет поиск выхода, а раз так – встреча возможна.

1.1 Призвание и миссия. Нужные и пустые идеи. Наркотики и цель. Вырезать из души зло или обогатить

1.2 Падение на дно – измена себе. Следование принципам. Потеря самоуважения. Покаяние или деградация

2.1 Вадим Туманов и конструктив. Перехват стремления к цели. Война, агрессия, зол на всех. Когда жизнь

2.2 Подростки, порно, десоциализация. Быть человеком. Духовность и ее отрицание, страх. Фильм «Кеды»

5.1 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Женское воспитание, апатия. Всегда ли становление – через боль, агрессию. Архетип

5.2 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Гитлер, мечта о сверхлюдях, арии. Субличность, второе я. Страх, агрессия, спорт

6.1 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Постмодерн, молекулярная гражданская война. Психопатия. Субличность и психоанализ. Без отца

6.2 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Субличность. Два взгляда на цельность. Травма. Исцеление прошлого. Шаг за черту

6.3 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Насилие с маской созидания. Тайлер Дерден, примеры. Путь конструктивного преобразования

7.1 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Постмоденизм и концлагерь. В постмодерне «Бойцовский клуб» кажется ответом

7.2 БОЙЦСКИЙ КЛУБ. Воин язычник (Тайлер Д.) и воин христианин. Звериные качества. Синдром множества личностей

8.1 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Почувствовать себя выжим, уйти от тревоги. Невидимые друзья, голоса. Дух воина

8.2 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Попытка оживить мозг. Женское воспитание. Могут собраться в терорристическую сеть

9.1 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Психопатия. Хула на Св. Духа. Депресс. поколение, слом логики. Злит, когда за бортом

9.2 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Внутренний мир или мания. Отцы, дети – жнешь, что сеешь. Развитие, эмпатия – тупик, агрессия

9.3 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Экстримом глушат тяжелые мысли. Тайлер, секта. Идея освобождения в эзотерике, Кастанеда

10.1 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ – фильм в сравнении с фильмами «Джокер», «Матрица». Терроризм, гностицизм, постмодерн

10.2 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Манипуляция с пом. философии. Неозычество. Субличность. Ставрогин, имплант ощущений

10.3 БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ. Шизофрения, озарение. Бунт, авторитеты. Два взгляда на цельность. Сатан., конец Фауста

[2] Стеняев О., прот. КАК РАСЦЕРКОВЛЯЛСЯ ЗАПАДНЫЙ МИР.